- То есть, я могу ходить, где захочу и уйти – когда захочу?
- Нет.
- Почему?
Бастиан красноречиво приподнял бровь, но ничего не ответил. Мари поняла, что ответа на этот вопрос она не дождется. И задала следующий, так волновавший ее вопрос.
- Там в лесу, с кормилицей, остался …ребенок. Я должна быть рядом с ним.
Бастиан сцепил пальцы в замок и задумался. Да что юлить-то?
- Рики Мартин находится сейчас рядом со СВОЕЙ матерью.
- Ох….Но этого не может быть!
- И почему же? Или ты настаиваешь, что этот ребенок –твой?
В его голосе было столько сарказма, что Мари поняла – эта ее тайна раскрыта.
- Он не совсем мой. Вернее, его настоящая мама просила меня позаботиться о нем.
- И кто же его настоящая мама? – Бастиан неожиданно разозлился и не собирался облегчать ей объяснение.
- Вы не поверите…
И Мари уже шепотом, понимая, как глупо это звучит, добавила:
- Его мама розовая драконица. И она погибла.
- И почему же ты не сообщила семье малыша об этом?
- А я не знаю его семью. Дракоша просила отдать дите Кейдену… - Бастиан подобрался.- Вы не знаете, кто такой это Кейден?
Он так стремительно поднялся и приблизился к ней, что девушка вжалась от испуга в высокую спинку своего стула. Блондин же схватил ее за руку, подтянул резко вверх край рукава и показывая ей на золотую вязь, прорычал:
- А это кто тебе оставил? Ты тоже не знаешь?
Мгновенно вскинувшийся дракончик на ее плече плюнул в Бастиана огненным шариком, но тот лишь отмахнулся от него.
А испуганная Мари, не понимая, за что на нее рычат, и почему так резко изменилось настроение этого мужчины, протянула к нему вторую руку.
- И на этой руке есть. Мойра утверждает, что это метка дракона.
Бастиан смотрел на нее, и потихоньку успокаивался. Кажется, это чудо ни о чем не догадывается. Она что, в подвале выросла?
- Ты откуда такая взялась, Мэри?
- Меня зовут Мари.
Что за скверный характер у этой девчонки. Мари, так Мари. Хотя Мэри ему нравится больше.
- Иди ка ты спать, Мари.
Уже у самого выхода девушка обернулась, и подобрав длинный подол платья, приготовилась убегать. Но вопрос свой, все же , повторила:
- А ребенок?
- Мама малыша жива. И малыш сейчас - рядом с ней.
Сначала она смотрела на него недоверчиво. А затем изумленно спросила:
- Это правда?
-Да. Как правда и то, что она моя сестра, а ребенок – мой племянник.
Радостью зажглись вишневые глаза.
- Спасибо, - Мари счастливо улыбнулась и отправилась в свою комнату. Плюшевый дракоша, задорно кувыркаясь в воздухе, летел впереди нее.
Мари немного отстала, тщетно пытаясь открыть встречавшиеся на ее пути двери. А когда зашла в отведенную для нее комнату, застала странную картину. Ее плюшевый Лимончик, а именно так она назвала своего маленького питомца, прильнул к огромному темному окну и завис. И в буквальном, и в переносном смысле. Он неподвижно висел в воздухе, и только прозрачные крылышки трепетались за его спинкой. Он не отреагировал ни на появление Мари, ни на ее зов. Заинтригованная, девушка подошла поближе к окну. Ноздри маленького дракона раздувались, а из его груди доносились странные звуки. Словно мурчал маленький котенок. Мари проследила за его взглядом. И тоже, словно завороженная, замерла у окна. В небе, на фоне темнеющего неба парил черный дракон. Что-то было в нем одновременно и страшное, и прекрасное. И только когда он исчез за очередной высокой башней дворца, Мари перевела дыхание.
От созерцания ночного неба ее отвлекло покашливание.
Повернувшись, Мари натолкнулась на полный сочувствия взгляд Лилы. Она держала в руках поднос с графином, полным светлой янтарной жидкости.
- Это хозяин тебе передал. Для крепкого, так сказать, сна.
Мари не сдвинулась с места, поэтому служанка пристроила его на столике.
- Измучил он тебя, окаянный?
Мари была настороже – попахивало провокацией.
- И как он меня измучил?
- Я видела шар магический, совсем прозрачный стал.
