Читаем без скачивания Целитель 4 - Роман Романович

могли лишь поднимать и управлять нежитью. Некроманты же отвечали за создание и наверняка разработку новых видов. У этих тварей, вероятно, хорошо оборудованные базы, где они с телами работают. А потом уже эти тела расходятся по рукам, попадая к тем же личам.

Ниже под пометками добавил «конфликт и симбиоз».

Мой изначальный план не выдержал проверки реальностью и оказался слишком наивным. Почему-то я перенес своё отношение на весь мир и всех людей. Исходя из того, что человечество может находиться в плену у нежити, не знать о ней или даже мечтать победить её.

В случае конфликта, особенно жесткого, план сводился к простому. Найти тех, кто готов воевать. Поделиться с ними знаниями. Всё. Но если конфликт не жесткий, а, скажем, это борьба за власть, деньги и влияние, то мои знания уже не будут способны помочь. Потому что основное оружие — Кровь. А для неё надо обратиться к Служению.

Ещё хуже, если власть предержащие находятся в симбиозе с мертвыми. Без разницы, по каким причинам. Тогда меня никто слушать не будет и просто убьют.

То, что против мертвых вчера сражалась шайка, по факту, случайных людей, говорило в пользу этой версии.

Да, пусть я и достиг успехов в последнее время, но, кажется, ситуация куда сложнее, чем мне казалось. Потому что против людей я воевать точно не смогу.

От размышлений меня отвлекла открывшая дверь и зашедшая медсестра.

— Васильев, спишь? — окинула она меня взглядом. — Там поступление, иди смотри.

— Бегу, — поднялся я.

Лист забрал, сложил и в карман засунул. Нужно будет доработать эту схему. Как и переосмыслить встречу с Эммой в ресторане. Я видел в ней потенциальный источник неприятностей, но вдруг она может стать союзником?

* * *

Первый пациент, который к нам сегодня поступил, был мужчина с раздробленной челюстью и стесанным лицом. На него даже смотреть больно было. Ему явно вкололи обезболивающее, поэтому он только тихо стонал.

— Что с ним случилось?

— Свалился с мотоцикла, — ответил крепкий медбрат, работающий на скорой.

— Ясно… — ответил я машинально, погружаясь в работу.

Сил здесь много потребуется. Я щедро Кровь направил, проверяя состояние организма. Ещё и малое отравление где-то схлопотать успел. Причем давно.

То, что в лечебнице очереди сократились на очистку, не означало, что в городе не осталось тех, кому она нужна. Просто люди, по обыкновению, особенно мужчины, забивали на здоровье, пока уж совсем не заболит. А оно не всегда болело. Часто организм тихо разрушался. Да и вопрос привычки никто не отменял.

Ну да ладно, очисткой позже займусь. Первым делом расслабил пациента, очистил от грязи полученные раны. Наложил подвижную заплатку на открытые участки. А дальше сосредоточился на костях. Ух и месиво… У него ещё и сотрясение. Докатался, что сказать.

— Степан Денисовича звать? — послышался вопрос рядом.

Я глаза приоткрыл и растерянно на медсестру уставился. Обычно работает правило, если целитель сидит рядом с пациентом, закрыв глаза, то не надо его отвлекать. Но тут, видимо, женщина решила, что я не справлюсь.

— Нет, пока не надо.

— Точно?

— Точно.

Больше не отвлекаясь, вернулся к пациенту. Звать Степан Денисовича был бы смысл, привези кого ещё. У меня-то задача стоит оказать первую помощь, если необходимо, проверить на загрязнение и вынести вердикт. Лечение не моя обязанность на данном участке. Но раз уж время есть, то почему бы и не помочь человеку. Тем более это теперь как раз мой профиль.

К моменту, когда следующего пациента привели, я успел собрать кости заново, скрепить их и наложить на челюсть фиксатор. Очищение тоже провёл.

Итак, кто у нас следующий?

Надо же. Ещё одна жертва аварий. Сговорились они, что ли?

* * *

Когда Эмма добралась до своей квартиры, то первое, что сделала, отправилась в ванную, разделась и внимательно себя осмотрела.

И без того авантюрный план превратился в катастрофу. В первую очередь из-за собранного отряда. Эмма не предполагала, что эти «воители» окажутся настолько бесполезны против нежити. Все, кроме одного.

Участник, который до последнего сидел в машине, показал отличные навыки владения мечом. Но главное — он единственный, кто уничтожал мертвых, а не просто выводил их из строя. Что лич и показал, когда заново поднял свой отряд.

