Элана привыкла ко мне, привязалась, скорее всего, была благодарна, но страсти между нами не было. Точнее нет, она была, но только с моей стороны.
Как-то раз я попытался заговорить о свадьбе и детях, о дальнейших отношениях, но Елисеева ударилась в истерику, из которой пришлось ее потом выводить. Больше я затрагивать эту тему не рисковал.
Обручальное кольцо покоилось в моем комоде и с каждым днем я все отчетливее понимал, что даже предложи я Элане руку и сердце, она откажет. Она не любила меня, ни дня нашей совместной жизни.
Видела во мне друга, спасителя, семью, но не мужчину…
Все это вместе копилось, копилось и, кажется, грозилось разбудить внутри что-то темное и неподвластное даже мне самому.
Головой я понимал, что Лана не виновата, но сердце требовало иного. Оно требовало ответных чувств от той, ради которой я вывернулся наизнанку. Пожертвовал братом, своей семьей, честью и совестью. И кажется, бизнесом.
Чуяло мое сердце, долго мне одному не продержаться. Иногда я даже подумывал о том, чтобы продать его конкурентам. От греха подальше, так сказать. Получить хорошие деньги, забрать Лану и укатить жить куда-нибудь заграницу. Может, во Францию. Или Италию. Куда скажет Элана.
– Детка…
– М? – Лана отвлеклась от фильма, подняла на меня немного сонный взгляд. Кажется, тоже устала.
– А давай уедем?
– В каком смысле? – Елисеева поставила фильм на паузу и развернулась в моих объятиях.
– В прямом. Куда скажешь. В любую страну…
– Но…
– Что нас здесь держит, Лана?
– Я… я не знаю… работа, наверное… – неуверенно протянула она, позволяя заключить свою ладошку в мою руку.
– Работу мы найдем и там, куда уедем. Весь мир открыт перед нами… Что ты думаешь об Италии?
– Не… не уверена… не знаю… я… хотела бы там побывать…
– Тогда решено. Поедем туда?
– На совсем? – испуганно спросила Лана.
– Нет. На недельку. Или месяц, а там… посмотрим?
– Ладно… – наконец, улыбнулась она.
Глава 48
Дни тянулись похожие друг на друга. И так позади оказался целый год жизни. Год, за который я успел жениться, год, за который успел потерять дочь, родить другую…
Я женился на Дане, когда понял, что Элана сделала свой выбор, приняла Ростислава и, кажется, успокоилась.
Наверное, с первых дней нам было не по пути, это я цеплялся за призрачное счастье, я любил ее… влюбился с первого взгляда, как глупый мальчишка. А затем просто не давал ей прохода. Едва не преследовал.
Тогда Лане это нравилось… в самом начале наших отношений. Вот только она даже не подозревала, что это был не ее выбор, а мой напор был показателем вовсе не волевого характера.
Я был монстром, который брал то, что хотел, и, если бы Елисеева не ответила мне взаимностью, я бы просто ее подчинил. Я бы не оставил ее. Она пропала, когда встретила меня.
Так и получилось. Я преследовал ее, унижал, угрожал, шантажировал, оскорблял, избивал, держал вне воли. Сделал все, что мог, как говорится. А заплатила за все маленькая Каролина.
Не проходило и дня, чтобы я не вспоминал о ней, чтобы не думал о ее зеленых глазах, чтобы не молился о том, чтобы все у нее было хорошо. Где бы она не находилась сейчас.
Я женился на Дане, когда она сказала, что беременна и что влюблена в меня. Что я мужчина ее жизни и без меня она ее просто не мыслит. Я подумал, что может быть это принесет мне подобие семьи, потому что в моем возрасте я не надеялся, что встречу еще одну любовь после Эланы. И не верил, что когда-нибудь смогу впустить в свое сердце кого-то еще.
Она была моим идеалом. Воздушной феей. Принцессой из далекой и загадочной страны. Моим ангелом.
Уберечь я ее не смог, поэтому и отпустил к брату. Он всегда был мягче, в нем было сострадание, и как бы сильно я его не ненавидел, отрицать этих качеств в нем не мог. Я надеялся, что он сможет сделать ее счастливой.
Проще говоря, у него были тормоза, которые мне были не виданы. И я посчитал, что Елисеевой будет с ним лучше. Она заслуживала счастья. Хоть крохотного.
А с Даной я просто не пожелал совершать былых ошибок. Я не хотел увидеть смерть еще одного своего ребенка. Пускай и от нелюбимой женщины.
Она была красива, относительно заботлива, она была беременна моим ребенком и знала о том, чем я занимаюсь. С ней не нужно было притворяться, быть не собой. Потому я и решил, что, наверное, это будет лучшим вариантом в моем случае.
До тех пор, пока не родилась наша дочь. Дана пожелала назвать ее Изабеллой. Но что-то пошло не так с первых дней.
Когда я смотрел на Каролину, то понимал, что она моя, даже несмотря на то, что не мог ее коснуться. Но когда я брал на руки Изабеллу, то не чувствовал ничего. Ровным счетом. Сначала я сомневался в том, что она моя, но Дана предоставила тест на отцовство, прекрасно понимая, что рано или поздно я его потребую. Я проконтролировал все моменты, все этапы проверки и он подтвердил, что отцом ребенка являюсь я. Но я все равно не мог отбросить от себя эту мысль.
Пару месяцев я мысленно себя ругал, ведь Изабелла была моим вторым шансом, маленьким счастьем, за которое я был ответственен, и она не обязана была расплачиваться за черствое сердце своего отца. Затем какое-то время я списывал все на то, что она от Даны. Не от Эланы. Но затем все-таки решился.
Отрезал маленькую прядку светлых волос, сложил в аккуратный, маленький конверт и отвез его в клинику. К вечеру сегодняшнего дня мне обещали отдать готовый результат.
Глава 49
– У тебя огромные проблемы, моя дорогая.
Я зашел в свою спальню и, как и предполагал,
