и перед войной был делопроизводителем военного министерства.
В то же время общая трудность с комплектованием офицерских должностей (в силу отсутствия офицерского запаса) заставляла комплектовать тыловые должности лицами, которые не годились для службы в строю: офицерами, уволенными в запас или отставку за пьянство, воровство и проч. Насыщение учреждений должностными лицами подобного рода неизбежно создавало в тылу условия, в которых процветало воровство и другие преступления.
Эти обстоятельства в первую очередь и привели к тому, что организация и служба тыла действующих армий оказались, как показала война, во многом неудовлетворительными. Они стоили русским войскам многих жертв и лишений, вызвали излишнюю трату огромных народных средств и весьма отрицательно сказались на самом ходе военных действий.
В Дунайской армии наиболее неблагоприятно обстояло дело с интендантским снабжением. Пока Дунайская армия находилась в Кишиневе, интендантство исправно снабжало армию всем положенным. Но уже в этот период в полевом управлении армии возникли серьезные опасения в отношении интендантского снабжения армии после перехода ею государственной границы и сосредоточения в Румынии. Румыния во время нахождения русских войск в Бессарабии придерживалась политики нейтралитета. Из боязни подвергнуться нашествию турок румынское правительство не заключало союза с Россией. Объявление о союзе с Румынией не входило также в интересы и русского правительства. Союзные обязательства были подписаны лишь в день объявления Россией войны Турции.
В этих условиях интендантство не могло заблаговременно создать в Румынии промежуточные склады для питания войск Дунайской армии как во время движения через Румынию, так и во время сосредоточения там войск.
Командование Дунайской армии подняло вопрос о высылке армии золота для заготовки продовольствия и фуража, но до середины апреля получило всего 50 000 золотых рублей. Насколько мизерна была эта сумма, видно из того, что среднее дневное содержание армии в 200 000 человек обходилось в 174 000 золотых рублей, а месячная потребность армии в золоте доходила до 3,25 миллионов рублей(5). Только накануне войны Дунайской армии было отпущено 3 миллиона золотых рублей. Русское правительство не хотело тратить своего золотого запаса, опасаясь падения курса рубля. Таким образом, выход из затруднения со снабжением путем заготовки в Румынии продфуража самими войсками оказался нереальным.
Возможность обеспечения войск, двигавшихся по Румынии, интендантским транспортом также исключалась. В связи с увеличением численности Дунайской армии перед самым объявлением войны средств интендантского транспорта для такого способа снабжения оказалось совершенно недостаточно; весь штатный интендантский транспорт мог поднять лишь три суточные армейские дачи(6).
Для обеспечения питания войск Дунайской армии оставался только один из принятых в то время способов заготовки продовольствия и фуража - помощь частных коммерсантов.
Наиболее обычным видом заготовок продовольствия и фуража при помощи частных коммерсантов был подрядный. Частный коммерсант-подрядчик обязывался заготовить продовольствие по тем ценам, которые определялись подрядным договором и которые, как правило, не изменялись на все время действия договора. Подрядный способ, если цены были определены верно, не превышены против средних существующих цен, был выгоден для казны, так как способствовал оплате поставок в течение длительного срока действия подряда по одним и тем же ценам.
Когда командование Дунайской армии обратилось к подрядникам, то они потребовали выдачи им на заготовку продовольствия и фуража золотого аванса. Такого требования Дунайская армия удовлетворить не могла, так как золота не имела. Встала задача подыскать таких подрядчиков, которые взялись бы за поставки с оплатой их в кредитных рублях по установленным подрядным договором твердым ценам.
Времени для обычного в таких случаях объявления торгов и сдачи подряда тем подрядчикам, которые предложили бы более выгодные для казны условия, уже не оставалось. Это обстоятельство в корыстных целях верхушки армии было раздуто и привело к тому, что снабжение армии было сдано не с торгов, а одному монопольному товариществу. Командованию армии - Непокойчицкому, интенданту и даже Николаю Николаевичу - было удобнее делить прибыли с одним юридическим лицом, чем с рядом подрядчиков.
Командование армии обратилось к товариществу Грегера, Горвица и Когана. В отличие от прочих подрядчиков это товарищество брало на себя заготовку с оплатой в кредитных рублях, золото же для расплаты в Румынии соглашалось достать само, используя свои международные банковские связи (в частности, с Рокфеллером). Однако за это оно потребовало принять его условия договора. Условия эти заключались в следующем: товарищество заготовляло продовольствие и фураж не на правах подряда, а на правах комиссии, то есть не на свой капитал, а на суммы, отпускаемые ему командованием Дунайской армии в кредитных билетах по биржевому курсу. При этом закупка продовольствия и фуража производилась не по однажды принятым договорным ценам, а по тем ценам, которые были к моменту закупки на местном рынке, то есть по меняющимся ценам. Себе товарищество сверх этих цен брало 10% комиссионных от суммы закупок и оплату некоторых организационных расходов.
Эти условия для интересов государства были совершенно невыгодны, так как товарищество могло вздувать цены, как ему было угодно, и получать весьма высокое комиссионное вознаграждение.
Договор с товариществом был подписан лишь 28 апреля, следовательно, времени для подыскания другого товарищества, с более выгодными для государства условиями, уже не оставалось. С этого момента снабжение Дунайской армии в Румынии мукой, крупой, чаем, сахаром и фуражом происходило в основном через товарищество. Войсковым частям, за исключением порционного скота и приварка, а также, с особого разрешения, фуража, запрещалось самим заготавливать продовольствие и фураж, если они предоставлялись им интендантством или товариществом. Снабжение войск Дунайской армии при помощи упомянутого товарищества принесло много вреда.
Во-первых, к беззастенчивому грабежу русского солдата со стороны верхушки армии и развращенного казнокрадством интендантского чиновничества прибавился грабеж хищнической кампании Грегера, Горвица и Когана. Грабеж, таким образом, стал двойным.
Во-вторых, заготовляемое товариществом продовольствие и фураж были низкого качества, хотя цены на них были много выше тех, по которым могли бы заготавливать сами войска.
В-третьих, страдала военная тайна. Ввиду слабости и неповоротливости интендантства продовольствие и фураж часто попадали в войска не через интендантство, а непосредственно со складов товарищества. Более того, товарищество часто получало наряды от интендантства на заготовку продовольствия в определенном пункте, для определенной части, на определенное количество едоков. Таким образом, товариществу с его многочисленной, совершенно непроверенной агентурой становилась известной не только точная численность, но и дислокация армии.
В-четвертых, деятельность товарищества вовсе не вела к сохранению полноценности русской валюты, так как для оплаты своих заготовок в Румынии оно меняло на золото получаемые им в кредитных рублях суммы на международном денежном рынке и тем самым снижало ценность русского кредитного рубля.
Условия договора Дунайской армии с товариществом Грегера, Горвица и Когана были,
