— Что? — Кондрат тэ Харвис остановился и нехотя посмотрел на меня. Судя по всему, уже мечтал уединиться, чтобы со всей силы подумать о том, где может быть алтарь.
— Где у вас переговорная комната?
— Зачем? — задал на мой взгляд наиглупейший вопрос дядюшка.
Какой ответ он ждет? У меня есть странности, и я не могу уснуть, не погладив переговорный кристалл?
— Мне надо кое с кем связаться в столице.
— Зачем? — еще более обеспокоился родственничек.
Лаор, в отличие от меня, думы таких людей понимал гораздо лучше, потому рассмеялся и сказал:
— Не переживайте, неуважаемый Кондрат. Скорее всего, Адель хочет связаться со своим помощником, на которого оставила лавку, а не нажаловаться на ваше плохое поведение органам правопорядка.
Я тоже улыбнулась и заверила, что намерения мои исключительно чисты. Сдавать дядьку до того, как он поделится информацией, было бы недальновидно. И зачем просто звонить стражам, если можно сообщить Рею? Это будет точно быстрее и результативнее.
Я вообще не сомневаюсь, что если я стану хоть немного более благосклонна к магистру Рейвенсу, то жизнь моя сразу превратится в сказку. Не будет налоговая видеть мелких нарушений. Перестанут святые отцы воровать колбасу в хранилище. И возможно мне даже авансом выпишут дипломчик о высшем образовании.
Всего-то надо сказать «Да». Вот только не на вопрос «Ты будешь мой женой?», а просто на «Ты будешь моей?». А жена она в сторонке постоит и мешать не будет.
Эти мысли испортили мне настроение, потому в указанную дядей сторону я шла смурная дальше некуда. По дороге отделалась от Лаора, заверив бывшего охранника, что вполне справлюсь с любым страшным злом, если оно рискнет встретиться мне на пути. А если не смогу, то инкуб за меня отомстит. Непременно зверски!
В этот раз топографический кретинизм не стал усугублять мою ситуацию и я быстро нашла переговорную.
Глава 13.3
В этот раз топографический кретинизм не стал усугублять мою ситуацию и я быстро нашла переговорную.
Она скорее напоминала кабинет с минималистичной обстановкой.
Самым внушительным предметом интерьера являлся стол — большой, дубовый, с глянцевой лакированной поверхностью. Судя по его массивности и тому, как были качественно обработаны и вырезаны его ножки, это наследие Харрисов. Сейчас дядя вряд ли бы мог позволить себе что-нибудь подобное. Семейный бюджет плотно занимал Акакин, его золотые зубы и новые кареты.
На столе стояла небольшая шкатулка из темного дерева с кристаллом внутри, так же стопка листов под каменным пресс-папье, магическая ручка с автоматическими чернилами.
Обрадовавшись, что все под рукой, направилась к столу, огибая два дополнительных стула, стоящих у входа.
Я опустилась в кресло, и оно чуть скрипнуло под моим весом. Придвинула к себе листы бумаги и быстро набросала основные темы для разговора. Это было не обязательно, но помогло очистить мысли от лишнего и сконцентрироваться на делах.
Голографический кристалл представлял из себя кусок зачарованный горного хрусталя. Такая вещица стоила прилично, но мне повезло — я ее не покупала, а нашла как-то в кладовой лавки. Как и многое другое, мне кристалл достался в наследство. Только до этого момента мне было просто некому звонить — ну разве что тетушке, но мне ее живого присутствия в жизни было достаточно.
Итак, чтобы связаться со второй стороной, надо проговорить координаты, а именно: город, улицу и дом. А затем добавить личный номер переговорного устройства.
— Улица Архимага Вильна, дом шесть, лавка зелий. Кристалл номер шестьдесят пять.
Кристалл мягко засветился, и это сияние перешло на его грани, а после выткало в воздухе передо мной отражающую поверхность. Несколько секунд я видела лишь свое отражение, а после на той стороне появилась настороженная мордочка мыши.
— Адель! — обрадовалась Мареллина. — Как ты там? Скоро назад?
Рядом с ней нарисовалась усатая рыжая морда, и проницательный Кот протяжно мурлыкнул:
— Раз звонит, скорее всего возникли проблемы, и мы еще некоторое время будем предоставлены сами себе. И мистеру Быстрику.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Последнее прозвучало очень грустно. Кажется, инкубов управляющий действительно был чрезмерно энергичным человеком.
