Сейчас мой взгляд остановился на небольшом террариуме. Крышки у него почему-то не было, на стекле приклеена бумажка – то ли с буквами «ООО», то ли с номером «000». Внутри террариума стояла дурацкая игрушка, сделанная в Китае: маленький пластиковый унитаз, на котором в царственной позе восседал тарантул. Вначале мне показалось, что паук пластиковый или дохлый, но потом я заметил, что глазки у паука поблескивают, а жвалы шевелятся. По стеклам ползал другой паук: толстый, кругленький, похожий на мохнатый шарик с ножками. Время от времени паук останавливался и выплевывал на стекло каплю зеленого яда, явно целясь наружу. Впрочем, вниз, в террариум, с паука тоже что-то сыпалось. Внизу шевелились какие-то другие насекомые, жадно протягивающие лапки за угощением. Счастливцы, которым удалось что-нибудь поймать, начинали радостно прыгать.
– Интересуешься? – спросил Гесер, не поднимая глаз.
– Ага… что это?
– Симулякр. Ты же знаешь, я люблю изучать замкнутые социальные группы.
– И что этот симулякр отображает?
– Один интересный социум, – уклончиво сказал Гесер. – В базовой модели он должен был превратиться в традиционную паучью банку. Но здесь мы имеем двух главных пауков, один из которых занял главенствующую позицию, вовремя взобравшись на возвышение, а второй изображает защиту от внешней агрессии и заботу о членах сообщества. При постоянной активности главенствующих пауков данный симулякр способен функционировать с минимальной аутоагрессией. Иногда только приходится спрыскивать обитателей свежим пивом для релаксации.
– А никто не пытается выбраться? – спросил Илья. – Крышки-то нет…
– Крайне редко. И только те, кому надоедает быть пауком в банке. Во-первых, в террариуме поддерживается постоянная иллюзия борьбы. Во-вторых, пребывание в банке воспринимается подопытными как собственная незаурядность. – Гесер наконец-то достал из своей коробки какой-то предмет и сказал: – Все, хватит отвлекаться по пустякам. Вот вам первый предмет для размышления. Что это?
Мы молча смотрели на серый кусок бетона, словно вырубленный из стены.
– Магией не пользоваться! – предупредил Гесер.
– Я знаю, – виновато сказал Семен. – Помню я этот случай. Радиомикрофон. Это в пятидесятых нам пытались поставить… или в шестидесятых? Когда мы были трестом «Горсветремтехмонтаж». Какие-то умные ребята из КГБ, верно?
– Верно, – сказал Гесер. – За шпионами тогда охотились – будь здоров. Под горячую руку и нас принялись проверять… внушили мы некоторые подозрения компетентным органам… Хорошо, что свои глаза и уши у нас в КГБ имелись. Провели кампанию по дезинформации, бдительные товарищи схлопотали выговор за нецелевое разбазаривание дорогостоящего оборудования… А вот это?
Теперь в руках Гесера поблескивал здоровенный стальной шуруп. Честно говоря, я даже не знал, что выпускают такие большие шурупы.
– Об этом вы вряд ли знаете, – сообщил Гесер. – Единственная… я надеюсь… попытка Темных шпионить за нами человеческими средствами. Семьдесят девятый год прошлого века. Я имел очень тяжелый разговор с Завулоном. После этого мы подписали приложение к соглашению о запрещенных методах борьбы.
Шуруп отправился в коробку. Вместо него были извлечены две крошечные коричневые «таблетки».
– Это когда у нас хотели здание отобрать! – оживился Илья. – В девяносто шестом. Правильно?
Гесер кивнул:
– Совершенно верно. Одному амбициозному молодому олигарху показалось, что бывшее госпредприятие, а ныне закрытое акционерное общество «Горсвет» – очень лакомый и абсолютно беззащитный кусочек собственности. Однако когда прослушка и внешнее наблюдение установили, какие люди сюда запросто захаживают выпить чая со стариком директором, у олигарха резко поубавилось амбиций.
– Конечно, это тоже была деза? – спросила Ольга с любопытством. Похоже, непривычно витиеватая тирада шефа предназначалась именно для нее, пропустившей те давние события.
