— Ну пожалуйста…
— Дейзи, прекрати! Это даже не обсуждается.
— Все ясно, — обреченно сказала я, — только мне не плевать, что чувствуют и думают окружающие. А окружающие могут никак не учитывать мое мнение и пожелания.
— Брось прикидываться обиженной. Можно подумать, мы с тобой не могли столкнуться в лифте. Или приехать на одном автобусе.
— Мы с тобой не ездим муниципальным транспортом.
— Теперь ездим. Я езжу.
В самом деле… Мы ведь вполне можем столкнуться в лифте и появиться в кабинете друг за другом. Правда, что будет, если кто-нибудь заметит, как мы выходим из одной машины? Моей машины.
Я постаралась не думать об этом. В конце концов, если Деннис относится к этому так беспечно, то мне-то о чем волноваться?
«Это его репутация загублена безвозвратно, а не твоя», — поспешил вкрадчиво шепнуть внутренний голос.
Я никогда бы не подумала, что такое может со мной случиться. Но следующие несколько дней действительно прошли как в тумане, без преувеличений.
Я старалась держаться как ни в чем не бывало.
Старалась реагировать на все, как всегда.
У меня не выходило быть креативной и сообразительной — я пыталась компенсировать это внимательностью и примитивной исполнительностью.
Контакты с Лесли и Меган я свела к минимуму. Боялась проговориться ненароком о своем маленьком секрете.
А с «секретом» я старалась говорить исключительно о работе, исключительно ровными интонациями, исключительно в присутствии Ричарда. Чтобы исключить любые возможные неверные толкования наших с Деннисом отношений.
То есть верные…
Мы по-прежнему ездили на работу вместе. И уезжали с нее тоже вместе.
Я поняла, что Деннис считает мою боязнь чужого мнения страшной глупостью. Еще более глупо было бы ему добираться до моего дома общественным транспортом или на такси, только чтобы он мог почувствовать себя независимым.
Я была против того, чтобы мы входили в здание вместе. Деннис был против того, чтобы ездить на работу в моей машине. В конце концов я заявила, что нам обоим не помешает обследоваться на предмет мании преследования. После продолжительного смеха мы вынуждены были уступить друг другу.
Деннис усложнял мне жизнь тем, что вел себя в офисе со мной как ни в чем не бывало, то есть дружелюбно, свободно и с симпатией. Этим он почти сводил на «нет» весь мой официоз. Как это выглядело в глазах коллег, я не знала. И не хотела знать. Я даже не хотела об этом думать. В отличие от прежней жизни я больше не прислушивалась к перешептываниям девушек, не ловила случайные слова, не подмечала подозрительные фразочки в обсуждениях.
Как и в предыдущие несколько дней, мы с Деннисом были вынуждены дожидаться, пока остальные сотрудники покинут офис. Ричард сегодня испытывал мое терпение добрых полчаса сверх нормы.
Шествуя мимо меня к дверям, он обернулся:
— Дейзи, рабочий день давно прошел!
— Да? — невинно удивилась я. — Надо же! Значит, скоро поеду.
— Давай-давай. Что-то два моих самых любимых сотрудника в последнее время подолгу засиживаются. Неужели совсем не клеится личная жизнь? — И Ричард раскатисто рассмеялся над собственной остротой.
Я кисло улыбнулась.
Немного подождав, я выключила компьютер. Заглянула в кабинет, где Деннис корпел над документами.
— Эй, идем! Путь наконец-то свободен.
— Меня уже утомили твои игры в шпионов, — проворчал он, поднимаясь.
— Я уступила тебе совместное появление в офисе с утра, так что и ты будь добр относиться лояльно к моему пожеланию.
Деннис вздохнул, выразительно закатив глаза.
Уже на стоянке он неожиданно спросил меня:
— Ты уверена, что хочешь сейчас ехать домой?
Я уставилась на него:
— А куда же еще нам ехать?
Последние несколько дней моя жизнь была подчинена режиму. Режим заключался в том, что мы с Деннисом вместе завтракали, в офис отправлялись вместе, возвращались из офиса домой вместе, ужинали и ложились спать — каждый в своей спальне, разумеется. Я не могла позволить себе куда-то отправиться — не хотелось бросать его в одиночестве. Мне казалось, что, несмотря на внешнее спокойствие, Деннис оправлялся от удара не так быстро. Но я ничем не выдавала своих желаний куда-нибудь отправиться, развеяться…
— Если хочешь, давай где-нибудь посидим, — предложил он.
— Например?
— Кондитерская, бистро, ресторанчик… На твой вкус.
— Тебя потянуло на развлечения?
— Хочу сделать тебе приятное.
Я вспыхнула:
— Только не надо делать мне одолжений!
— Ты не веришь в искренность моего предложения? — удивился Деннис.
— Нет. Да. В общем, я не знаю… Но мне не надо знаков внимания, которые делаются из одной благодарности. Ты вовсе не обязан пытаться быть галантным кавалером. Да тебе и не хочется устраивать для меня свидания…
— Дейзи! Кто говорит о свиданиях?
— Ах вот как! Значит, я не гожусь для свиданий?!
Деннис обреченно вздохнул:
— Послушай, на тебя не угодить… Что на тебя нашло сегодня? Мы ведь можем просто…
— Дейзи!
Это был голос Лесли.
Мы с Деннисом синхронно обернулись.
Лесли торопилась к нам вдоль стоянки, ее длинный сиреневый шарф размотался и грозил вот-вот угодить под каблук.
— Дейзи, постой! Уф… Успела! — Она стояла, тяжело дыша и обводя наши лица подозрительным взглядом.
— Разве ты не ушла пару часов назад? — поразилась я.
Лесли кивнула:
— Ага, и застряла, простите, в туалете на первом этаже. Так прихватило желудок, это было что-то невероятное… Дейзи, ты сейчас в какую сторону?
Я махнула рукой в неопределенном направлении. Лесли оживилась:
— Подбрось меня, пожалуйста, до аптеки. Боюсь, пока я дождусь автобуса…
— Хорошо, — машинально кивнула я и только потом спохватилась: а как же Деннис? Мы с ним не разрабатывали плана на случай непредвиденных обстоятельств.
Что же делать? Попрощаться с ним? А потом позвонить ему и договориться, откуда его забрать? Что, если он не поймет? Он может добраться до моего дома на муниципальном транспорте, но может и разозлиться на мою конспирацию.
Я поймала его испытующий взгляд.
Разве я могла предать его?
— Садитесь все в машину, — твердо сказала я.
Мы высадили Лесли у аптеки через пятнадцать минут.
Некоторое время в салоне царило молчание.
Первым его нарушил Деннис:
— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь.
— Да?
— О том, что после уик-энда половина холдинга будет гудеть как улей.
— Вот еще, — возразила я.
— Лесли оправится от болезни, припомнит пятничный вечер и разболтает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
