к трону.
Глаза короля Акли, казалось, в миг потухли, а его руки бессильно упали на колени. Реджи подошел ко мне и молча покачав головой, обнял, а потом тихо произнес:
— Теперь, любимая, мы сами дальше во всем разберемся. Почему ты только раньше не рассказала об этом?
Подняла на него глаза и сказала:
— Я собиралась, Реджи, но не хотела тебя расстраивать — это же твоя мама. Пыталась сама сначала попробовать все выяснить и…
Он поцеловал меня в лоб и сказал:
— Селина, научись мне доверять. Я твой жених и будущий муж, с этих пор я решаю все твои проблемы. Ты обещаешь больше ничего сама не делать и не рисковать собой?
— Конечно, любимый, — прошептала я.
Глава 16
Я не спала всю ночь: вертелась в кровати, ходила из угла в угол, даже уговоры поесть моих любимых шоколадных кексиков или булочек с лимоном, что притащила Камилла, не помогали. Наконец вышла на балкон — вдыхала густые ароматы ночного воздуха, послушала, как стрекочут сверчки. И, глядя на ночное светило, вспомнила своего лунного охотника, для которого я оказалась единственной. Тепло разлилось внутри, кровь побежала быстрее. Радость того, что я люблю и любима — дарила крылья. Теперь я могу верить принцу и знать, что действительно одна в его постели, а огонь в его глазах будет загораться только для меня до скончания нашей жизни.
Утром Реджинальд пришел с осунувшимся лицом, нахмуренный и я осторожно начала расспросы:
— Реджи, как все прошло?
Принц прошел к дивану и устало плюхнулся на него, откинул голову назад, потер глаза. Те были красными — следы бессонной ночи, а потом произнес глухо:
— Это было очень тяжело. Велму закрыли в покоях и приставили стражу. Мы с отцом и приближенными магами вели допрос. Сама понимаешь, любой мог ложно обвинить королеву, и никто бы даже слушать не стал без явных доказательство. Но покушения на тебя, рассказ, подкрепленный словами герцогини Аспенс, заставили проверить все более тщательно.
К тому же запертая в камере леди Белллинда Марлоу говорила без умолку. Нам ничего и не пришлось у нее выпытывать силой. Ее несло, словно под сильным ветром лодку. Она рассказала нам все что нужно и то, что не нужно. Даже обо всех своих любовных похождениях поведала, да в таких подробностях… Что-то вы со своей фрейлиной перестарались с этой настойкой. Много нового узнал о подчиненных, — усмехнулся невесело Реджинальд. — А королева Велма держалась долго. Сначала молчала, потом обвиняла короля, что он не имеет права так поступать со своей женой, и не нужно верить тебе и тем более какой-то глупой фрейлине. Но все-таки в итоге отец извинился перед ней и применил магию — развязал королеве язык. И сделал он это потому, что первая жена Люция была для него истинной парой, которую подарил Лунный творец ночи и повелитель звезд. И ты просто не представляешь, какое это редкое и долгожданное событие для любого оборотня. Отец ведь так никогда и не полюбил Велму.
И, наконец, в ходе допроса королева призналась, что хотела женить меня на леди Беллинде, а когда я взойду на престол, та бы за моей спиной делала все что прикажет она. Велма всегда была честолюбива. Мой отец нужен был ей только для того, чтобы занять трон.
А короля она опутала своими коварными речами и применила заклинание на любовь. Но это была вовсе не любовь, а помутнение, страсть… У него уже была истинная пара, поэтому полюбить больше он никого бы не смог. Только разум ему затуманила Велма, и она периодически повторяла приворот.
Я с ужасом смотрела на Реджи. Бедный король Акли! Почти всю жизнь прожить с женщиной, которая заставила магией быть с ней и, самое страшное, убила твою единственную любовь и мать твоих детей.
— Реджи, как король?
— Он в ярости. Хотел на месте казнить Велму, еле его остановили. Законы королевства надо чтить, иначе какой он король. Ее перевели в темницу, а он закрылся в своих покоях.
— А ты? — осторожно, почти шепотом спросила Реджи.
— Я… Ты знаешь, Селина, а ведь она мне заменила мать. Со мной и моими братьями она была добра, и я помню только хорошее от нее. Так что мне тоже очень нелегко будет это перенести. — Отвернувшись к окну, произнес печально Реджинальд.
Я подошла к принцу, тихонько погладила его по руке, а потом обняла за шею и прошептала:
— Я с тобой Реджи. Я люблю тебя и всегда поддержу в трудную минуту. — И положила голову ему на плечо.
***
Я уже засыпала, когда услышала непонятный глухой стук за дверью спальни. Села в кровати и прислушалась — стук раздался вновь.
— Матильда! — позвала я. — Трэйси!
В ответ тишина. «Странно… Там что, все служанки спят и не слышат, как зову их?» — удивилась я.
Встала с кровати и поежилась, в комнате было прохладно. Накинув пеньюар, пошла в сторону двери, ведущей в гостиную, где спали мои служанки, охраняя мой сон и на всякий случай.
Толкнув дверь, увидела сиреневое размытое марево. Потом воздух вдруг окрасился в цвет пурпура, и пошла зыбь, как по воде. «Это что такое?» На полу и в креслах лежали в неестественных позах служанки. Я растерянно оглянулась и позвала:
— Охрана! — в комнату никто не прибежал на мои крики.
Я поежилась от страха, а по телу побежали холодные мурашки. «Что делать?» — запаниковала я. Решила все-таки выглянуть за дверь покоев и посмотреть, что с охранниками. И, если что, позвать кого-нибудь на помощь.
Высунувшись осторожно за дверь, увидела все ту же картину: четыре охранника лежат на полу без сознания. И только было открыла рот для вопля, как передо мной появилось сморщенное смуглое лицо старухи и, она, что-то произнеся низким скрипучим голосом, дунула мне в лицо с открытой ладони серебристый порошок. Я от испуга и удивления его глубоко вдохнула. Все разом поплыло перед глазами, а потом я провалилась во тьму.
***
Вязкая темнота медленно отпускала меня из своих объятий. В голове раздавался резкий звук, словно молот бил по наковальне. Попыталась пошевелится. «Почему мне так неудобно?» Открыла глаза и увидела над собой серый каменный потолок, на котором блестели капли влаги. Хотела потереть нывшие виски и не смогла! «Так, у меня, похоже, руки привязаны», — констатировала
