Сестра так ничего и не ответила. Обед остывал. Я давно перемыла посуду, разложила все по пакетам, но не спешила покидать укромный уголок кухни. К столовой подъехала машина. Я даже глазам не поверила – Марина.
Вошла бодрой походкой, а я навстречу выбежала.
— Привет, — увидела она Антона. — А ты тут что околачиваешься? — усмехнулась она. — Охоту на девственницу устроил? Вот дурак. Он еще не знает? — посмотрела сестра на меня. Дагаров встал из-за стола, насупился. — Так опоздал ты, Антошка. Ее Робнер уже оприходовал. И судя по тому, что я о нем знаю, не один раз…
Моя челюсть упала на пол и никак не хотела подниматься. Это было настолько неожиданно, что я растеряла весь запас слов, который у меня имелся, а ведь нужно было что-то сказать, как-то оправдаться.
Дагаров смотрел так, будто вместо одной головы у меня выросло еще две. Глаза у него увеличились до размера небольших блюдец.
— Антон, сливки слизал другой, так что тебе здесь делать нечего. Женщины нашей семьи всегда предпочитали альфа-самцов, — Маринка продолжала глумиться над местным Казановой.
Дагаров ждал. Не знаю чего, но смотрел так, будто я должна начать оправдываться, а мне, несмотря на всю абсурдность ситуации, делать этого совсем не хотелось. Вряд ли Антон пойдет распространять слухи о моем нравственном падении. Во-первых, это подорвет его репутацию ловеласа, во-вторых, он не захочет портить отношения с Матвеем. Скорее подвоха нужно ждать от сестры, не удивлюсь, если Аленка уже в курсе моей личной жизни. Мне уже никто не поверит, даже если я справку из гинекологии принесу, будут болтать.
— Лена, нам надо поговорить, — наконец-то отмер Антон, чего нельзя было сказать обо мне.
— О чем, интересно, тебе говорить с моей сестрой? Думаешь, там все заново зарастет? — надсмехалась над парнем Маринка, ей вообще доставляло удовольствие видеть его потерянным. В свое время Дагаров отшил Марину, по крайней мере, он мне так говорил. — Пчелка, больше не кружись над этим цветочком, пыльцу уже слизали.
— Ты не человек, ты… тварь, — выплюнув в лицо сестре свой гнев, Дагаров вылетел из столовой.
Упав на рядом стоящий стул, помотала головой.
— Ой, только не надо делать такое лицо, будто ты расстроена. Сама ведь хотела от него избавиться. Я кардинально решила проблему, можешь не благодарить. Помогу тебе по бабкам еду развезти, а ты перед родителями за меня заступись. Не такая я сволочь, какую пытается из меня сделать Матвей.
— Лен, он хороший брат. Самый лучший. А твой пунктик по поводу мужиков не только он понять не может.
— Хватит меня воспитывать, я уже давно выросла. Мне не требуются ваши советы, хотите помочь – дайте денег.
— Ты неисправима.
— Я не стремлюсь к нимбу над головой, живу так, как мне нравится.
Я не стала спорить, что-то объяснять. Все равно не услышит.
Глава 18
******** ********
Вадим
Эта девчонка… сведет меня с ума. Ее холодность убивает. Желание одно – доказать, что воробушек не так безразлична, как пытается показать. Ночью даже не вырывалась из моих объятий!
Появление ее «жениха» меня не просто напрягло, я был в бешенстве. Что их связывает? От злости погнул ложку, потом вилку. Не чувствуя вкуса еды, впихивал в себя обед. Что он возле нее кружится? Как часто? Это из-за него Лена стопорит развитие наших отношений? Может, любит его? От этой мысли кольнуло в груди. Неприятно так кольнуло. Неужели ревную? Не может быть…
Отогнав от себя непривычную мысль, подошел к раздаче, а этот урод ее на свидание приглашает. Из его слов понятно, что урод неплохо знает ее вкусы. Насколько они близки? Почему она его на хрен не пошлет? Бросив тарелки, вылетел из столовой, пока не врезал ухажеру. Кулаки чесались. Он даже не подозревает, чего мне стоило сдержаться.
