Рисунок 7. Здание Советского павильона на «Международной выставке современных декоративных и промышленных искусств». Париж, 1925 год.
Так вот ты какой, Леонид Борисович Красин – «человек и пароход»!
Вернее – ледокол.
Благодаря этому, обладающими самыми широкими связями среди британских промышленников и политиков человеку - Англия вернула Советской России ледокол «Святогор», угнанный во время интервенции из Архангельска. После смерти Леонида Борисовича от белокровия в 1926 году – он был переименован в «Красин»…
Как и подавляющее большинство его сподвижников, этот, без всякого преувеличения можно сказать - один из столпов и основателей РСДРП (переформатировавшейся затем в ВКП(б)) - был истинно-пролетарского происхождения…
Пробу ставить некуда!
Отец Леонида Борисовича служил полицейским надзирателем в сибирском городе Кургане.
Несмотря на происхождение, а также – на ум, талант и заслуги перед Революцией - Красин не пользовался значительным влиянием среди топ-менеджеров коммунистической партии. Его попытки хоть как-то влиять на политические или хозяйственные решения - вызывали резкую отповедь.
Например, от Григория Зиновьева, он как-то услышал такое:
«Мы просим некоторых товарищей, которые суются к нам со словом «некомпетентность», чтобы они забыли это слово».
Теперь понимаю почему!
Мало того, что Красин не имел своей собственной «кодлы» - так он ещё и выглядел совсем не по большевистски.
Держался он аристократически прямо, с достоинством и по всему видно – с неким чувством некоторого превосходства над собеседником. Своей точки зрения в разговоре придерживался непреклонно и не непоколебимо, никогда не идя на компромисс.
А этого у нас не любят!
Он одевался изящно и с самым изящным вкусом. Костюм на Красине соответствовал рубашке, та – галстуку, а галстук – булавке.
Глядя на Полномочного представителя Советского Союза в Париже - так и хотелось сказать:
«Вот это – хорошо одетый человек!».
Тот, в свою очередь, отрекомендовал меня «человеку номер два» в посольстве.
В отличии от Красина, Александр Гаврилович Шляпников – Торговый представитель СССР при посольстве в Париже, действительно был пролетарских кровей - довольно уникальный случай для большевистской верхушки. Глядя на него, так и подмывало сказать:
«Вот этот человек не на своём месте».
У токарного станка Александр Гаврилович выглядел бы очень гармонично - но вот в роли Торгового представителя в крупной европейской стране…
Не, а!
Здесь, надо обязательно пояснить: если в позднем СССР проштрафившихся партийных функционеров - отправляли «поднимать» сельское хозяйство, то в 20-е годы – на дипломатическую работу. Шляпников, был весь в косяках – как блудливая собака в репьях. Он принимал живейшее участие в «Дискуссии о профсоюзах», возглавлял «Рабочую оппозицию», подписывал «Заявление 46-ти»…
Если я что-то упустил, то простите!
И во всех трёх случаях, сей «пламенный революционер» - по причине собственной тупости, ставил не на ту «лошадь». В результате был отчислен из ЦК РКП(б) и отправлен в «парижскую ссылку».
Не знаю, что там он или его предшественники «наторговали», но персонал торгового представительства составлял - как бы не три четверти всего торгового посольства.
То бишь коммерция – основа всей деятельности советского дипломатического представительства в Париже.
Уже через торгового представителя познакомился со следующим персонажем.
Отто Христианович Ауссем, человек уже довольно-таки в преклонных годах (и что на заслуженной пенсии не сидится?) – из той же когорты «дипломатов»: при царе он был последовательно – революционером, террористом и каторжником, при Ленине и Колчаке – сибирским подпольщиком и партизаном, при НЭПе - Замполпредом СССР в Берлине, полпредом в Праге и наконец - Генеральным консулом СССР в Париже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Возможно я несколько предвзято к нему отношусь, но, по-моему - Отто Христианович просто бездельничал на должности консула.
Ну и, в целом - весьма многочисленная колония при советском представительстве в Париже: служащие посольства, торгпредства, собственного банка, транспортной организации, туристического бюро и члены их семей - была эдаким изолированно-малюсеньким сколочком с огромной страны, варящемся в своём собственном соку. Здесь была своя собственная партноменклатура - Секретарь ячейки и пять членов бюро, которые вся и всех контролировали и учили как жить правильно, служба безопасности, рядовые коммунисты, «бывшие буржуазные» специалисты…
Многие из последних, кстати – белые эмигранты, которые покаялись и получили советское гражданство в результате амнистии большевистского правительства.
Многочисленный обслуживающий персонал выполнял роль пролетариата, а вот крестьянства не было как такового.
Всего, порядком около шестисот человек – плюс-минус ещё с сотню.
Чем эта толпа народу занималась в соответствии со служебными обязанностями, узнал позже. Прежде всего, по наиболее часто поднимаемым темам в разговорах - я весьма быстро понял, чем они живут и дышат.
Пресловутый «квартирный вопрос» портит не только москвичей – но и советских парижан. В гостиницах или меблированных квартирах жить дорого, а при съёме доступного жилья - возникали проблемы. Как правило, никакой мебели в нём не было – одни голые стены, а приобретать свою было несколько канифольно…
Нет, это не авторская очепятка – именно «канифольно»!
Покупать мебель и предметы домашней обстановки - считалось «буржуазным перерождением», за это могли отправить изучать марксистскую этику в страну победившего социализма. А этого, все без исключения сотрудники – боялись, как адского пламени.
Хотя…
«Прецедентов», мне так никто и не назвал.
Смельчаков всё же купивших на свой страх и риск мебель, ждал ещё один подводный камень: при новом назначении (а тасовали, как карты в колоде - сотрудников посольств довольно часто) они не могли её вывезти – ни в страну освободившихся от гнёта эксплуататоров рабочих и крестьян, ни на новое место службы. А так как любой советский служащий, как боец-красноармеец - должен быть готов в любое время сорваться с места, бросая всё «непосильным трудом нажитое» - этот вопрос был очень актуально-серьёзным.
Точно так же, под негласным запретом находится покупка многих вещей. На другие же введён прямой и жёсткий запрет, например – на покупку автомобиля.
Ну нельзя советскому человеку ездить на своём собственном авто, буржуазное перерождение это!
Надо обязательно пользоваться услугами таксистов, среди которых – полным-полно бывших белогвардейских офицеров. А в китайском Харбине надо полагать, идеологически правильнее будет ездить на рикшах.
Хм, гкхм…
Среди которых тоже – всякая публика попадается.
Я думаю, таким «косвенным» образом запрещая тратить валюту, Советское правительство вынуждает переводить нерастраченное жалование в Москву, сохраняя валюту для «собственных нужд».
Жульё короче, иначе и не скажешь!
Ведь, сотрудники посольства - довольно неплохо зарабатывали. Курс франка «плавал» как известное вещество в прорубе, но если перевести их оклад в «твёрдую валюту»: секретарша-стенографистка получала на руки до ста долларов в месяц, бухгалтер – сто двадцать пять, торговый агент – сто семьдесят. Хотя, максималка не превышает двухсот пятидесяти «зелёных» - это вполне сопоставимо с доходами сотрудников французских коммерческих фирм нижнего и среднего уровня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Однако, простой советский гражданин тоже лыком не шит и, тратит выделяемую на жалование валюту на всё что угодно - лишь бы не везти её в Союз по окончанию командировки. В данный момент идёт мода на скупку дорогих мехов для жён.
