- Слышал, я парни, о чем вы говорили. Уж извиняйте, что вроде как бы и подслушал, да так вы спорили, что наверно, все село уши грело. И про убеждения ваши слышал. Ну, я миссионерской деятельностью заниматься не собираюсь. Просто интересно мне, по-мирски, так скажем. Вы уж мне ответьте, почему вы Православие так не любите? Что вот оно вам лично плохого сделало?
- Почему не любим? Потому что оно врет!
- Как врет?
- Сначала говорите: ударили по одной щеке – подставь другую, а сами – что? Миссионеры капища рубили, и волхвов казнили! И ведьм жгли, и праздники запрещали, и культуру народную сатанинской называли. И всю историю под себя переписали. И даже название свое – Православие – у нас украли, у язычников, потому что славяне Правь славили.
- Да ерунда это все. Славяне, между прочим, тоже немало чего у соседних народов реквизировало. И Семаргла, и Хорса, и Свентовита. Да и про Православие – это еще вилами на воде писано, нашу веру так только после Никонианской реформы стали называть. Домысел лже-историка. И про щеку – это образ, если уж так это вас беспокоит. Иисус же притчами говорил, образами. Ну а Инквизиция, что ж, это давно было. Время такое было. Язычники раньше тоже и человеческими жертвами грешили. Да и войны до Рождества тоже были будь здоров, здесь не в вере дело. И скифы, и готы, и гунны воевали посерьезней крестовых походов.
- Но они сражались честно и открыто! Их Боги – суровые и воинственные! Они не прикрывались тем, что несли любовь и просвещение иным народам!
- Но христиане же действительно все это несли. Они верили в то, что улучшают жизнь других народов. И частенько это действительно случалось. Кстати, если бы слабые народы не захватили христиане, их бы поработили жестокие соседи-язычники. Но я не об этом. Вы ведь родноверы, так?
- Так.
- Зачем вам это? Почему вы сделали именно такой выбор? Жили бы и жили, как все. Проблем никаких – голова ничем не забита.
Богдан и Егор медленно, тщательно подбирая слова, отвечали, дополняя друг друга.
- Мы…не хотим так жить. Так плохо. Наша Родина больна. Она гибнет. Весь мир гибнет. Мы хотим изменить мир…
- Улучшить. И Православие не спасает Мир, как раньше. Оно вяжет его по рукам и ногам и тянет к гибели, неотвратимо заказанной древними нерусскими мудрецами.
- Православие – угрюмая религия, в начале которой лежат колдовские иудейские скрижали, а в конце – торжество о гибели мира.
- Мы не хотим, чтобы Мир погиб. И мы изменим его.
Отец Владимир встал, подошел к шкафу, закрылся цветастой занавесочкой и начал переодеваться, разбрасывая волосы и бороду через ворот.
- И что же вы делаете для улучшения Мира? Для спасения Руси Великой – и вашего милого Калинино? Только треп на лавочке не считается. И то что вдесятером негра поймали и кренделей навешали, это, други, вас воинами-освободителями тоже не делает. Негр этот на государственность не покушался, на устои тоже. Генка-бухарик в сто раз урону больше Руси наносит, чем ваш негритенок.
Богдан и Егор смутились. Непонятно, как их участие в скинхедовской акции стало известно попу. То ли они этим чересчур громко хвастали, то ли он как-то прозорливо догадался.
- Мы изменяемся сами, а значит - изменяется мир, – нашелся Богдан.
Отец Владимир натяжно рассмеялся.
- А вы, ребята, я погляжу, словоблуды, почище иных попов. Реально, говорю, как вы мир улучшили? Что храм спалить хотели?
У Богдана с Егором сердце рухнуло под коленки.
- Да видел я все. Тоже мне, нашлись диверсанты хреновы. В Афгане с таких разведчиков, как вы, живо бы кожу содрали. И благодарите Бога, что я – православный. И живу не языческим законом Lex Talionis – «око за око», а христианским – «возлюби ближнего»! А про улучшение мира я вот что скажу.
