По пути они заглянули в одно маленькое кафе, чтобы выпить кофе. После чего неторопливо поехали дальше по узким дорогам, останавливаясь полюбоваться на пони и овец с ягнятами.
— Как мило! — заметила Дейзи, когда они терпеливо ждали в машине — овца с ягнятами переходили дорогу.
— Хочешь немного прогуляться?
— Да. А у нас есть время?
— Мы имеем в запасе приблизительно двадцать минут и можем пройтись вон до той скалистой вершины холма.
Они быстро шли под ласковым солнцем, и через минуту он взял ее руку в свою, потому что по жесткой траве идти было нелегко. Дейзи, чьи пальцы сдавила его огромная ладонь, это показалось вполне естественным.
Отель «Гидлей-Парк» находился недалеко от Чагфорда. Полупустой ресторан выглядел весьма элегантно со своей ненавязчивой роскошью. Их столик стоял у окна. Дейзи испугали цены в меню. Джулиус, наблюдавший за выражением ее лица, как бы между прочим предложил:
— Давай я сделаю для тебя заказ. Или тебе хочется чего-то особенного?
— Да, пожалуйста, выбери. Я так голодна! призналась она с непосредственностью ребенка.
— Замечательно, и я тоже. Как насчет пирогов со шпинатом и котлет из молодой баранины? А пудинг выбери нам сама.
Пироги оказались очень вкусными, а котлеты подали с молодым картофелем, свежей морковью, горошком и брокколи. На десерт она выбрала шоколадный мусс с коньяком, сверху украшенный кремом. К пудингу подавалось тоненькое печенье, но Джулиус предпочел сыр.
Наливая кофе себе и ему, она улыбалась через стол.
— У меня сегодня такой чудесный день! Он принял чашку из ее рук.
— У меня тоже. Дейзи, я влюблен в тебя. Ты догадалась об этом?
Девушка очень осторожно поставила свою чашку с кофе на блюдце, чувствуя, как кровь приливает к щекам, и посмотрела прямо ему в глаза.
— Нет, не догадалась. Я вообще старалась поменьше думать об этом, ты же собираешься жениться на Хелен. В самое ближайшее время, так она мне сказала. — Дейзи придала голосу спокойствие. — Может, тебе только кажется, что ты влюблен, потому что мы всегда встречаемся неожиданно? Вспомни — мое падение в канал, ограбление. Потом твоя помощь с ведерком для охлаждения вина. — Она пристально смотрела на его спокойное лицо. — Если бы ты видел меня каждый день, ты бы перестал меня замечать. — Джулиус по-прежнему хранил молчание, и в ее голосе появились отчаянные нотки:
— Сегодня вечером ты возвращаешься в Голландию. Мы больше не встретимся, и ты забудешь меня.
— А тебе этого хотелось бы? Чтобы я забыл тебя?
После ее кивка он продолжил:
— Что ж, пожалуй, предложение разумное, принимая во внимание обстоятельства. И ты, и я связаны обещанием, не правда ли?
Он безмятежно улыбался, и Дейзи встревожилась.
— Но ведь мы останемся друзьями?
— Конечно. Против дружбы на расстоянии моя невеста возражать не станет. И твой жених тоже.
— Мой жених? С чего ты взял? Мне никто предложения не делал. — Она недоумевающе смотрела на Джулиуса.
Улыбка медленно поползла по его красивому лицу.
— А мне сказали, что ты скоро выходишь замуж. За какого-то молодого человека отсюда.
— Не знаю я никаких молодых людей. Встречалась одно время с Десмондом. А теперь и вспомнить не могу, как он выглядел.
Джулиус, вдруг помолодевший лет на десять, бодро заметил:
— Наш разговор, Дейзи, пролил свет на многое.
— С нами тебе все ясно, да? Мне тоже есть что сказать тебе, но я пока подожду. Выбрось это из головы, в Амстердаме у тебя и так полно хлопот, тебе, наверное, пора подумать и о свадьбе.
— Да, теперь я должен подумать о ней очень серьезно.
Он так повеселел, что выглядел почти самодовольным. Может, он уже разлюбил ее. Может, его влюбленность была мимолетной фантазией. Жаль только, что ее чувство фантазией не назовешь.
Вскоре они вернулись к машине, Джулиус болтал о том, о сем, словно и не было никакого признания в любви.
У магазина он вышел вместе с ней и задержался поболтать с родителями, после чего раскланялся. Воспитание заставило Дейзи проводить его до двери.
— Надеюсь, ты благополучно доберешься до дома. Пожалуйста, передавай привет от меня матери и Хелен. И спасибо тебе за такое чудесное утро и ланч. — А потом:
— О, Джулиус…
Именно это ему и хотелось услышать: внезапную страсть в ее голосе. Ее стойкое дружелюбие оказалось маской, и Джулиус без лишних слов заключил девушку в объятия и поцеловал. Долгим, медленным поцелуем, полным нежности и любви. Потом сел в машину и умчался, даже не оглянувшись.
А Дейзи, забыв о своих обязанностях, прошла к себе в комнату и разрыдалась. А когда у нее не осталось слез, умылась, привела в порядок волосы и спустилась в магазин с красными глазами, но абсолютно спокойная. Она сумела продать викторианскую вазу, этажерку из орехового дерева и грелку.
Ее энтузиазм в работе удивлял отца, который списывал все на радость, вызванную возвращением домой, но мать провести не удалось.
— Ты надеешься получить письмо от мистера Хьюизмы или услышать его по телефону, дорогая? — спросила она как-то через несколько дней после его отъезда. — Я уверена, что он пришлет тебе приглашение на свадьбу. Ты ведь знала его невесту, не так ли?
— Не очень хорошо, мама. Никаких приглашений я не жду. У них и без меня друзей хватает. Дейзи взяла яблоко с блюда на столе и вонзила в него зубы — чтобы мать перестала докучать расспросами.
А миссис Гиллард и не собиралась докучать. Она понимала, что дочь несчастна, и догадывалась о причине. Лучше бы ей не ездить в Амстердам!
Вернувшись в Амстердам, Джулиус позвонил матери и предупредил ее о своем возвращении. Связаться с Хелен он даже не пытался. Ему требовалось время, чтобы обдумать будущее. Теперь он был уверен в любви Дейзи, а его сердце принадлежало ей. Пока ему хватало и этой радости, тем более что в больнице скопилось много дел. Работа съедала все его время: вот уже десять дней прошло, как вернулся, а он еще не успел ни с кем встретиться — ни с друзьями, ни даже с матерью.
Джупу пришлось выразить свой протест.
— Загоните вы себя в могилу, — предсказывал он. — Ни часу отдыха, кроме прогулок с Баунсером.
Так нельзя.
— Не беспокойся, Джуп. Сегодня вечером я собираюсь навестить госпожу ван Тромп, — ответил он.
Джулиус говорил правду. Вернувшись с работы, он застал на автоответчике сообщение от Хелен: она гневалась — почему он не заехал к ней и не позвонил. Призывала немедленно явиться — сегодня вечером. Приходилось признать, что у нее были причины для раздражения. Джулиус поднял телефонную трубку и набрал ее номер.
Она тут же объявила:
— Сегодня я иду на обед с друзьями. Тебе лучше приехать к девяти. Я приняла еще несколько приглашений — за нас двоих. О датах я дам тебе знать. И не опаздывай, мне рано вставать на следующий день.