И Лила налила из графина в чашечку напиток, а затем, воровато посмотрев по сторонам, достала и-за пазухи пузырек. Капнула немного в напиток и протянула его Мари.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Пей. Не бойся. Это спрячет твою магию. И он быстрее тебя отпустит.
Мари вспомнила хрустальный шар, который через весь стол послал ей мужчина. Она почти весь вечер продержала его в руках, и действительно, никакого особенного свечения в нем не заметила.
- Не хотите ли ко мне присоединиться? – Мари решила продемонстрировать гостеприимство. А вдруг получится что-то выпытать ? Она весь вечер провела в разговорах с блондином, но кроме новостей о Рики так ничего нового и не узнала.
Лила сомневалась всего мгновение , и словно из воздуха достала еще одну чашку- уже для себя. Операцию с каплями она повторила, так что Мари успокоилась – на этот раз ее травить не собираются.
Глава 33.Черный дракон
Напиток действительно оказался очень вкусный. По вкусу похожий на мускатное вино, но с примесью аромата и вкуса цитрусовых. И на удивление, очень быстро закончился. Но Лила оказалась просто волшебницей. Так что скоро на ковре из маргариток у нас организовался маленький пикничок. Сладкие фрукты, напоминавшие наши хурму и инжир, запеченная до хрустящей корочки курица.
- Гриль? - спросила я Лилу, икнув.
- Гриль, - согласилась со мной она.
- Ворона гриль? – с подозрением переспросила я.
- Почему ворона? Курочка.
Я успокоилась : курица, вкусное вино и душевная компания – о чем еще может мечтать девица в заточении?
Даже Лимончику мы налили в блюдечко вина. И он сидел с мокрой от напитка плюшевой мордочкой, уминал наши фрукты и забавно чихал .
А мы им умилялись и тихонько так похихикивали. Мы старались не шуметь. Ведь будить дракона в наши планы не входило. И чашечка за чашечкой, уже вскоре стали почти лучшими подругами.
Лила рассказала мне все дворцовые сплетни. Я никого из героев ее историй не знала, но все равно было очень интересно. Затем я рассказала ей свою историю. Она сочувственно на меня смотрела, временами трогала мой лоб, время от время подливала мне из флакончиков капельки. Еще бы. Расскажи мне месяц назад кто-то другой такую сказку, я бы тоже лоб ему трогала. Или, скорее, пальцем у виска крутила. Душевные разговоры, это, конечно здОрово! Я новой подруге доверила историю своей жизни, но чашечки местами менять не забывала. Пусть сама свои капельки пьет.
В общем, посидели мы с ней очень душевно и интересно, но выйти из моих покоев с первого раза Лила не смогла. Капельки, наверное, слишком уж расслабили ее. Так что, с горем пополам, я спровадила свою новую подругу.
Лила, наконец-то, ушла. Несколько раз она возвращалась, объяснялась мне во внезапно вспыхнувших ко мне чувствах. А я так давно не слышала добрых и ласковых слов. И пусть эти слова навеяны хмельным напитком и «волшебными» капельками, все равно мне было приятно. И немного грустно. Да что там грустно, просто реветь хотелось. И я заревела. Не во весь голос, а тихонько, поскуливая и заливая свою подушку слезами. В моей постели спало плюшевое существо, ожившее по моей прихоти. Единственное, кто в этом чужом и не понятном мне мире, кажется, привязалось ко мне.
Оно так громко урчит. И этот утробный, льющийся из него звук обволакивает меня, и словно утешает. Вскоре судорожные всхлипы мои успокаиваются. И лишь только изредка горестный вздох вырывается из моей груди. И кажется, что это урчание уже звучит внутри меня. И скручивает в животе тугую, ноющую пружину. Спускается ниже, и снова вверх, разгоняя вдоль позвоночника мурашки. Что ж ты делаешь со мной, урчалка? Мне кажется, еще немного, и стон вырвется из меня. Так дело не пойдет. Я открываю глаза, и… никого.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лимончик спит в моих ногах. И он молчит. А урчание продолжает меня терзать. Судорожно двигаю ногами, сгребая шелковые простыни. Руки сжимаю в кулаки и не позволяю сделать им то, что мне так хочется… Так ноет внизу живота! Сладостно, до боли. Умом понимаю, что что-то не то. Но остановиться не могу.
