Читаем без скачивания Подъем и падение Запада - Анатолий Уткин

Генералы и инженеры Германии, поставленные в жесткие условия, постарались сохранить самое главное: наиболее перспективные модели и ту технику, которой, очевидно, принадлежало будущее. Разумеется, речь шла прежде всего об авиации. В конце войны самолеты в Германии производили тридцать пять фирм. Западные союзники–победители разрешили немцам иметь лишь 140 самолетов в чисто коммерческих целях. На 350 вагонах были вывезены 220 самолетов и 400 моторов. Двадцативосьмилетний Тони Фоккер возглавил новую нидерландскую фирму. Жалобы английского посла нидерландским властям ни к чему не привели. Двадцатилетний пилот из знаменитого «Летающего цирка» Рихтгофена Герман Геринг был занесен в состав фирмы Фоккера как «продавец».

Благодаря открытым в 50‑е годы архивам выяснилось, что Густав Штреземан, получивший в 1926 г. Нобелевскую премию мира, активно поддерживал скрытое вооружение Германии и видел в рейхсвере «единственный позитивный фактор» германской политической жизни 20‑х годов. Его мнение разделяли и президент Гинденбург, и двадцатидевятилетний ефрейтор Гитлер, считавшие, что германские армии не были разбиты на поле боя, они получили предательский удар «кинжалом в спину».

Глава рейхсвера генерал–полковник Ганс фон Сект тщательно отбирал состав позволенного Версальским договорам четырехтысячного офицерского корпуса рейхсвера. Половина офицеров этого корпуса состояла из потомственных военных — выходцев из старых юнкерских семей, воспитанных в военных традициях нескольких поколений. Критическим был вопрос о генераторе военного мышления и военной науки — запрещенном генеральном штабе.

Еще одним участком деятельности рейхсвера как эмбриона вермахта было продолжение внешнего шпионажа. Собственно, Версальский договор молчал по этому поводу. Главу известного имперского управления 1116 полковника Николаи сменил в 1919 г. майор Фридрих Темп. Служба разведки была значительно сокращена, она стала составной частью службы войск — закамуфлированного генштаба рейхсвера. Отдел разведки назывался Оборонительным отделом Службы войск. От первого слова «оборонительный» («Abwehr») этот отдел в дальнейшем стал известен как абвер. Тогда в подчинении у майора Темпа было лишь четыре офицера. Абвер собирал разведданные о ходе советско–польской войны, а затем переключился на Францию.

В Варнемюнде закладывалась основа германской авиации периода рейха. Созданные здесь пятьдесят истребителей были

в 1925 г. вывезены через Штеттин и Ленинград на секретную германскую военную базу в СССР. На столе у Хейнкеля уже были чертежи среднего бомбардировщика «Хе‑111», о котором мир узнает позже.

Прикрытием служил авиационный спорт. Соперник Хейнкеля Вилли Мессершмитт и Хуго Юнкере создавали здесь свои машины.

Отправная точка развития военно–морского флота заключалась для Германии в разрешенных ей шести старых линкорах, шести крейсерах, двенадцати миноносцах и двенадцати торпедных катерах. Уже в 1922 г. первый лейтенант флота Вильям Канарис создал цеха по производству подводных лодок и торпедных катеров за пределами Германии — в Нидерландах. Густав Крупп фон Болен прислал сюда тридцать своих проектировщиков. Здесь, на верфи Сидериус, создавались чертежи подводных лодок, которые продавались Японии, Испании, Финляндии, Турции. Отсюда в эти страны для строительства подводных лодок рассылались немецкие специалисты. В Финляндии строились двухсотпятидесятитонные подводные лодки (первые двадцать четыре), которые будут использоваться в следующей мировой войне. Но самые крупные — семисотсорокатонные подлодки строились в Испании.

Главная контора, специализировавшаяся на разработке наземных вооружений, размещалась в Берлине — в предместье Шпандау. С первых дней перемирия 1918 г. под вывеской «Кох и Кинцле» разместилась группа самых талантливых крупповских инженеров: «Никто не замечал нас, никто не беспокоил нас, в нашу дверь даже не стучал никто». Документация тоже с трудом позволяла осветить деятельность группы. Так, первый танк был обозначен как «сельскохозяйственный трактор»… с семидесятимиллиметровой пушкой. Еще одна дорого стоившая Круппу на Нюрнбергском процессе ошибка представляет собой упоминание о тракторах, которые «должны отвечать техническим требованиям перемещения на открытых железнодорожных платформах в Бельгии и Франции».

Фирма «Кох и Кинцле» спроектировала целую плеяду танков, восемь типов тяжелых артиллерийских орудий, гаубицы, автоматы. Критически осмысливая свой опыт, немецкие генералы и инженеры обратились к танкам. Вчерашние противники с большой неохотой расставались с тысячами танков старых моделей, а немцы меняли одну экспериментальную модель за другой, внося в них последние технические усовершенствования. В начале 20‑х годов в Швеции работал главный кайзеровский конструктор танков — Йозеф Волмер. В 1921 г. были созданы десять новых образцов. Капитан Хайнц Гудериан — теоретик и создатель танковых войск новой Германии — приложил силы к тому, чтобы новое поколение танков было готово в 1926 г. На следующий год спроектированный Фердинандом Порше «тяжелый трактор фирмы «Даймлер — Бенца» был испытан неподалеку от Казани. В 1929 г. сорокалетний майор Гудериан прибыл в Швецию для показа своей новинки.

