Миккелю Волду несколько месяцев назад предложили новую работу. Ему уже скоро сорок, и он проработал в «Афтенпостен» уже почти двенадцать лет. Понятно, что здорово получить приглашение на новую работу, неизвестно, будет ли еще такой шанс, но сейчас он был рад, что отказался. Последнее прощание с Паулине. Он брал интервью у подружки Паулине из детского сада и у родителей. Немного на грани дозволенного, но он решил, что все в порядке. Что это допустимо. Скорбим о вашей потере. Они получили фото плачущей маленькой девочки с букетом цветов в руках и с рисунком, который она нарисовала для Паулине. Красиво и цепляет. Хорошо подойдет для плаката «Будь осторожен». Или не подойдет? Миккель Волд вздохнул и потянулся. Он мало спал с тех пор, как нашли девочек. Не потерял ли он чутье? Написал бы он это десять лет назад? Пять лет назад? Он отогнал от себя эту мысль и пошел на кухню за кофе. В здании кто-то шумел. Давно у них не было такого дела, да и было ли вообще что-то подобное? Серийный маньяк, одевающий девочек в кукольные платья и вешающий их тела на деревья со школьными рюкзаками на спинах? Он помотал головой и сделал глоток кофе. Все это было каким-то нереальным. Что-то из американских новостей или из телевизора, но не тут, дома. Миккель Волд еле выдержал, когда из церкви вывалилась толпа. Маленький белый гробик, лица в отчаянии. Скорбь. Последнее прощание с Паулине. Он надеялся, что удалось держаться достойно. Да, удалось. Получилась хорошая статья.
– Они снова выехали.
Силье просунула голову в комнату для перерывов.
– Куда?
Миккель поставил чашку на стол и вслед за молодой журналисткой зашел в комнату рядом. Сейчас они слушали полицейское радио круглыми сутками. Не хотели ничего пропустить.
– Скюллеруд.
– Новая девочка?
– Не могу сказать, – сказала Силье и прибавила громкости.
– Что у нас там?
Грунг вошел в комнату, небритый и как всегда с красным лицом. По редактору было заметно, что он тоже мало спал в последнее время.
– Несколько отрядов на пути в Скюллеруд.
– Скюллеруд? Разве не Дисенвейен?
– И туда, и туда.
– Дисен? – переспросил Миккель.
– Несколько минут назад, – ответит Грунг. – Эрик и Туве сейчас там.
Он снова повернулся к Силье.
– У нас есть адрес в Скюллеруд?
– Велдинг Улсенсвей. Недалеко от школы Скюллеруд.
– Я поеду, – сказал Миккель.
– Хорошо, – кивнул Грунг. – Держи в курсе, ладно?
Миккель Волд побежал к своему рабочему месту захватить оборудование.
– У нас есть фотограф?
Грунг прокричал на весь офис.
– Думаю, Эспен свободен.
– Нет, он поехал на Дисен.
– Позвоните Нине, – сказал Миккель и пулей полетел к входной двери. – Пусть ждет меня там.
На лифте он спустился на первый этаж, выбежал на стоянку и нашел такси. Набрал номер Эрика Рённинга, коллеги, уехавшего на Дисен.
– Эрик, слушаю.
– Что там происходит?
– Они тут все огородили. Небольшой хаос. Кажется, никто не знает, что тут происходит.
– Там только мы?
– Ну, размечтался.
Коллега хмыкнул.
– Нет, все труженики здесь. О, Миа! Миа!
Коллега на секунду исчез и снова вернулся к трубке.
– Что там происходит? – спросил Миккель.
– Мунк и Крюгер только что приехали. Похоже, мы в правильном месте. Миа! Миа!
Коллега снова пропал, в этот раз насовсем. Миккель Волд посмотрел на шофера и попросил его прибавить газу. Он надеялся, что будет среди первых прибывших, что остальная часть команды не услышала последний вызов на полицейском радио. Миккель попробовал позвонить коллеге, но там был автоответчик. Холгер Мунк и Миа Крюгер на месте. Значит, там что-то большое.
Миккель Волд приехал на Велдинг-Улсенсвей в Скюллеруд и увидел, что полиция уже все огородила. Он заплатил таксисту, выскочил из машины и пробрался через небольшую толпу людей, уже успевшую скопиться. Сразу оградили? В последнее время они так все время делают. Хотя они и слушают радио, все равно всегда немного опаздывают на место. Мы слишком медленные для этого? Слухи, что полиция перешла на что-то новое, на другие линии коммуникации, но пока что никто ничего конкретного об этом так и не выяснил.
Миккель пробрался прямо к ограждениям и нашел коллегу из «Верденс Ганг».
– Что тут происходит?
– Пока не знаю.
Журналист из «Верденс Ганг» закурил и показал на улицу.
– Думаю это третий или пятый дом. Один из тех желтых таунхаусов. Никого из тяжелой артиллерии пока тут нет, только пехота. Не знаю, что тут происходит.