-11-
Тут отец Владимир вышел, широко распахнув занавески, как конферансье. И сердце парней рвануло из-под колен в небеса, через горло под затылок. Священник сбросил свою прожженную тельняху и надел на голое тело косматую безрукавку. Длинные волосы перетянул очельем, сплетенным из цветных кожаных ленточек. Кроме того, стало ясно, что штаны его были не спортивными триканами, а грубыми холщовыми, с поясом, разотканным свастичными узорами. Но если такие атрибуты еще можно было встретить у сельского архаичного священника, то огромное солнце, выколотое во всю грудь с животом, было живым и улыбалось так мудро, что хотелось бухнуться на колени, как туземцы перед татуировкой Жака Паганеля.
И хотя у волхва Олега Руянского голова была обрита налысо, подбородок был так же гол, а длинные усы свисали до груди, такие глубоко посаженные зеленые глаза под мохнатыми светлыми бровями стали моментально узнаваемыми вкупе с этим огромным мудрым солнцем.
- Да. Я – доктор исторических наук, кандидат философских наук Олег Руянов, он же Ольх Руянский, стал отцом Владимиром, получившим и богословское образование. Ольха никто не убивал, просто он немного изменился.
Ольх грузно, но грациозно опустился на табурет.
- Я очень давно пытался найти ответы на вопросы, над которыми вы ломаете голову. Мысль изреченная – есть ложь! Язычество, Славянская вера, Родноверие, Древлеславие – лишь слова. Главное – дело. Меня так стало злить все словоблудие…Кто сейчас из язычников делает дело? Селидор разработал Славяно-горицкую борьбу. Основал Союз варваров и Воинское сословие. Доброслав уехал в вятскую лесную глушь, пишет книги по философии и геобиологии. Кто еще? Остальные – обычные историки и политики. А Ольх Руянский решил изменять мир по настоящему. Изменять не тех, кто этого хочет, кто записывается в очереди, чтобы слушать твои лекции, посещать тренировки и раскупать книги. Они и сами справятся.
А кто поможет тем, кого забыли не только истинные правители России, но и радетели за Русский народ? Кто поможет русскому народу, именно так, с маленькой буквы? Генке-бухарику, Толе Буденному, Саньке-пожарнику, Жене Манишкину, Лехе Теленку, Елене Михалне, Ольге Николавне, всем им - кто поможет?
Я помогу. А сделать это я могу только теми средствами, что делаю я. Калининцам не нужны слоганы про величие русского национал-социализма, про сущность Рода и его ипостаси, про ЗОГ – сионистский оккупационный режим и про Ра-дость и Ра-дугу.
Им нужно, чтобы священник закрыл самогонный шинок. Запретил продавать водку. Выгнал из села Маринку-проститутку. Разогнал наркоманов из сарая Веньяминовых, а самого Ромку отправил на лечение или в монастырь. Добился того, чтобы сельский клуб из сортира снова превратился в клуб. Добился, чтобы зерно скупали не татары-перекупщики за полцены, но наличными и сразу, а представители Спиртпрома и Хлебокомбината за всю цену и тоже сразу. Открыл спортивные секции для ребят и взрослых. Возродил библиотеку, а на ее базе – клубы по интересам. Проводил праздники, заключающиеся не в пьянке и драке, а в счастье и радости. Добился бы того, чтобы молодые семьи стали рожать детей: программу «Дом для молодой семьи» и все схемы дотаций и субсидий не каждый поймет. Помогал молодежи определиться с выбором профессии и поступлением в ВУЗ. Настаивал, чтобы юноши не боялись армии и смело шли служить Родине. Заставлял завязывать со спиртным алкоголиков. Воспитывал бы девушек женственными и целомудренными, а парней – храбрыми и мужественными.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