Хотя зачем сдерживался? Пока ехали на поле, только об этом и думал. Мое нутро требовало размазать урода. Чтобы он даже мысленно не смел к ней прикасаться. Та ярость, что разъедала меня, была незнакома, но догадаться несложно, я ревновал. Бешено. До безумия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
До обеда стажировался с Владимиром – крупный мужчина чуть старше пятидесяти, с пышной гривой волос, из-за которой постоянно протирал шею и лицо от пота.
— Давай, круг сам пройди, я посмотрю, — присаживаясь в тенечке, сказал мне «наставник».
Я не возражал. Вроде все наставления усвоил, смогу и без надзора работать. Все равно слушать никого не хотелось. Пред глазами стояла Лена и этот хлыщ со своим приглашением на свидание.
Сделал круг. В голове немного прояснилось. Если бы я хотел затащить воробушка в постель, не остановился бы вчера. Ее слабые попытки сопротивления легко могли пасть под моим напором. Да и ночью меня никто не сдерживал. Все дело в том, что эта девочка не на одну ночь. Воробушек мне реально нравилась. Мне хотелось проводить с ней время, разговаривать, слушать, узнавать. А всякие гоблины не должны мешаться под ногами. Пора заявить на нее права…
Сделал один круг. Владимир был не против, чтобы я продолжал, ему и в теньке неплохо сиделось. Проехав метров четыреста, увидел, как на поле влетела машина. Поднимая клубы пыли, она неслась в мою сторону. Приблизившись, водитель начал сигналить. Остановился, не выключая двигатель. Урод пожаловал. Выпрыгнул из машины и идет на меня, кулаки сжаты, готовится напасть. Интересно, что его так разозлило? Рот сам растянулся в улыбке. Узнал, что я ночевал у Лены? Она ему сама сказала?..
«Ну давай, спровоцируй меня, чтобы я тебе врезал!»
Покинув кабину комбайна, двинулся навстречу. Комбайн поднимает столько пыли, что дышать нечем, а тут еще и жара за тридцать, находиться на солнце в облаке мусора и пыли не хочется, поэтому долгих выяснений не планировал. Самому не подставиться под удар, вдруг у урода разряд имеется по боевому виду спорта, а ему навалять так, чтобы сам смог уйти.
— Я тебя урою, мразь, — первым заорал он, не позволив даже спросить, с чем пожаловал. Хотя и так было ясно. — Не смей подходить к Лене, она моя!
— Если бы она была твоя, тебя бы сейчас здесь не было, — холодно и спокойно. Он проиграл еще до того, как приехал сюда.
— Ты не понял, Робнер, я тебя уничтожу, если еще раз к ней приблизишься, — в его глазах горела решимость, только парень не знал, что напугать меня невозможно.
— Можешь начинать, потому что я не отступлюсь, — не успел договорить, как он бросился на меня.
«Любитель» — сразу понял по тому, как машет кулаками.
Здоровый, но неповоротливый. Он надеялся, что, попав в меня, сможет уложить с одного удара. Наверное, на ком-то это могло сработать, только не на мне. Драки как таковой не получилось, я немного его помотал, чтобы он выдохся, а потом нанес два удара в корпус и один в голову. Мужик свалился мордой в колючие скошенные стебли. В нашу сторону несся грузовик, в который мы ссыпали зерно. Вновь поднялся столб пыли. Бежал Владимир, что-то кричал на ходу. Не подумал бы, что он в такой хорошей форме, так быстро мужик приближался. Водитель грузовика резко ударил по тормозам. Кондрат – водитель – выпрыгнул с криком:
— Комбайн горит, ты что, не видишь? — последовал отборный деревенский мат. Я мог только его в этом поддержать.
Я полез в багажник к уроду – достать оттуда огнетушитель. Тот все еще валялся на земле, не спешил подниматься, а нам было не до него. Кондрат снимал огнетушитель с грузовика. Трофейный я кинул Владимиру, а сам побежал к комбайну.
— Стой! — заорал Кондрат. — Рвануть может!
Мой инстинкт самосохранения спал. Я не думал об опасности. Полез спасать комбайн. Нахрена? Можно подумать, я за него не рассчитаюсь! Зерно было жалко… наверное. Огонь до кабины еще не добрался. Рванув дверь, оказался внутри, словно в разогретую печку сиганул.
******** ********
Лена
— У всех этих бабусь есть дети и внуки в деревне, почему вы с бабушкой их кормите? — бурчала Маринка, когда мы заканчивали развозить обеды.