— Да, Котик прав, — вздохнула я. — Но надеюсь, что за несколько дней мы обернемся!
Но сомнения преследовали меня уже сейчас. Если два поколения Харвисов искали-искали и не нашли, то вот я-то найду за пару дней. Точно-точно, никаких сомнений! Ведь они были совсем не замотивированы, чтобы найти алтарь, драгоценности, артефакты документ подтверждающий право на титул. То ли дело я! Укокошить инкуба и тем самым отдать ему долг — вот это мотивации, куда там остальным.
Внутреннее зубоскальство прервали вопросом:
— Что случилось⁈
Я кратко рассказала.
— То есть убийство инкуба пока откладывается, — подытожила Мареллина.
— Я буду очень стараться справиться быстрее.
Осмыслив абсурдность этой мысли я хихикнула. Моя нечисть тоже прыснула.
— У вас там все хорошо? Лайна работает, никаких приключений?
— За день твоего отсутствия? Никаких. Ты нас переоцениваешь.
Мышка насупилась и проворчала:
— Зато мы ее недооценили. За тот же самый день Адель нашла себе дополнительные проблемы.
— Они не дополнительные, — примирительно улыбнулась я. — Просто задача оказалась сложнее, чем мы думали.
— Да, оказывается дорога к цели «грохнуть инкуба» не выстлана розовыми лепестками — удивительно! — съехидничал Марель, но сама же себя осадила. — Ладно, что это я. Просто переживаем, Аделюшка. Скучаем.
— Я тоже по вам скучаю, — с нежностью посмотрела я на домового и мышку. — Хочу домой, но сначала надо все дела закончить.
— Ты главное не переживай за лавку. Мы тут справимся. А мистер Быстрик, конечно, дико доставучий мужчина, но дело свое знает, так что чайная тоже не разорится в твое отсутствие, — успокоил меня Котик. — Все будет хорошо. Обними за меня Сарочку, передай ей мур-мур-мур.
Я натянуто улыбнулась, но кивнула. Все же передавать Котику новости о ветрености его подружки по удаленной связи — точно не стоит.
А мур-мур-мур я передам. Так передам, что согрею пальцы и ее закладку на них накручу! Чтобы не пудрила домовому мозги, зараза такая.
— Плюс в этой ситуации только один, — вздохнула Мареллина. — Магистр Рейвенс остался в столице и не будет тревожить твое сердечко. С глаз долой, из головы вон — как говорит Сара!
Ы-ы-ы-ы!
— Ага, — еще более криво улыбнулась я.
— Аде-е-ель? — мышиные глазки сузились, а усы встревоженно передернулись. — Ты ничего не хочешь нам сказать?
Честно? Не хочу ни капли!
Так что:
— Нет.
— Аде…
— Марель, не допытывайся, — Кот примирительно погладил ее по спинке. — Сама захочет и поделится.
Какой он все же хороший. Какой мудрый.
Сердце действительно защемило от нежности и любви, что я испытывала к своей нечисти. Они меня понимали, помогали, и я просто не представляю, чтобы делала без них.
Я бы подольше поговорила с домашними, но на дворе уже была ночь. Ещё чуть-чуть, и начнётся новый день, а я ещё даже не ложилась спать. Так что пришлось все же попрощаться.
— Спокойной ночи, Адель, — почти в унисон пожелали Кот и Марель.
— И вам, — отозвалась я и нехотя закрыла крышку шкатулки.
Изображение пропало, я осталась в комнате одна.
Как мне показалось одна…
— Действительно, Адель, — на мои плечи легли чужие руки, а горячие губы сначала поцеловали в висок, после прикусили ушко. По телу прокатилась горячая волна, которая взвилась еще выше от низкого, бархатного голоса: — Ты ничего не хочешь мне сказать?
Глава 14.1
Во-первых, хотела и очень громко!
Вот просто оглушительно я хотела сказать, что мне жуть как страшно!
Узнавание нахлынуло на меня сразу же после первого испуга, и эти два чувства переплелись в одном терпком коктейле. Страх перетекал в волнение, волнение превращалось в предвкушение, а оно отступало под натиском вопросов. Вернее одного вопроса.
