– Что ты делаешь с Джинджер? – Хлоя снова потребовала ответа, тогда как кошка, оставив опустевшую тарелку, исполненной достоинства походкой направилась к ней.
– Ничего. Я ее просто гладила.
– Это моя кошка! – Хлоя шагнула вперед и взяла Джинджер на руки, крепко прижав ее к себе. Джинджер не возражала, только облизывала усы, наслаждаясь последними капельками мороженого и уставившись на Сару неподвижным взглядом. Какое-то мгновение Сару изучали две пары голубых глаз – кошачьих и человечьих, – удивительно, пугающе похожих.
– Она очень красивая, – искренне призналась Сара, глядя на Джинджер. – Я так хочу иметь кошку.
– Так почему же ты ее себе не заведешь?
– В квартире, где мы живем, нельзя заводить животных.
– Ты живешь в квар-ти-ре?!
– Да.
– Вдвоем с мамой?
– Да.
– А где?
– В Хьюстоне.
– Вы, наверное, очень бедные, да?
Сара пожала плечами. Она никогда не думала об этом под таким углом, но…
– Наверное…
– Это видно по твоей одежде.
– Что видно по моей одежде? – Сара непонимающе оглядела себя. Она была вполне довольна розовыми шортами и полосатой кофточкой.
– Они дешевые.
– Откуда ты знаешь?
Хлоя скорчила рожицу:
– Сразу видно.
Ее взгляд скользнул мимо Сары и остановился на чем-то за ее спиной.
– Эй, это моя книга!
– Я не знала, что она твоя. – Сара посмотрела на книгу. – Она очень интересная.
– Нельзя ее брать без моего разрешения.
– Извини, – обреченно ответила Сара.
Хлоя нахмурилась. Кошка у нее в руках зашевелилась, и девочка, приподняв ее, прижалась щекой к ее шерстке.
– Ты любишь лошадей?
– Очень люблю, – с чувством ответила Сара.
– Мне подарят лошадь на Рождество, папа обещал.
– Везет тебе!
Хлоя оглядела ее с ног до головы.
– А у тебя есть игрушки Бинни Бэйбиз?
Сара кивнула:
– У меня их почти тридцать.
Хлоя фыркнула.
– Всего-то? – презрительно спросила она. – У меня есть все. Ну, почти все, кроме самых редких. Например, как мышонок Трэп. Но папа сказал, если сможет найти, он мне их купит.
– А у тебя есть медвежонок-принцесса? – затаив дыхание спросила Сара. – Мне так ее хочется.
– У меня их две. Одну купил папа, а другую Нана. Хочешь, покажу?
Сара кивнула, не скрывая нетерпения.
– Тогда пошли.
Сара поднялась и пошла по террасе вслед за Хлоей, которая скрылась за одной из стеклянных дверей. Саре не нравилось, что у нее в спальне такая же дверь. Это было слишком страшно: кто угодно мог войти через нее в любой момент, даже когда она спала. Но, похоже, больше никого это не волновало, даже маму. А ей не хотелось вести себя, как маленькая, и признаваться в своих страхах.
Проследовав за Хлоей через стеклянную дверь, Сара оказалась в ее спальне, оформленной в голубых и желтых тонах, с развевающимися голубыми занавесками из льна. Кровать была с балдахином, сшитым из такой же ткани, крупными складками спадавшим на пол. Когда Сара вошла, Хлоя стояла у двери другой, меньшей по размеру, комнаты, примыкавшей к спальне. Подойдя ближе, Сара увидела, что все стены комнаты увешаны полками, сплошь забитыми игрушками. Сара изумленно раскрыла глаза: игрушек было больше, чем в магазине.
– Видишь? – Хлоя указала на шкаф, занимавший целиком один из углов комнаты.
В шкафу было несколько полок, и все они были заполнены вожделенными игрушками.
Сара долго не могла отвести глаз от этих сокровищ, потом посмотрела на Хлою.
– Тебе так везет! – снова искренне сказала она.
Хлоя улыбнулась:
– Хочешь поиграть с ними?
Глава 18
На следующее утро, в воскресенье, вся семья отправилась в церковь. Несмотря на то, что в Хьюстоне Сара и Оливия нечасто посещали церковь – слишком велик был соблазн поспать подольше воскресным утром, – у Оливии сохранились приятные воспоминания о воскресных днях ее детства. Каждую неделю без исключения все семейство Арчер посещало церковь. Только болезнь считалась оправданием, чтобы не пойти туда. Но если ты слишком поздно лег накануне вечером, в субботу, это уважительной причиной не считалось.
Маленькой девочкой Оливия любила церковные праздники, в которых участвовали все прихожане: по пятницам дружно жарили рыбу, а летом часто устраивались ужины, на которые каждый приносил приготовленное им блюдо. Став постарше, она возненавидела дни, когда ее заставляли идти на службу. Но на плантации Ла-Анжель было одно правило для всех – каждый член семьи должен посещать церковь. Без исключения.
Помня об этом неукоснительном правиле, Оливия взяла с собой все необходимое. Себе для таких случаев она прихватила недорогое белое платье из хлопка, купленное в «Кмарте», длиной до колена, с короткими рукавами и пояском, которое всегда носила с колготками телесного цвета и белыми туфлями на высоких каблуках. Платье Сары было более дорогим (она заказала его по каталогу «Детский мир» по ценам сезонной распродажи). Это было бледно-розовое трикотажное платье с темно-розовыми цветами длиной чуть ниже колена, свободного, летящего покроя. В этом платье, в белых кружевных носочках, черных туфельках и с розовым бантом в волосах Сара выглядела как картинка. Хлоя, сидевшая рядом с Сарой на заднем сиденье «Ягуара», была одета в дорогое бледно-голубое платье с короткими рукавами-буфами, с белым воротничком-жабо и с накидкой из прозрачной органзы. Ее светлые волосы были перевязаны на макушке голубыми ленточками и каскадом спадали по спине. Глядя на сидящих рядом девочек, Оливия подумала, как хорошо, что она не стала экономить на Сарином платье: ее дочери не приходилось краснеть за свой наряд.
В это жаркое и влажное воскресное августовское утро мелодичный звон колокола церкви Святого Луки созывал прихожан на богослужение. Звон был слышен даже на окраинах города, и Оливия невольно погрузилась в воспоминания о детстве. Сколько она себя помнила, звон этого колокола был спутником каждого воскресного утра.
В городке Ла-Анжель были еще три церкви: католическая церковь Богоматери Печалящейся, самая большая из всех, Баптистская церковь, которая была больше церкви Святого Луки, и, наконец, церковь Пятидесятников, самая крохотная из всех.
– Ненавижу церковь, – угрюмо пробормотала Хлоя, когда «Ягуар» приближался к церкви Святого Луки. Чуть раньше она тщетно пыталась уклониться от посещения службы, утверждая, что никто уже давно не ходит в церковь. Оливия, которая в юности сама не раз предпринимала такие попытки, могла на своем опыте заверить Хлою, что та только зря сотрясает воздух.
– Ничего подобного, – спокойно возразила Келли, сидевшая впереди, рядом с Сетом, который вел машину. Оливия разместилась на заднем сиденье вместе с девочками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