Семен хихикнул и тягучим голосом произнес:
– Ты, па-а-анимаешь ли, важные вопросы в масштабах города решаешь, тезка, а за помощью не обращаешься… Ты заходи, если что.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Гесер улыбнулся в ответ:
– Насчет «заходи, если что» ты несколько переборщил. Но ничего, победителей не судят… Итак, это все были дела минувших дней. А вот сегодняшний улов…
Он извлек из коробки что-то, напоминающее кусочек лейкопластыря. Тонкий белый квадратик, с одной стороны немного липкий – Гесер с трудом отодрал его от пальца.
– Технология не стоит на месте, – сказал я с воодушевлением. – Микрофон и передатчик?
– Ты будешь удивлен, но тут еще и магнитофон, – сообщил Гесер. – Все записывается и выстреливается кодированным импульсом за три секунды раз в сутки. Хорошая игрушка. Дорогая. И просто так ее не купишь.
– Давай к делу, Борис, – попросила Ольга.
Гесер бросил «игрушку» обратно в коробку. Обвел нас внимательным взглядом:
– Неделю назад Антон и Семен побывали в городе Эдинбурге. Там произошла нехорошая история… если не вдаваться в подробности – группа Иных, среди которых имелись как минимум Светлый, Темный и Инквизитор, с помощью людей-наемников, снабженных магическими амулетами, пыталась захватить один из древнейших артефактов. Так называемый Венец Всего, созданный Великим Мерлином незадолго до ухода в сумрак.
Илья присвистнул. Ольга молчала – то ли уже знала это от Гесера, то ли не считала нужным проявлять эмоции.
– Надо добавить, что троица Иных – Высшие, – продолжал Гесер. – Ну… может быть, не все трое. Может быть, двое. Вдвоем они бы сумели протащить третьего на шестой слой сумрака.
Илья, к моему удивлению, смолчал. Остолбенел, наверное. Не думаю, что он погружался ниже третьего слоя.
– Все это неприятно уже само по себе, – сказал Гесер. – Что за артефакт Мерлин спрятал на седьмом, последнем слое сумрака, никто из нас не знает. Но имеются серьезные основания подозревать, что данный артефакт способен уничтожить всю цивилизацию на Земле.
– Еще один «Фуаран»? – спросил Семен.
– Нет, у Мерлина не было знаний для превращения людей в Иных, – покачал головой Гесер. – Но это что-то очень серьезное. Сейчас охрана артефакта усилена, помимо Ночного Дозора Шотландии, его охраняют Инквизиторы. Но ситуация слишком серьезна. Как мне стало известно, попытки шпионажа за Дозорами происходят в Москве, Нью-Йорке, Лондоне, Токио, Париже, Пекине… короче – во всех ключевых точках планеты. Всюду действуют люди, которые не знают своих нанимателей. Пока никакие поиски злоумышленников успеха не принесли.
– Гесер, а что там, на седьмом слое сумрака? – поинтересовался Илья. – Я знаю, не принято рассказывать о более глубоких слоях тем, кто там не бывал, но…
– Семен тебе расскажет о том, что видел, – ответил Гесер. – Он побывал на пятом. Если хочешь, спроси Антона – он расскажет про шестой. Разрешаю. А что же касается седьмого…
Все с любопытством смотрели на Гесера.
– Я там не был. И не могу ответить на твой вопрос, – твердо закончил Гесер.
– Ха, – сказала Ольга. – Борис, я была уверена, что ты был…
– Нет. Упреждая твой вопрос – и Завулон не был. И никто из известных мне Иных. Полагаю, что на это способен только нулевой маг. Обладающий абсолютной Силой. Таким был Мерлин. Такой волшебницей станет Надя Городецкая…
Все дружно посмотрели на меня.
– Пока она не вырастет, в сумрак я ее не пущу, – твердо сказал я.
– Никто и не требует этого, – заверил меня Гесер. – И… ты уж не протестуй сразу. Я хочу, чтобы твою Надю охраняли. Непрерывно. По меньшей мере два боевых мага. Второго-третьего уровня Силы. Против Высших они долго не выстоят, но если снабдить их хорошими артефактами – успеют потянуть время и позвать на помощь.
Илья схватился за голову:
– Борис Игнатьевич! Где ж я вам столько вторых и третьих возьму? Это всю боевую силу с улиц убрать?
– Ну, не всю, – поправил его Гесер. – Вторых у нас все ж таки четверо. Третьих – девять человек. Алишера и Александра поднять до троечки можно.
