Так, что теперь у нас впереди на десятилетие только экстенсивный путь развития. А для него нужно только люди и территории. А это как говориться, дело наживное.
Теперь о возможных опасностях для племени.
Местные аборигены, как таковой опасности не представляют. Сираки, на сегодняшний день, после их разгрома у городища Арын, смерти их царя и пропажи наследника, практически прекратили своё существование.
Самою большую опасность, как бы это не казалось странным, представляет Куруш. Вернее, Персидское царство. Когда Куруш продал стеклянные бутылки и стаканы, за ним наверняка стали присматривать конкуренты, а после продажи стекла и зеркал, им не составит труда узнать, откуда такой товар привез Куруш. А дальше, либо они будут искать встречи со мной для последующей торговли, либо устроят военную экспедицию по моему захвату. Последнее наиболее вероятно.
Не думаю, что Куруш устроил в городище Имень цирк, только из-за своего тщеславия. Наверняка были соглядатаи, которые наблюдали и за вторым шлюпом. А на нем был Ракс, который тенью ходит за Аршаком. Если Аршак похож на своего отца, то его могли и узнать, а ещё Ракс мог назвать Аршака по имени. Голос на воде далеко разносится.
Исходим из самого худшего. То, что у меня Аршак, стало известно не только Курушу. С ним на галерах была не одна сотня людей. Значит об этом узнает и Шахиншах Персии. Аршак ему живым не нужен, а из этого следует, что будет военная операция. Но не воинами Персидского царства, не будет Шахиншах своими руками убивать, а наймет одного из вождей степных племен. Зимой степные племена перекочевали поближе к югу, в том числе и к северным границам Персидского царства.
У меня аж пот выступил от таких умозаключений.
Территория где мы можем находиться примерно известна. Степные племена на лодках по рекам не пойдут. Они максимально по степи, а затем по лугам на лошадях продвинутся как можно дальше на север, а потом могут начать прочёсывать леса и искать наши следы. То есть они пойдут через брод на реке Барда и будет это с учётом расстояний, во второй половине июня.
А до этого, в мае, после встречи с Курушем, следует ожидать нападения его завистников и конкурентов, на Кунгур.
Не следует забывать и о римлянах. Если миссия убитых мной центуриона и легионеров была инициирована Императором Александром Севером или его ближайшим окружением, то летом следует ждать гостей и из Рима.
«Или у меня паранойя с манией преследования?!» - пытаюсь отогнать от себя тревожной волной нахлынувшие мысли. – «Надо успокоиться и через пару-тройку дней всё еще раз проанализировать».
Через полтора дня к обеду прибыли в Кунгур. После обеда в шлюп загрузились ребята из первой смены гарнизона крепости, а я тепло простился с Борисом, который за это время полностью освоился с ювелирными инструментами и оборудованием, отправились в Усадьбу.
Через два дня 16 ноября пришли в Усадьбу. В пути происшествий не произошло. Семён управлял шлюпом уверенно, а новички-матросы полностью усвоили корабельную науку. Последние сутки уже шли под мокрым снегом и ночные температуры опускались чуть ниже нуля. Зима не за горами, до неё неделя, максимум десять дней. Шлюп с помощью волов вытащили из воды на стапеля. Навигация завершена.
Интерлюдия.
18 ноября. Дворец наместника Мидии шаха Вардана главы рода Каренов в городе Нахаванде.
- Любимый мой племянник, в этот раз ты припозднился более чем на месяц. Я уже начал волноваться, не случилось ли что-то с тобой? – с неподдельной радостью и не скрывая волнения, приветствовал шах Вардан Куруша.
- Уважаемый шах Вардан глава рода Каренов! Я недостойный твой племянник, тоже очень рад тебя видеть. Прежде чем я расскажу о моём путешествии на север к варварам, прими от меня подарок, вернее подарок от главы рода Руссов Владимира.
Куруш хлопает в ладоши и слуги вносят деревянный ящик.
- А теперь аккуратно распаковывайте ящик и сильных усилий не применяйте, - обращаясь к слугам, Куруш дает им указания.
Шах Вардан из-за спины Куруша, с выражением скепсиса на лице смотрит на лежащий на бесценном персидском ковре непрезентабельный деревянный ящик и за манипуляциями слуг, которые со всей предосторожностью вскрывают ящик, отдирая от него узкие деревянные доски, скрывающие внутреннее содержание. Постепенно перед Варданом открывается содержимое ящика – солома и у него непроизвольно вырывается вздох разочарования. А когда Куруш, отослав слуг, начинает выкидывать из ящика солому прямо на ковер, лицо Вардана становится перекошенным от ярости, глаза наливаются кровью, он уже готов разродится гневными ругательствами, но застывает с открытым ртом и перекошенной физиономией, наткнувшись на своё отражение в зеркале, которое Куруш распаковал и держа его перед собой на уровне головы, успел развернуться лицом к дяде.
Шах Вардан, моментально забыв о сваленной на ковер соломе и своей злости, стал рассматривать себя в зеркале, при этом корчить на лице рожицы и высовывать язык. А подглядывающий из-за зеркала Куруш только похихикивал, расплывшись в широченной улыбке.
- Что это? – только и смог через пару минут сдавленным спазмой голосом вымолвить шах Вардан.
- Подарок Владимира. Стеклянное зеркало.
- Откуда оно у Владимира. Ты представляешь сколько оно стоит?!
- Стоит оно целое состояние. А Владимир их изготавливает. Такое же зеркало он просил меня передать в дар от его имени Шахиншаху Ардаширу I, еще дал мне под честное слово на реализацию три зеркала и не только их.
- Вот так просто дал под честное слово? – с недоверием в голосе, впившись глазами в Куруша допытывается Вардан.
- Да! И кроме зеркал еще триста плоских прозрачных стекол, размером с зеркало, по сто ящиков с томатной пастой и аджикой по шестнадцать стеклянных бутылок в ящике, двести ящиков со стеклянными стаканами по шестнадцать в ящике, по тысячи упаковок с чипсами и кукурузными хлопьями. А также для проверки спроса в торговле девять шкатулок с бумагой по пятьдесят листов в каждой и пятьдесят сладких леденцов для детей. Я должен ему весной заплатить тридцать процентов от продажной стоимости.
Куруш хлопнул пару раз в ладоши и слуги внесли одно стекло, по одной бутылке с аджикой и томатной пастой, а также шкатулку с бумагой.
Шах Вардан с неподдельным интересом стал рассматривать, принесенные предметы. Бутылки с аджикой и томатом, его менее заинтересовали, к стеклянным бутылкам он за год уже привык. А вот прозрачное стекло и белая бумага его несказанно поразили.
- Куруш, а ты не задумывался, кто на самом деле Владимир?
- Дядя, я
