Нейт накрыл ее руку своей.
— То, что происходит между двумя людьми, никогда нельзя понять извне, Саша.
— Думаешь, я не знаю? Мне всегда кажется, люди что-то скрывают. Правду выяснить очень трудно.
— Поэтому тебе так сложно довериться кому-либо.
— Я считаю, доверие достигается усилиями двух сторон.
Смерть отца, история Нейтана были окутаны облаком сложных противоречивых чувств и даже при отсутствии явной лжи грешили недостатком правды. Однако, слишком опасаясь возможных последствий, Саша сама отличалась скрытностью.
— Если хочешь, мы можем поговорить о твоих родителях.
— Нет, спасибо. Это слишком. К тому же давняя история. — Стараясь не смотреть ему в глаза, она поспешила сменить тему. — Вернемся к игре. Это гораздо веселее.
— Значит, в другой раз.
Никогда.
— Закуска или десерт.
Казалось, он делал сознательные усилия над собой, чтобы расслабиться.
— Обычно я предпочитаю закуску, но здесь делают вкуснейшие struffoli в Италии. Так что выбираю десерт.
— Звучит как какой-то музыкальный термин. Играйте эту пьесу allegro и struffoli.
Губы Нейта изогнулись в слабой улыбке.
— Интересно было бы посмотреть, потому что это клейкие шарики из теста, политые медом. Очень вкусные. Мы должны попробовать. — Позвонив в колокольчик, он начал обсуждать что-то с официантом. — Обычно их подают только на Рождество, но они решили сделать для нас исключение. Придется немного подождать.
Саша сделала круглые глаза и засмеялась:
— Конечно. Хорошо, когда все готовы тебе угодить. Для вас все что угодно, мистер Великолепный.
— Все, кроме тебя. Почему бы и тебе не сделать исключение, Саша? — Его голос стал ниже и зазвучал скорее как приказ, чем просительно. — Расскажи мне.
— Нет. Просто нет, и все. — Слишком долго скрывала это. Да и родные не сказали бы ей спасибо, если бы она поделилась с кем-то их болью и стыдом. Тем более жизнь Нейтана протекала на глазах публики, оставляя слишком мало места для личного. Саше не хотелось рисковать из опасения, что правда выйдет наружу. На самом деле она боялась вновь пережить все это. — Извини, не собираюсь портить прекрасный вечер. — С бьющимся сердцем Саша потянулась через стол и сменила тему единственным способом, работавшим с Нейтом Мунро. Поцеловала его. Быстро и крепко. Жадно и сильно прижавшись к нему губами. Это заткнет его наверняка. Она отпрянула назад, потирая руки. — О’кей, вернемся к делу. Твоя очередь задавать вопрос. Давай.
В глазах Нейта мелькнуло удивление.
— Знаешь, ты единственная женщина, которой когда-либо удавалось отказать мне.
Дважды. Ни больше ни меньше. Отказалась рассказать историю своей жизни, бесчисленное число раз отказывалась заниматься с ним любовью, зато заставила его пронести это желание через десять лет.
Ее улыбка стала шире. Ради этого стоило ждать. Об этом она никогда не пожалеет, как бы трудно ни было смотреть, как он уходит. Ее настоящая жизнь — это Честертон, и ей хотелось еще немного пожить в той сказке.
— Тебе это пойдет на пользу. Нельзя получать все, что хочется. Надо и пострадать время от времени. Иногда подождать. Чтобы никто не прыгал вокруг тебя. Это формирует характер.
— У меня и так достаточно характера.
— Ты прав. Даже слишком. — Из-за него можно сойти с ума. — А теперь, мистер Суперстар, следующий вопрос, раз уж ты не можешь ничего придумать. Бассейн или океан?
Нейт ненадолго задумался, потирая подбородок.
— У меня есть и то и другое, поэтому выбрать непросто. Скользить по волнам или нарезать унылые круги. Соленая вода против хлорированной. Океан выигрывал до сих пор. Но сейчас? Определенно бассейн. — Его глаза потеплели, в их темной карамели вспыхивали маленькие золотые искры. — За шанс поплавать голышом…
— Возможно, если будешь хорошо себя вести, вежливо попросишь и немного подождешь, я, пожалуй, соглашусь.
— Сладкая, я готов ждать сколько захочешь. Целых десять секунд. — Он снова скользнул на стул рядом с ней и, положив руку ей на ногу, сжал пальцы.
Спазм желания пронзил каждую клеточку ее тела. Прерывисто дыша, Саша повернулась к нему лицом. Она не могла отказать ему. Будь то плавание голышом и все другое в придачу.
Может быть, телепатия все же существует, ибо сейчас она точно знала, что происходит у него в голове.
— Ты хочешь заняться struffoli?
— Быстро или медленно? — шепнул Нейтан ей на ухо, когда наконец нашел в себе силы выпустить ее.
Она поплавала с ним голышом и проделала еще много всего. Держа ее в объятиях, погружаясь в нее, глядя на то, как она снова и снова теряет контроль над собой, он испытывал ни с чем не сравнимое чувственное удовольствие.
Они лежали в темноте на топчане возле бассейна. Саша слегка приподнялась под ним и накрыла их покрывалом из искусственного меха.
— Хм, удивительно. — Она вздохнула. Ее дыхание касалось шеи Нейта, как нежный поцелуй. Казалось, все изгибы ее тела созданы, чтобы соответствовать ему. Идеально, как перчатка руке. — Каждый раз вместе. С тобой всегда так. — Ее рука легла на его щеку. — Глаза или губы?
Черт! Нейту нравилась эта игра. Отсекая всякую ерунду, она позволяла пробиться к сути вещей. И еще ему нравилось состояние после секса: затухающий жар, глубокое расслабление и мягкое ощущение удовлетворения, наполнявшее все мышцы. Сверху им светили мириады звезд Млечного Пути, а в его объятиях лежала прекрасная женщина, мокрая после полуночного плавания. Нейт словно перенесся куда-то в другой мир.
— У мужчины никогда не должно возникать такого выбора. Твои глаза восхитительны, твои губы… — Он застонал, уткнувшись лицом в рыжие локоны, вспоминая, что делали с ним ее губы. — Саша, твои губы нужно пометить как 18+, навсегда запретить появляться в школе Честертона. Твои губы…
От нежного, податливого поцелуя у Нейта замерло сердце. Отодвинувшись в сторону, Саша лениво завернулась в шелковый халат и, снова положив голову ему на плечо, уставилась в небо.
— Разум или сердце?
— Ох, Саша. Это самый главный вопрос мироздания. Хотелось бы сказать сердце. Но так ли? На деле всякий раз приходится выбирать разум.
— Почему?
— Иначе поддашься чувствам и совершишь ошибку. Со мной это случалось не раз. Так что пусть будет разум.
Саша вздохнула:
— Печально, учитывая то, чем мы занимаемся здесь.
— Можешь мне поверить, если бы я дал волю сердцу, взял бы тебя в первую же ночь. Прямо в лимузине.
— Да-а? В самом деле?
Оглядываясь назад, он понимал, это бы ничего не изменило. Сердце, разум, тело. Саша поразила все. Умная, необычная, сексуальная, и ее не интересовали ни его известность, ни его деньги. Она обладала способностью пробуждать в людях самое лучшее. Она была… ну, в общем идеальна. Для парня готового осесть на месте. Вместо облегчения это вызывало у Нейта странное чувство сожаления. Саша повернулась к нему лицом, ее улыбка едва не сразила его окончательно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
