США стали родиной автомобилестроения. В 1892 г. предприниматель Генри Форд, усовершенствовав изобретение немецких инженеров Го́ттлиба Да́ймлера и Карла Бе́нца, сконструировал свой первый автомобиль. Вскоре Форд вначале на небольшом заводе наладил массовое автопроизводство. А уже к 1915 г. с конвейеров нескольких заводов Форда в Детройте сходило до 250 тыс. машин в год. Стоимость фордовских автомобилей постоянно снижалась, машины становились доступны всё более широким слоям населения.
Открытие первой трансконтинентальной железной дороги (штат Юта, 1869 г.)
Одновременно с развитием автомобилестроения велось и строительство шоссейных дорог. К 1914 г. их протяжённость составила 247,5 тыс. миль. При гигантской территории США такая сеть железных и автомобильных дорог очень помогала развитию внутреннего рынка. Дороги также способствовали превращению страны в единый хозяйственный и политический организм. Это было особенно важно для отдалённых западных областей США, прежде как бы «оторванных» от восточных территорий.
Один из первых конвейеров на автомобильном заводе Форда
К концу XIX в. за США прочно утвердилось место ведущей индустриальной державы мира, которое эта страна продолжает удерживать и по сей день.
Чем можно объяснить резкий скачок в экономическом развитии США? Какую роль в нём сыграла победа Севера в Гражданской войне?
Положение американских трудящихся
Стремительное развитие промышленности способствовало и заметному росту уровня жизни населения США. В первую очередь это касалось рабочих, численность которых в тот период быстро увеличивалась: в 1870 г. – 3,8 млн. человек, в 1900 г. – 9,4 млн., а в 1910 г. – более 17 млн. человек. Положение американских пролетариев становилось гораздо лучше, чем у их собратьев в Европе. К концу XIX в. средний заработок рабочих в США составлял примерно 700 долл. в год, а прожиточный минимум не превышал 150–160 долларов. Это сказывалось и на производительности труда, которая в промышленности США в среднем была в 4 раза выше, чем в передовых европейских государствах.
Важную роль в защите интересов американских рабочих играли профсоюзы. К началу 1880-х гг. большинство профсоюзов слилось в два мощных объединения – Орден рыцарей труда (ОРТ) и Американскую федерацию труда (АФТ). В чём-то они соперничали, но в главном – защите прав рабочих – всегда были едины. И это обрекало на провал попытки различных радикальных групп столкнуть интересы американских рабочих и предпринимателей. Тем не менее подобные попытки не прекращались. В своей пропаганде радикалы пользовались тем, что в те годы в США множество энергичных людей делали стремительную карьеру в торговле и банковском деле, в промышленности и строительстве. Но некоторые из этих быстро обогатившихся лиц были не столько деятельными тружениками, сколько циничными дельцами, спекулянтами, мошенниками. И радикалы указывали народу именно на такие примеры, призывая рабочих «поделить всё по справедливости».
Однако большинство рабочих всё же активнее откликались на призывы ОРТ и АФТ бороться за свои права под мирными экономическими лозунгами. Так, в 1880-е гг. под руководством профсоюзов развернулось движение за 8-часовой рабочий день. В поддержку этого требования чикагские рабочие предложили 1 мая 1886 г. провести всеобщую массовую стачку. Чтобы избежать конфликта, многие предприниматели заранее объявили, что сокращают рабочий день до 8 часов. Поэтому руководство ОРТ призвало рабочих отказаться от проведения стачки. Но радикалы-социалисты всё-таки настояли на выступлении. В Чикаго в стачке приняли участие 40 тыс. рабочих, а по всей стране – ещё около 300 тыс. человек. После этого рабочий день сократили и многие другие предприниматели.
Вскоре в Чикаго произошли беспорядки. На ряде предприятий бастующие рабочие напали на штрейкбрехеров. Для разгона забастовщиков была вызвана полиция, а затем стычки начались и на улицах города. В этих столкновениях (3–4 мая) погибли 17 человек. Рабочие лидеры были арестованы, и четверых из них по приговору суда казнили.