Главные базы испытания германского оружия сместились на восток. Советское правительство уже в 1921 г. тайно обсуждало с германскими представителями возможности военного сотрудничества. Две страны, являвшиеся жертвами Версальского мира, нашли общий язык. Немцы помогали созданию индустрии вооружений. Юнкере построил авиационный завод в Филях, в Туле были возведены цеха по производству стрелкового оружия. К 1926 г. немцы получили с этих заводов 200 самолетов (100 было оставлено Красной Армии), 400 тысяч ручных гранат.

В России Германия готовила военные кадры — в военно–воздушной школе в Липецке (1924 г.), школе химической войны близ Саратова (1927 г.), танковой школе под Казанью (1926 г.). В период 1925–1930 гг. и СССР находилось приблизительно 200 немецких военных специалистов, после 1930 г. — 300 человек. Здесь было 50–60 военных самолетов. В Липецке немцы проходили годичный курс навигации, шестимесячный курс искусства бомбовых атак, ведения боя в воздухе и пользования радиотехникой. Ко времени закрытия этой школы Германия получила 120 пилотов–истребителей, 300 человек технического персонала и 450 прочих специалистов. Создатель германских воздушно–десантных войск капитан Курт Штудент испытал в Липецке 800 компонентов авиатехники. Среди получивших высшую квалификацию пилотов были три будущих маршала авиации — Альберт Кессельринг, Ганс Штумпф и Хуго фон Шперле. С приходом к власти Гитлера сотрудничество резко сократилось.

На чертежных досках закрытых технических контор Германии уже лежали чертежи новых линейных кораблей, танков, пушек, истребителей и бомбардировщиков. Теперь дело было за испытательными полигонами и конвейерами. Фирма «Кох и Кинцле» вернулась на главные заводы Круппа в Эссене. Здесь в 1927 г. был открыт Департамент артиллерийских проектов — началось производство самоходных орудий, труб для запуска торпед, приборов для морских орудий, перископов. Впоследствии в одном из германских документов можно будет прочесть: «Из всех орудий, использованных в 1939–1941 гг., самые ценные были уже полностью созданы к 1933 г.». То же самое можно сказать о танках. Их конвейерное производство началось в 1928 г. Крупп ввел автоматические станки, позволявшие создавать ручную гранату за 12 минут (в Первую мировую войну требовалось 220 минут).

В 1930 г. абвер начал планомерную фотосъемку территории потенциальных противников при помощи «Юнкерса W-34», установившего к тому времени рекорд высоты полета.

Автохтоны у власти

Поражение в Первой мировой войне учило трезвой оценке, способствовало рациональному самосознанию. Россия убедилась, сколь несовершенен ее экономический и социальный механизм, прогнувшийся (в отличие от западного) перед германской мощью. Этого большевики не забыли.

Как практически во всех странах, решающих задачу насильственной модернизации, лидер российской модернизации вышел из самых низов общества. В отличие от Ленина, человека с западным образованием, проведшего половину жизни на Западе, Сталин жил на Западе всего около четырех месяцев в 1906–1907 гг. Сведения о внешнем мире у него, самоучки, были в основном умозрительными. Строго говоря, это был типичный автохтон, умственно и эмоционально сформировавшийся в России, в условиях жесткого подполья. Но этот очевидный недостаток, который не позволил бы Сталину, в годы господства прозападной элиты, даже приблизиться к вершине власти, оказался его величайшим внутриполитическим козырем в борьбе за власть.

В 1925 г. окончательно разрешается спор автохтона Сталина и интернационалиста Троцкого. Ныне понятно, что исход их борьбы не мог быть иным. 170 млн человек не могли быть принесены в жертву «социальному поджогу» Запада, на алтарь восстания европейских пролетариев. Поставив задачу собственного общественного устройства, построения социализма в одной стране, опираясь на русское национальное чувство, Сталин выиграл бой. Одним из факторов победы автохтона Сталина, вступившего в послеленинский период борьбы за власть с более космополитически воспитанными претендентами на российское лидерство, было то обстоятельство, что практически растаял воспитываемый веками контактов прозападный слой России. Из почти 5 млн европейски образованных русских, составлявших элиту страны в предреволюционный период, в России после революции, гражданской войны и исхода интеллигенции на Запад осталось едва ли несколько сотен тысяч, решительно оттесненных от рычагов власти. Символом нового направления развития России, потерпевшей поражение в романовской попытке слияния с Западом, стал перенос столицы из петровского Петрограда в допетровскую столицу — Москву. Кроме того, это означало также физическое удаление жизненных центров России от границы с Западом.