Он с укоризной взглянул на Настю, которая, пусть и невольно, но все же разрушила эти прекрасные обещания.
— Так я и подумала, — с удовлетворением констатировала та. — Если бы пришла настоящая Наташа, вам бы не поздоровилось. Как раз во время самой бурной фантазии в квартиру ворвались бы ваши неведомые доброжелатели с криками: «Ага! Попался!» А может быть, там над кроватью установлена видеокамера, и через полчаса вы бы об этом узнали. И пленочку бы увидели. Может быть, кто-то хочет заграбастать ваше шоу?
А, Семен?
— Может быть, — задумчиво произнес Шинкарь. — В любом случае я вам обязан. Думаю, я уже камнем летел вниз, а вы не дали мне разбиться. Я ваш должник, девушка.
— Меня зовут Настя.
— А меня Семен, — машинально ответил Шинкарь, вперив невидящий взгляд в стол.
— Послушайте, Семен, у меня свои счеты с фирмой, которая собиралась организовать для вас именины сердца. Давайте, расскажите-ка мне, что это за друзья, которые подарили вам подобное приключение.
Шинкарь отрицательно покачал головой:
— Извините, но со своими друзьями я разберусь сам.
Возмущенная Настя напустилась на него, но он остался тверд, как разящий кулак.
— Ну, ладно, — отступила она. — Тогда вы должны позволить мне инсценировать ваше появление в этой квартирке. Заодно сами понаблюдаете за событиями.
Откуда-нибудь со стороны.
— Что вы имеете в виду?
— Вы дадите мне ключ. Это раз. И два — мы с вами обменяемся машинами.
Шинкарь тотчас вспенился, словно теплый квас. Не обращая никакого внимания на его реакцию, Настя продолжала:
— Вы на моей «Тойоте», — квас тут же успокоился, — едете на место и паркуетесь где-нибудь неподалеку. А на вашей…
— «Хонде», — подсказал тот.
— На вашей «Хонде» к дому подъезжает совсем другой мужчина. Прикрывая лицо, он входит в подъезд, после чего в назначенный срок туда же вхожу я. Когда пройдет полчаса, мы все увидим, что будет. Я со своим другом увижу, и вы увидите. Может быть, узнаете кого-нибудь из знакомых.
Шинкарь колебался.
— Вы ведь сказали, что теперь мой должник! — укоризненно воскликнула Настя, приканчивая эклер. — Не думаете же вы, что расплатились за мою помощь пирожными!
Она облизала пальцы и только после этого протерла их салфеткой.
— Ладно, — неохотно согласился Шинкарь. — Давайте договариваться конкретно. Как все будет происходить и когда мы встретимся?
Глава 8
Теперь дело оставалось за малым — найти мужчину, который согласится сыграть роль Шинкаря. Если бы не гипс, Настя, конечно, принялась бы уговаривать Люсиного мужа. Кроме него, уговаривать было решительно некого. "Надо же, — укорила она себя. — Дожить до тридцати лет и не заиметь друга, к которому можно обратиться за помощью в щекотливом деле!
Кроме того, мне ведь нужен не просто мужчина, а смелый мужчина. Такой, который не спасует и не бросит в беде, если что".
Уже подъезжая к дому, она подумала: «Ну ладно! Если судьба мне разоблачить эту шайку из „КЛС“, кто-нибудь да найдется». В этот миг она повернула за угол дома и увидела Купцова. Тот бродил возле ее подъезда, засунув руки в карманы брюк, и рассеянно гонял камушек. Никаких следов недавней драки на его лице заметно не было.
Когда Настя вышла из машины, он оставил свое занятие и быстро пошел ей навстречу.
— Вижу, ты мне рада, — констатировал он, верно оценив выражение Настиного лица.
— Рада, рада! — поддакнула та. — Извини, что в прошлый раз я оставила тебя лежать на асфальте.
— Забудем, — мрачно буркнул Купцов.
— А сейчас мне как воздух нужна поддержка!
— Моя?
— Чья-нибудь. Но обязательно мужская.
— Любопытно.
— Есть одно дело, с которым я не смогу справиться в одиночку. Ты завтра вечером свободен?
— Да, а что от меня потребуется?
— Раздеться и полежать со мной в кровати.
Купцов некоторое время молчал, потом выпятил грудь и поинтересовался:
— А зачем ждать до завтра? Я — здесь, ты — здесь, постель в двух шагах. Пойдем разденемся и полежим.
— Ах, боже мой, ты ничего не понял! Когда я говорю — полежать, это значит именно полежать.
— И не проявлять никаких признаков мужественности?
— Никаких.
— Тогда пусть с тобой подружка полежит, — обиделся Купцов.
— Подружка не годится! — отчаялась Настя. — Хотя ты, кажется, тоже не подойдешь.
— Почему это? — невольно заинтересовался Купцов.
