Мощенные камнем улицы расходятся в разных направлениях, пересекаясь под прямыми углами. Между большими улицами целый лабиринт переулков и тупиков. Дома очень простые, по большей части из бамбука, крытые рогожей, пальмовыми листьями, даже дерном. Все они построены на сваях на высоте полутора метров над землей. Кирпичных построек мало и то только на главных улицах.
Внутри города находится другая стена, окружающая императорский дворец его с домами для женщин, для министров и для Белого Слона.
Отсюда до стоянки яхты было три с половиной километра, как раз достаточно для выстрела из имевшейся на яхте пушки.
Андрэ, взяв с собой Сами и лаптота, произвел самую тщательную рекогносцировку города, руководствуясь планом, полученным от губернатора.
В китайском предместье он у одного китайца-купца нанял несколько десятков верховых лошадей для себя и для своего экипажа. Тремя из них он воспользовался теперь же и вместе с индусом и лаптотом двинулся во дворец.
Подъехав к тековым воротам дворцовой ограды, Андрэ обнаружил их плотно закрытыми. Перед ними шагал часовой с пистонным ружьем и в каком-то красном мундире, на манер английского.
Через Сами Андрэ попросил их пропустить. Солдат посоветовал обратиться к офицеру, который находится в помещении гауптвахты.
Дверь гауптвахты отворилась, и офицер сам навстречу вышел. Увидав чужестранца, он спросил очень вежливо на английском языке:
— Что вам угодно, фра?
— Представиться императору.
— Сейчас, фра, никак нельзя.
— Ну, тогда первому министру.
— Это тоже нельзя. Сейчас при дворе глубокий траур. Все дела прекращены до тех пор, пока убийца Белого Слона не искупит своей вины, то есть до послезавтра.
Андрэ не мог подавить в себе невольной дрожи.
— Тем более я должен теперь же переговорить с императором или министром.
— Повторяю вам, что нельзя. Если я доложу об этом, меня казнят. Да я и не смогу этого сделать: дверь заперта изнутри. Послезавтра пожалуйте.
— Хорошо.
Андрэ повернулся и поскакал в предместье к китайцу.
— Когда будут готовы остальные тридцать лошадей? — спросил он.
— Сейчас. Только оседлаем их.
— Смотрите же. Мы тотчас явимся за ними.
Пять минут спустя Андрэ был уже на яхте. Еще через две минуты капитан объявил начало боевых действий, а свисток боцмана созвал весь экипаж наверх.
Андрэ отобрал тридцать человек, полностью вооружил их и повел на берег. Четырнадцать человек с капитаном остались на яхте.
Все это сделано было в четверть часа.
— Где динамитные петарды? — спросил Андрэ.
Ему подали пакет с петардами. Андрэ поручил их нести четверым помощникам, объяснив, как нужно с ними обращаться.
Отряд двинулся в путь. Андрэ наскоро переговорил с капитаном, и они сверили свои часы секунда в секунду.
Прошли сначала в предместье, к дому китайца.
У того уже все было готово. Лошади стояли оседланные, взнузданные.
Андрэ достал из кармана пакет с золотыми монетами, распечатал его и высыпал условленное количество новеньких фунтов стерлингов в руки просиявшего китайца.
Каждый выбрал себе коня и вскочил в седло. Образовался кавалерийский отряд, превосходно вооруженный и пребывающий в приподнятом боевом духе.
Доскакав до первой стены, Андрэ оставил у ворот шестерых всадников для прикрытия тыла, а с остальными помчался по городу к дворцовой стене.
Было душно. Стояла невыносимая жара. Всадники обливались потом, лошади покрылись пеной. Кажется, даже сама Саламандра не вынесла бы такой жары. На улицах было тихо и совершенно безлюдно, все жители от зноя попрятались в дома.
Вдруг по городу пронесся какой-то гул. Не гроза, не гром, потому что небо было совершенно безоблачно. Что это такое? Земля как будто колеблется, дрожит. Лошади понурились, не хотят идти.
Землетрясение!
Дома направо и налево трещат, шатаются. Кирпичные дают трещины, готовы рухнуть.
На минуту землетрясение утихло. Всадники снова пустились вскачь и достигли дворцовой стены.
У ворот тот же часовой и тот же офицер. Тековые ворота, окованные железом и некрасиво утыканные гвоздями, по-прежнему наглухо заперты.
Караульные узнали Андрэ. Он крикнул, чтобы они сдавались. Все сейчас же побросали оружие.
— Свяжите нам, фра, руки и ноги.
— Хорошо, — согласился Андрэ. — Эй, скрутите их хорошенько.
Матросы принялись связывать караульных, а Андрэ собственноручно заложил под воротами, в месте соединения обеих створок, динамитную петарду. Потом он поглядел на часы и скомандовал:
— Спешиться, осадить назад!
Всадники спешились и отступили шагов на двадцать, держа коней на поводу.
Андрэ спокойно зажег фитиль петарды и отошел к своим людям.
В этот миг со стороны реки послышался нарастающий, свистящий гул. Воздушные массы прорезало какое-то быстро несущееся тело.
Это летел артиллерийский снаряд.
По ту сторону стены раздался взрыв.
— Капитан Плогоннек молодчина. Он сама точность, — прошептал Андрэ.
Вслед затем последовал ужаснейший треск. Облако дыма поднялось над воротами, от которых во все стороны полетели осколки. В воротах образовалась брешь, достаточная для проезда двух всадников в ряд. В городе поднялся ужасный вой.
Андрэ скомандовал:
— Вперед!
Матросы и наемные авантюристы, вскочив снова на коней, готовы были ринуться вперед, но в этот момент опять раздался подземный толчок. Лошади не пошли. Стена осела, дав огромную вертикальную трещину. Из разломанных кирпичей взвились целые облака красной пыли. Вопли и стоны наполнили разрушаемый со всех сторон город.
Из императорской резиденции, вторя стенаниям горожан, неслись яростные крики озлобленной толпы.
Забыв про землетрясение, Андрэ приблизился к проему в воротах, хотя подвергался опасности быть раздавленным в случае обвала стены.
Он заглянул в ворота и вскрикнул от испуга, но тотчас же овладел собой, схватил коня за повод, вскочил в седло и ринулся в пролом, даже не убедившись, скачут ли за ним его люди.
Глава XVII
Дальнейшие злоключения парижанина. — Прибытие в Мандалай. — Аудиенция. — Фрикэ отказывается разуться. — В присутствии короля. — Смертный приговор. — Палач. — Смерть от слона. — Большой почет. — Появление ящериц. — Их музыка. — Беспокойство ящериц накануне землетрясения. — Побег. — Пушечный выстрел. — Кавалерийская атака. — Спасен. — Возвращение в Рангун и отплытие в неизвестном направлении.
