Синим флагом машет
Утренний туман…
До свиданья, вашу
Руку, капитан!
Снова мы недвижно
Станем сам и тут.
Вновь на полке книжной
Корешки блеснут…
Но клянемся честью
Всем, кто слушал нас,
Будем с вами вместе
Мы еще не раз!
Задорно, весело кричит петух.
Путешествие становится опасным
Позывные Клуба знаменитых капитан
Ведущий:
В эфире Клуб знаменитых капитанов. Встреча под кодовым названием – «Путешествие становится опасным».
Продолжительный дребезжащий звонок
Марья Петровна:
Катюша, пора закрывать библиотеку…
Катюша:
Сейчас, Марья Петровна… только надо повесить портрет Жюля Верна…
Марья Петровна:
Да-да… сюда сюда… немного выше… самый центр выставки А под портретом положите роман «Дети капитана Гранта»… Ведь исполнилось сто лет со дня выхода этой книги в России… вот так… хорошо… Ах, Катюша, вам бы следовало знать… Тургенев был близко знаком с Жюлем Верном… Их дружеские встречи в Париже вошли в историю литературы… Романы Жюля Верна покорили не только Тургенева… Салтыков-Щедрин, Лесков, Горький много о нем писали. Его любили и ученые, например Менделеев и Циолковский…
Катюша:
Я слыхала, что Лев Николаевич Толстой читал вслух своим детям «Вокруг света в восемдесят дней»…
Марья Петровна (с усмешкой):
Да, Жюля Верна очень любили в Ясной Поляне. Вот взгляните… тут в папке семнадцать рисунков Льва Николаевича к этому роману…
Катюша:
Он рисовал пером?
Марья Петровна:
Да… пером… и выбирал в первую очередь забавные эпизоды…
Катюша:
Это будет большой сюрприз для детей..
Марья Петровна:
Каких детей?
Катюша:
Ну, нашим читателям, которые придут на выставку…
Марья Петровна:
А, да-да… Кстати, где мой зонтик?
Катюша:
Да вон он… между «Пятнадцатилетним капитаном» и «Таинственным островом»…
Марья Петровна:
Мерси. О-о, уже семь часов! Как говорят юные моряки, девятнадцать ноль-ноль. Закрывайте дверь, Катюша…
Стук двери. Поворот ключа. Часы гулко бьют семь ударов.
Капитаны (поют):
В шорохе мышином,
В скрипе половиц
Медленно и чинно
Сходим со страниц.
Встречи час желанный
Сумерками скрыт…
Все мы капитаны,
Каждый знаменит!
Нет на свете дали,
Нет таких морей,
Где бы не видали
Наших кораблей.
Мы, морские волки,
Бросив якоря,
С нашей книжной полки
К вам спешим, друзья!
К вам спешим, друзья!
Капитан корвета «Коршун»:
Друзья! Сегодня знаменательный день!.. Кто из вас помнит, что случилось в июле тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года? .
Тартарен:
Мсье капитан корвета «Коршун», где именно случилось это событие, о котором вы говорите?
Капитан корвета «Коршун»:
В Париже, дорогой Тартарен.
Гулливер:
Достопочтенные капитаны. Я, Лемюель Гулливер, находясь в здравом уме и твердой памяти, могу засвидетельствовать: знаменитый роман «Дети капитана Гранта» был выпущен в Париже отдельной книгой именно в указанные вами год и месяц.
Артур Грэй:
Но «Дети капитана Гранта» подняли свои паруса не только во Франции… В далеком от Франции Санкт-Петербурге осенью тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года этот роман был издан и на русском языке.
Капитан Немо:
Капитан Артур Грэй совершенно прав. Я все это отлично помню. Правда, роман, героем которого является ваш покорный слуга, начал печататься в журнале тоже сто лет назад.
Гулливер:
Любезный Немо, а вы не забыли, что написал достоуважаемый Жюль Верн, начиная публикацию ваших необыкновенных приключений: «Читатели поймут, почему, начиная печатать эту новую книгу, я должен прежде всего выразить им благодарность за то, что они составили мне такую хорошую, приятную, верную компанию в разных путешествиях… вместе с детьми капитана Гранта… »
Мюнхаузен:
Капитаны, пока вы вели эту содержательную беседу, я осмотрел выставку в нашей библиотеке и… возмущен до глубины души. Там есть все что угодно, кроме портрета Карла Фридриха Иеронима Мюнхаузена!..
Артур Грэй:
Но какое вы имеете отношение к «Детям капитана Гранта»… и вообще к Жюлю Верну? Вас разделяет дистанция больше чем в «Восемьдесят тысяч километров под водой».
Мюнхаузен (холодно):
Вы слишком молоды, чтобы делать мне замечания, Грэй!.. Я уж не говорю о том, что я появился на книжных полках лет на восемьдесят раньше и вас, и Немо, и капитана Гранта… Жюль Верн часто плыл в кильватере за мной… Ну а мои два путешествия на Луну, схватка с белыми медведями, путешествие под водой, полеты на ядре и множество других правдивых историй? Так можно было все-таки поместить мой портрет на выставке…
Капитан Немо:
Нет, нельзя. Даже если принять на веру все, что вы говорите… В другой раз… когда будет памятная дата вашего автора Эриха Распэ… Осталось так немного до двухсотлетия вашего выхода в свет.
Тартарен:
Не будите во мне льва, Мюнхаузен!.. Ведь даже сам Тартарен из Тараскона не претендует в данном случае на свой портрет!.. Скромность – это украшение знаменитого капитана!
Артур Грэй:
Вернемся к Жюлю Верну. Мне вспоминаются стихи Валерия Брюсова:
«Я мальчиком мечтал, читая Жюля Верна,
Что тени вымысла плоть обретут для нас;
Что поплывет судно громадней «Грэх-Иссерна»,
Что полюс покорит упрямый Гатерас;
Что новых ламп лучи осветят тьму ночную;
Что по полям пойдет влекомый паром Слон;
Что «Наутилус» нырнет свободно в глубь морскую;
Что капитан Робер прорежет небосклон.
Свершились все мечты, что были так далеки.
Победный ум прошел за гады сотни миль:
При электричестве пишу я эти строки,
И у ворот, гудя, стоит автомобиль… »
Капитан корвета «Коршун»:
Не только Валерий Брюсов… Николай Островский, автор романа «Как закалялась сталь», писал: «Какое место занимали в моей душе чудесные выдумки Жюля Верна!.. С каким трепетом читал я его объемистые книги, страдая от того, что чтение рано или поздно должно прийти к концу».
Тартарен:
Медам и месье! Я готов до первых петухов слушать эти интересные высказывания… Но, увы, традиция Клуба. Кто председатель сегодняшней встречи, спрашиваю я!.. Я думаю, было бы наиболее уместно выбрать кого-нибудь из французов, соотечественников Жюля. Он так любил солнечный Прованс… Не выбрать ли нам кого-нибудь из уважаемых граждан Тараскона?(Напевает.)
Мой домик там, средь белых стен,
Где тихо плещет Рона…
Друзья! Пред вами Тартарен,
Любимец Тараскона!..
Мсье капитан корвета, не откажите в любезности передать мне председательский молоток.
Капитан корвета «Коршун»:
А не кажется ли вам, любимец Тараскона, что есть другой кандидат?
Мюнхаузен (обрадованно ):