Главный вопрос был в том: а это тот же человек, что и подлечил её? К своему стыду, Эмма отключилась, а когда пришла в себя, поспешила уйти. То, что её мастерски подлатали, очистили, вывели всю заразу и накачали чистой Кровью — девушка оценить смогла. Логично было предположить, что мечник и целитель — это одно и то же лицо.

И тогда это именно тот, кто ей нужен.

Но… Было слишком много но. В этом деле ошибиться никак нельзя. Она и так уже повела себя неосторожно, спровоцировав то нападение и проклятие. Хорошо ещё, что в этот раз следов и шрамов не останется. А то от родителей, даже с помощью деда, скрыть не получится. Те сейчас слишком перевозбуждены из-за попытки покушения.

Чего стоило выбраться на целую ночь, Эмма даже вспоминать не хотела. Хорошо, что дед прикрыл.

Оглядев себя, девушка отметила, где ещё надо закончить начатое, чтобы совсем никаких следов не осталось, и взялась на работу.

* * *

На следующее утро, в районе шести утра, так, чтобы успеть доехать до учебы, Эмма поднималась по лестнице подъезда на последний, пятый, этаж дома, где обитал Альберт. Это не было его настоящим жильем. Берлога, где он зализывал раны после дела и отсыпался. А также место для встреч.

Контакт Альберта Эмме дал дед. Со словами, что тот надежный, в определенной степени. Эмма проверила его своими методами и решила, что да, тот может быть полезным. В определенной степени. Именно через него девушка попала в эту компанию неудачников, которые пыжились-пыжились и чуть не передохли все разом. Как-то иначе она это при всём желании назвать не могла.

На месте ли Альберт, девушка не знала. Дошла до нужной квартиры и какое-то время потратила на то, чтобы тихо открыть замок. После чего прошла в квартиру, заглянула в комнату и увидела, что мужчина в одних трусах безмятежно спит.

Усевшись в кресло, Эмма на всякий случай приготовилась отразить атаку и закашлялась.

Альберт заворочался, дернулся, приподнял голову, уставившись невменяемым взглядом.

— А, это ты, — пробурчал он, проморгавшись и приглядевшись.

После чего завалился спать обратно.

Эмму это не устроило, она поднялась и пнула его по свисающей с кровати ступне.

— Отстань, — недовольно проворчал мужчина, не делая попыток встать.

— Легко, — Эмма села обратно в кресло. — Что за мечник в шлеме вчера был?

Вопрос привел Альберта в чувство куда лучше, чем всё остальное.

Он перевернулся, руками растер лицо, поднялся. Эмма едва заметно скривилась. Зрелище перед ей предстало не сказать, что симпатичное. Торчащее пузо, волосатая грудь, а ещё запашок. В этой квартире пахло пылью, запустением и затхлостью. От мужчины — потом.

— Не скажу, — с трудом Альберт поднялся и, ничуть не стесняясь, ушёл в ванну.

Раздался шум воды, а вскоре — смывание в унитазе. Когда Альберт вышел обратно, он накинул на себя халат. Который не потрудился завязать, поэтому трусы с сердечками всё так же можно было разглядеть.

— Крутое белье у тебя, — сказала Эмма.

— Ага, спасибо, — вяло ответил мужчина. — Раз уж пришла в такую рань, могла бы захватить что поесть. От кофе тоже не отказался бы.

— Посмотри в прихожей.

— А? — мужчина замер, повернулся и сходил в прихожую. — Ты просто лучшая, — раздалось оттуда.

— Я знаю.

Чего захочет мужчина, если прийти к нему так рано, Эмма прекрасно знала. Пакет же оставила в прихожей, чтобы не шуметь.

— Идем на кухню, — позвал Альберт.

Эмма поднялась и проследовала за ним. Мужчина открыл окно, подвинул пепельницу и достал сигарету.

— Не жалко себя травить? — спросила она.

— А чего мне беречься? С такой-то жизнью.

— Пессимистично.

— Как есть. Мм… Круассаны, — заглянул он в пакет. — Они тоже не полезны, знаешь ли.

— Зато вкусные.

— Это точно, — хмыкнул Альберт. — Я тебе не скажу, — резко сменил он дурашливый тон на серьезный.

— Почему? — спросила Эмма, подобравшись.

— По той же причине, почему никто не узнает, что это за мечница с нами была, — пожал он плечами.

Задымить у него получилось с шестой попытки. Зажигалка всё никак не выдавала огонь.

— Это был целитель?

— Какой целитель? — не повёлся