Забастовка американских рабочих
К счастью, эти события не вызвали роста напряжённости в стране. В ряде отраслей промышленности рабочий день уже был сокращён, в других его также вскоре сократили. Профсоюзы всё более умело руководили забастовками (если уж их не удавалось избежать), которые обычно заканчивались заключением взаимовыгодных соглашений с предпринимателями.
Сравните рабочее движение в США и в Великобритании. Почему американские рабочие имели более высокий уровень жизни, а английские обладали большими правами?
Внешняя политика США
Вплоть до Первой мировой войны США в целом продолжали руководствоваться во внешней политике принципами доктрины Монро. От европейских конфликтов американцы держались в стороне, но и не допускали вмешательства европейцев в дела «своего» континента.
Первая почтовая марка США. 1847 г.
Однако стремительный подъём экономики США всё настойчивее диктовал необходимость более широкого выхода на мировые рынки. Торговое проникновение США на Дальний Восток началось ещё в середине XIX в. Затем Соединённые Штаты приняли активное участие в интервенции европейских держав в Японию (1864) и Китай (1900), добившись от правительств этих стран важных торговых привилегий. Европейские державы были не очень довольны вмешательством США в «их» дела, но никаких особых трений это не вызывало.
В сознании же большинства американцев в те годы (включая и политическое руководство) преобладали настроения, именуемые изоляционизмом. Они примерно соответствовали сути доктрины Монро: не вмешивайтесь в наши, американские, дела, тогда и мы вас не тронем. К тому же проникновение в «чужое» полушарие было чревато различными опасностями, вплоть до военных конфликтов. Изоляционизмом руководствовались и торгово-промышленные круги. Ведь они ещё не в полной мере исчерпали возможности внутреннего рынка самих США, не говоря уже об огромном рынке молодых государств Латинской Америки.
Изоляционизм находил отражение даже в финансовом распределении американских капиталов за рубежом. На 1900 г. инвестиции (т. е. вложения капитала) США в Канаде составляли 150 млн. долларов, в Мексике – 185 млн., на Кубе – 50 млн., в прочих странах Латинской Америки – 45 млн. долларов, а на все страны Европы приходилось лишь 10 млн. долларов. Между тем европейский капитал (вначале британский, затем и германский) всё активнее проникал как в страны Латинской Америки, так и непосредственно в Соединённые Штаты. Иными словами, изоляционизм, давая американцам некоторые гарантии, в то же время и лишал их многих благоприятных перспектив. Поэтому становилось всё очевиднее, что изоляционизм должен остаться в прошлом.
К концу XIX в. внешняя политика США стала более наступательной. Укреплялось американское влияние в Китае и Японии. В 1893 г. США, организовав государственный переворот на Гавайских островах, сделали эти тихоокеанские острова своим владением. Но к тому времени практически вся «периферия» была уже поделена между ведущими европейскими державами. Поэтому перед американцами было два пути: довольствоваться уже имевшимися в их распоряжении землями либо попытаться получить «свой кусок пирога» (т. е. нарушить доктрину Монро), но при этом пойти на риск военного конфликта.
Взрыв американского крейсера в феврале 1898 г. в порту Гаваны (Куба), ставший поводом к объявлению США войны Испании
США выбрали второй путь, что уже в 1898 г. привело к войне с Испанией. Эта война (как и ряд других войн и конфликтов тех лет) стала своего рода прелюдией к событиям, приведшим к Первой мировой войне.
Подведём итоги
Реконструкция Юга, оставив ряд нерешённых проблем, в целом закрепила итоги Гражданской войны. К концу XIX в. США стали ведущей индустриальной державой мира, а рост военно-экономического потенциала страны позволил её руководству перейти к более активному курсу внешней политики.
• Штрейкбрехеры (в букв, переводе с немецкого – разрушители забастовок) – так называли лиц, которых хозяева привлекали с других предприятий (порой даже привозили из соседних стран) или из числа безработных, чтобы заменить бастующих, оставивших свои рабочие места.
• 1865–1877 – Реконструкция Юга США.
• 1886, 3–4 мая – столкновения рабочих с полицией в Чикаго.
• 1898 – Испано-американская война.
«Уже много лет тому назад я понял, что, поскольку нам, рабочим, суждено прожить свою жизнь именно в том обществе, в котором живём, мы должны стремиться не к разрушению и уничтожению этого общества, а к его более полному развитию».