Миккель Волд оглянулся. Постепенно приходило больше и больше народу. Он заметил NRK и TV2. Кивнул журналисту из Дагсависен в тот момент, когда зазвонил телефон.
– Миккель.
– Это Грунг. Что там у нас?
– Пока ничего, но все уже тут.
– Черт, почему мы такие тормоза? – сказал Грунг раздраженно.
– Я знаю. Мы должны кого-то посадить следить в следующий раз.
На том конце повисла тишина. Редактор не любил, когда ему говорили, что ему надо сделать.
– Мунк и Крюгер в Дисен, – сказал Миккель, чтобы сменить тему.
Он не хотел переходить Грунгу дорогу, он видел, как люди делали это раньше, и ничего хорошего не выходило. Он не горел желанием быть пониженным и писать про выставки кошек в Сандвика.
– Крюгер только что уехала оттуда, – сказал Грунг. – Думаю, она на пути к вам.
– Вы нашли Нину?
– Да, она едет. У меня на второй линии Эрик, я тебе перезвоню.
Миккель снова подошел к ограждению и попробовал оценить ситуацию. Полиция оцепила всю улицу, а не только один дом. Мунк и Крюгер были в Дисен, и Крюгер, возможно, едет сюда. Это должно быть что-то из ряда вон выходящее. Должно быть, новые жертвы. Две в один день? Это будет на обложке завтра. Точно. Он огляделся в поисках места, куда можно прошмыгнуть. Должна же сюда вести другая дорога. Журналист подошел к тому месту, где его высадили из такси. Постоять тут или попытаться обойти? Его мысли снова прервал телефонный звонок, на этот раз с анонимного номера.
– Миккель, слушаю.
Тишина в ответ.
– Это Миккель Волд, кто говорит?
Он прижал второй рукой ухо, чтобы лучше слышать. Народу становилось все больше, вокруг скапливались машины и любопытные прохожие.
– Разве это справедливо?
Странный голос. Скрипучий, искаженный, Миккель не мог разобрать, кто это.
– Кто это говорит? – переспросил он.
– Разве это справедливо? – снова повторил тот.
Волд прошел сквозь толпу, пересек улицу и нашел место поспокойнее.
– Что несправедливо? – спросил он.
Снова тишина на том конце.
– Алло?
Волд начал раздражаться.
– Алло? Кто бы вы ни были, у меня нет времени на это.
– Разве это справедливо? – снова повторил странный голос.
– Что несправедливо? Кто вы?
– Очень несправедливо, что ты должен стоять так далеко.
В ту же секунду подъехало красное «пежо». Мелькнула Миа Крюгер и одна из ее коллег. Они подъехали к ограждению и проехали за него мимо одного из дежурных полицейских.
– Черт, – сказал Миккель.
Где же фотограф? Это надо было сфотографировать.
– Звоните и доставайте кого-нибудь другого, – огрызнулся он. – Я очень занят.
Он уже собирался положить трубку, когда странный голос вернулся.
– Это номер три.
– Чего?
– Это номер три, – повторил голос. – Ее зовут Каролине. Все еще хочешь положить трубку?
Миккель Волд насторожился.
– Кто вы?
– Дональд Дак. А ты думал, кто я? – сказал голос.
– Нет, я имею в виду…
Голос рассмеялся.
– Ну что, мне позвонить кому-то еще? Тённингу из «Дагбладе»? Рууду из «Верденс Ганг»? Кому-то из них вместо тебя?
– Нет-нет-нет, – сказал Миккель Волд. – Я тут.
Он еще дальше отошел от толпы.
– Замечательно, – сказал голос.
Миккель вытащил из кармана записную книжку.
– Хочешь дружить со мной? – спросил скрипучий голос.
– Возможно, – ответил журналист.
– Возможно?
– Да, я очень хочу дружить с вами. Кто такая Каролине?
– А ты как думаешь?
– Ну… номер три.
– Нет, Каролине это номер четыре. Андреа была третьим номером. Ты что, не следишь за новостями? Не был на Дисенвейен?
Опять что-то произошло около ограждений. Новая машина – криминалисты.
– Как я могу знать, что…
– Как ты можешь знать что? – спросил голос.
– Нет, ну что…
Миккель не смог закончить фразу. У него горел лоб и вспотели руки.
– Разве они не милые, когда спят? – спросил голос.
– Кто они?
– Малышки.
– Откуда мне знать, что вы не разыгрываете меня?
– Хочешь получить палец посылкой?
У Миккеля мурашки побежали по спине. Он старался сохранять спокойствие, но было все сложнее.
– Нет, совсем нет, – заикаясь, пробормотал он.
Голос снова тихо засмеялся.
– Вы должны задавать правильные вопросы.
– В смысле?
– На пресс-конференциях, почему вы не задаете правильные вопросы?
– Что такое правильные вопросы?
