— Интересное название, — криво усмехнулся Лаэррэ и, словно пробуя слова на вкус, певуче повторил:
— Последний приют… скоро вся ваша деревня в него превратиться.
— И… что же нам делать-то? — Неровно облизнув губы, Гур боязливо обернулся на бревна частокола, будто ждал, что сейчас те рухнут, а за ними окажется целая армия оживших покойников.
— Для начала, — Митр выдержал паузу, разглядывая темнеющее небо. — Для начала попробуем пережить эту ночь, а завтра — мы отправимся на кладбище, а вы — покинете деревню.
— Но это наша земля, — тоскливо произнес Тар, не решаясь спорить с ищущим.
— Если не желаете, чтобы эта земля стала вашей могилой — придется уехать. — Жестко отрезал Митр. — Сейчас — пусть женщины, старики и дети займутся сбором вещей, берите только необходимое, а мужчины, все кто может сражаться, возьмут оружие и вернуться ко мне.
— Нет! — Неожиданно старый Микран вышел вперед, бесстрашно встав перед ищущим и заглянув в его холодные, словно льдистые горы, глаза. — Никуда я не поеду! Если уж умирать, то в родном доме!
Собравшиеся согласно загалдели, словно получая храбрость от присутствия друг друга. Одни кричали что не оставят свои дома, другие, что защитят деревню. Но смелые речи не произвели на ищущего никакого впечатления.
— Если вам так хочется умереть — никто не станет вас отговаривать. Я должен был предупредить вас об опасности и, видит Альтос, я это сделал. Пока мы не поймем, зачем духи пришли сюда, мы поможем защитить ваш дом. Но мы не станем умирать здесь вместе с вами.
Митр негромко свистнул и черный жеребец сразу же поспешил на зов хозяина. Когда животное встало рядом с ищущим, тот вытащил из-за пояса изогнутый нож и двумя быстрыми движениям распорол ткань тюка, сбросив его с седла на землю.
Мешок с глухим звуком упал и, когда Митр отбросив сторону пропитавшуюся кровью ткань, все, кто стоял поближе, увидели изуродованное тело Рута, одного из лесорубов.
Беднягу словно грызли заживо — на верхней части тела, сейчас не скрытой тканью, не было живого места. Тенро даже не сразу узнал односельчанина, так как большая часть его лица представляла собой кровавое месиво. Только когда голова мертвеца безвольно упала на бок, Тенро увидел застывший, полный страха и отчаяния остекленевший глаз Рута.
— С каждым днем духи крепнут, набирая силу в новом месте. Если они, как сказал ваш охотник, смогли возродить зверей, то скоро примутся и за людей. Этого мужчину они не смогли изменить, поэтому убили. Так будет со многими. Но скоро духам не нужны будут ваши души, чтобы поднять ваши же тела. Тогда мы сделаем то, что должны...
Тенро едва успел заметить, как Митр быстро выхватил свой слабо сверкнувший клинок и одним ударом начисто отрубил голову бедолаге Руту.
— Теперь он не послужит орудием для духов, — сухо бросил ищущий, на строгом лице которого не дрогнул ни один мускул. — Если хотите закончить свои дни так же — оставайтесь здесь.
Закончив говорить, Митр взял своего коня под уздцы. Жестом приказав Кире и Лаэррэ следовать за собой, ищущий решительным шагом направился к дому старосты, оставляя жителей Зеленых полян испугано взирать на обезглавленного мертвеца.
Тенро не стал слушать возмущенные речи соседей и поспешил за ищущими. Он нагнал их довольно быстро, но шел следом до самого дома.
На крыльце дождавшись пока гости деревни устроят лошадей на ночлег в хлеву, охотник встретил их, открыв перед ними дверь и пропустив вперед.
Ар, как всегда, остался снаружи. Волк не выказывал никаких признаков недовольства, особенно когда обнаружил, что его миска наполнена густой мясной похлебкой.
— Я провожу вас до кладбища, — тихо произнес Тенро, входя в дом и плотно закрывая за собой дверь.
— Далеко оно? — Кира с удовольствием стянула сапоги и, пройдя в середину зала, начала осматривать жилище старосты.
— Если выйдем с рассветом, то доберемся еще до полудня, — прикинув в уме расстояние, сказал охотник. — Может чуть дольше.
— Много там могил? — выражение задумчивости не покидало лица Митра с того момента, как Тенро впервые увидел его.
Казалось, что ищущего постоянно одолевают какие-то тягостные мысли и кто знает, возможно, так оно и было. Мужчина вытащил из кармана плаща кусок черной ткани и принялся вытирать им оружие, на котором еще остались следы крови Рута.
Что-то в этом мужчине настораживало Тенро. Отстраненность Митра казалось ему чужой, неестественной и нечеловеческой. Но чувствами пришлось пренебречь, так как, каким бы ни был ищущий — он мог помочь.
— Могил хватает, — точного количества Тенро назвать не мог. — Но ведь важны лишь те, что появились недавно. Духи не поднимут из земли старые кости, лишенные плоти.
— Сталкивался с измененными? — голубые глаза Митра замерли на лице Тенро и тот, закатав рукав, продемонстрировал ищущему татуировку черной стрелы, пронзающей лист.
При виде отличительного символа «черных стрел» Лаэррэ скрипнул зубами и резко отвернулся к окну, будто увидел что-то омерзительное.
Митр же лишь удовлетворено кивнул и спросил:
— Сколько лет служил?
— Сколько и положено, — пожал плечами Тенро. — Десять лет на границе, в разведке, до конца войны с наэрцами. После еще два года.
— Есть в деревне те, кто, как и ты, понимает, с чем мы здесь столкнулись?
— Киран, — сразу же ответил охотник.
Как и везде, молодые люди из Зеленых полян тянули жребий, чтобы выбрать, кто из них пойдет служить, а кто останется дома. Каждые несколько лет в деревню прибывали вербовщики, забирая с собой новых воинов для армии королевства Арстерд. Если вербовщики считали кандидатов неподходящими, то могли выбрать молодых людей сами.
Из тех, кто покинул родную деревню вместе с Тенро, вернулся лишь он сам. Киран ушел в армию на пять лет позже Тенро и должен был возвратиться домой лишь через год, но, полученное на поле боя увечье не позволило ему продолжить сражаться.
— Тогда предупреди его, что завтра он отправится с нами.
— Не выйдет. — Сразу же произнес Тенро и, когда голубые глаза ищущего прищурились, пояснил: — Киран потерял обе ноги на войне и сейчас прикован к кровати.
— Это так, — дверь с тихим скрипом отворилась, и внутрь осторожно вошел Ульн. Пилигрим был бледен и выглядел очень уставшим. Голос его нервно подрагивал. — Бедный мальчик столько пережил, что сейчас ему приходится очень тяжело…
— Увечные нам, все равно, не нужны, — довольно жестко отрезал Лаэррэ. — Помощи от него не будет, а значит, из тех, кто в этой деревне умеет мыслить здраво, остаешься лишь ты, «стириат леар».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