— Рост у тебя не тот, и разворот плеч другой, и вообще…
— В кровати все мужчины одного роста! — заявил отвергнутый Купцов.
— Понимаешь, по дороге к постели за нами наверняка будут следить.
— Ого! Вот это мне нравится. Какая-нибудь криминальная история?
— Похоже на то.
— И я точно не сгожусь на роль любовника?
Настя еще раз оглядела его с ног до головы и вздохнула:
— Точно.
— А не связано ли это дело с моей квартирой? — с подозрением спросил он.
— Еще как связано! До сих пор не могу понять, почему ты так пассивно отнесся к рассказу об Иване, к моей сережке на твоем балконе, наконец!
— Да что я могу поделать? Не в милицию же тащиться с твоей сережкой и с твоим рассказом. Меня засмеют. Кстати, если я не гожусь на то, чтобы лежать в постели, могу я хотя бы пригласить тебя на ужин?
— Сожалею, — сказала Настя. — Я уже обещала финну.. — Она замерла на полуслове и уставилась на носки своих туфель. — Финн! Ну, конечно! Он идеально подходит. И рост, и комплекция, и цвет волос — все совпадает!
— Ты пытаешься подогнать живого мужчину под какой-то стандарт?
— Угадал. Он должен быть похож на Семена Шинкаря, ведущего шоу «Модная тема».
— Слушай, ну у тебя и вкусы! Понимаю, еще Малахов. Или Пельш какой-нибудь. Но Шинкарь!
— Это совсем не то, что ты думаешь. Не любовная, а в самом деле криминальная история. Шинкаря хотят подставить, а я вызвалась ему помочь. Завтра его недруги явятся, чтобы застукать его с девицей легкого поведения. Но у них ничего не получится. Вместо девицы буду я, а вместо Шинкаря — Юхани.
— А это что еще за ужас такой — Юхани? — изумился Купцов.
— Это финский подданный, очень приятный молодой человек. Хочешь поужинать сегодня с ним и со мной?
— Если он и впрямь похож на Шинкаря, то не хочу, — отказался Купцов. — И почему это ты идешь с ним ужинать?
— Он привез мне посылку от мамы, поэтому я должна отдать долг вежливости. А кроме того, мне надо уговорить его поучаствовать в завтрашнем представлении.
— Кстати, где будет проходить это представление?
— На съемной квартире.
— Вот что. Я пойду с вами. Вдруг случится что-то непредвиденное и этот Юхани не справится с ситуацией?
— Тогда тебе лучше познакомиться с ним заранее.
— Ладно, я не против совместного ужина, — сдался Купцов. — И почему ты не оставляешь мне возможности поухаживать за тобой как полагается? Я весь день звонил, чтобы назначить свидание, и впустую. Несколько часов болтался возле твоего дома, словно подросток. А теперь условием нашего совместного ужина становится какой-то Юхани!
* * *
Почти всю ночь с пятницы на субботу Настя ворочалась в постели и раз десять вставала попить воды. После нескончаемого пекла впервые за много дней на город обрушилось ненастное утро. Моросил мелкий тревожный дождь, Настя высовывала голову в окно, чтобы остудиться. Купцов обещал взять с собой какое-нибудь оружие, чтобы во время проведения операции она чувствовала себя спокойно. Однако его заявление возымело прямо противоположное действие — Настя стала волноваться еще сильнее.
Встретиться с Юхани они договорились в пять часов и уже вместе с ним ехать на встречу с Шинкарем.
— Юхани, вы хотите поучаствовать в русской игре? — спросила Настя, подобрав его на остановке.
В толпе озабоченных москвичей финн стоял большой и радостный, словно игрушечный слон. — Знаете, такая забава для взрослых.
— Да, Настя, — кивнул Юхани, покорно глядя на нее. — Я согласился. Будем забавляться.
— Он ни черта не понимает, — вполголоса предупредил ее Купцов, ерзавший на заднем сиденье автомобиля. — Когда ты положишь его в постель и разденешься сама, он пойдет на поводу у своих инстинктов.
— Он из цивилизованной страны, — одной стороной рта произнесла Настя. — У него отмерли все инстинкты. Если сказать ему, что таковы правила игры, он во что бы то ни стало будет им следовать.
— Юхани, — твердо заявил Купцов, всунув лицо в пространство между двумя передними сиденьями. — Вы должны запомнить очень твердо: что бы ни случилось, секса не будет. Все понарошку, о'кей?
— Понарошку, — повторил Юхани и старательно записал понравившееся слово в записную книжку.
— Нет, он точно все испортит!
— Не болтай ерунды — он очень послушный. Юхани, — обратилась она к финну, — вы сможете войти в подъезд, прикрыв лицо газетой?
— Скрывать свой личина?
— Да, — сказала Настя. — Так положено.
