Читаем без скачивания Назло громам - Джон Карр

— Погодите! Куда вы?

— Вы знаете куда.

— Нет, вы не должны. Я вам не позволю!

Наружная дверь в квартиру все еще оставалась открытой настежь, и сквозь нее проникали запахи пищи. Издалека доносились приглушенные звуки работающего телевизора. Подбежав к двери, Паула с грохотом захлопнула ее и прислонилась к ней спиной.

— Брайан, я прошу, я умоляю вас! Вы всего не понимаете!

— Я ничего не понимаю! Отойдите от двери!

— Полиция…

— Меня не волнует полиция. Прошлой ночью, когда на пол разлили серную кислоту, я поднял вас на руки и перенес в сторону. Мне повторить это сейчас? Отойдите от двери!

— Я очень не хотела этого говорить, поверьте, пожалуйста, я действительно очень не хотела, но вас должна волновать полиция, после того как вы и доктор Фелл рассказали обыкновенную неправду — иного слова не подберу! — об Одри Пейдж.

— Что вы имеете в виду?

— Вы забыли, что в то утро на вилле я тоже была наверху — очень даже живая и проснувшаяся, — в то время как вы с доктором Феллом находились в комнате сэра Джералда Хатауэя? И тогда вы рассказали ему по секрету то, что на самом деле произошло в кабинете перед тем, как Ева разбилась насмерть. Если полиция узнает о том, что было, и что Ева говорила Одри, то не отправится ли Одри прямиком в тюрьму, где она, возможно, и должна находиться?

Глава 13

От этих слов Брайан замер на месте. Только это могло его остановить.

Он смотрел на Паулу, внимательно изучая ее.

Словно бросая ему вызов, Паула повернула ручку двери и приоткрыла ее на несколько сантиметров, по-прежнему придерживая рукой, оставаясь на страже. Из коридора доносились знакомые звуки.

Выражение лица Паулы стало еще более решительным.

— Вы, наверное, сочтете это шантажом, но я ничего не могу поделать. Да! Я подслушивала, стоя в то утро у комнаты сэра Джералда. Нет! Я не рассказала этого полиции, хотя совсем недавно приехала в город в одной машине с месье Обертеном, доктором Феллом и Филипом Ферье. Называйте меня как хотите! Я сражаюсь за то, что мне очень дорого, и сделаю все, что в моих силах!

Брайан молчал.

— Что это? — неожиданно спросила она. — Что вы делаете?

По-прежнему не сказав ни слова, Брайан бросился в гостиную. Дверь в нее была широкой, и, кроме того, там был арочный проход, через который гостиная просматривалась от самого входа. Он почти физически ощущал, как неумолимо бежит время, как уходят в вечность минуты, а в этот момент в какой-нибудь келье на улице Жанвье Одри уже, может быть, «наказывают» и запугивают какими-нибудь уродливыми дешевыми эффектами. Сознание этого отнюдь не успокаивало его гнев.

Брайан взял ключ мадам Дюваллон с переносного бара. У него было такое чувство, будто, выйдя отсюда, он сдался и проиграл игру.

Паула повторила вопрос:

— Что вы делаете?

Брайан положил ключ в карман и обернулся:

— Чуть раньше, выйдя отсюда, я забыл этот ключ. Теперь я снова собираюсь уйти.

— Вы этого не сделаете!

— Все, что я намереваюсь сделать, — отрезал он, — это посетить общедоступный ресторан на общедоступной улице. Стоит ли использовать такие угрозы, чтобы попытаться остановить меня?

— Да, простите, но стоит. Как будто вы не знаете, как много бед уже натворила ваша драгоценная мисс Одри Пейдж. Видимо, она настолько изводила Десмонда угрозами, что у него не осталось другого выхода, как отвести ее туда.

— В «Пещеру ведьм»? Одри просила его об этом?

— Что еще?

— Дорогая Паула, прекратите вы это! Ставлю десять против одного, что Одри никогда даже не слышала об этом месте.

— Однако это она ему позвонила! Это из-за нее он, бледный как смерть, уехал с виллы! Говорю вам, я больше не позволю делать его несчастным! Он и так уже слишком много страдал!

— Страдал? Этот малый?

От этих пренебрежительных слов Паула мгновенно взвилась, словно от удара хлыста, потеряв над собой контроль:

— Господи! Ну какой же вы глупый! Как мало вы понимаете! С такой отъявленной нимфоманкой, как Ева…

— Нимфоманкой? — Наступила мертвая тишина, которую снова нарушил Брайан: — А вам не кажется, что ваш тон несколько изменился по сравнению с прошлой ночью? Не слишком ли серьезны эти изменения для женщины, которая была лучшей подругой и защитницей Евы?

— Я и остаюсь ее подругой, и всегда ею была. Раньше Ева никогда — никогда — не была такой, пока не потеряла красоту. — Паула стояла откинув голову и сцепив руки. — Вы когда-нибудь замечали, что действительно красивых женщин, а зачастую и тех, кто особенно подчеркивает свою сексуальность, на самом деле секс не очень-то интересует? Они ничего собой не представляют в этом отношении, потому что слишком тщеславны и интересуются только собственной персоной. О господи, что я говорю?!

— Да уж, не скажешь, что это очень относится к делу. Так вы ответите на мой вопрос?

— Какой вопрос?

— Почему вы не хотите, чтобы я пошел в «Пещеру ведьм»? И стараетесь, чтобы полиция тоже туда не попала?

— Я…

— Потому что я могу задать кое-какие вопросы? И полиция, естественно, тоже? А потом обнаружить, что вчера вечером Ферье там и близко не было?

— Да, это так, но это только часть правды. Вы не понимаете!

— Тогда скажите мне еще кое-что. Я собирался спросить об этом Хатауэя, но теперь сможете ответить мне вы. Итак, ясно, что вчера вечером вы должны были обедать с Хатауэем, но кто-то отменил это мероприятие. Вы не виделись с ним до тех пор, пока не встретили его вместе со мной в холле «Отель дю Рон». Верно я говорю?

— Конечно верно. Только я не понимаю…

— Сейчас все поймете. Хатауэй сказал, что звонил вам в отель и договорился о времени обеда. Вы разговаривали с ним лично или он лишь оставил для вас сообщение?

— Он оставил сообщение. Меня не было в номере, я спускалась вниз купить сигарет.

— Вас не было в номере. А были ли вы в отеле?

— В…

— Да! Не по той ли причине Десмонд Ферье не смог отчитаться за несколько часов вчерашнего вечера, потому что в это время он находился с вами?

Кровь отлила от лица Паулы, а ее яркие глаза стали огромными. Дверь, приоткрывшаяся позади нее сантиметра на два, закачалась от легкого сквозняка.

— Мистер Иннес, это самое отвратительное и невыносимое, что мне доводилось когда-либо слышать! Вы что, обвиняете меня в… в причастности к убийству Евы?

— Нет, — прорычал Брайан.

— Тогда что вы говорите?

— То, что вы — Исключительно Славная Девушка с большой буквы. Вы попали в бешеный водоворот журналистики, но все, что вам нужно, — это муж и дом.

Паула Кэтфорд так побледнела, словно он обвинил ее в чем-то еще более тяжком, чем убийство. Она стояла выпрямившись и приоткрыв рот.

— Вы испытывали угрызения совести по отношению к Еве, — продолжал Брайан. — Вполне возможно, что Ферье любит вас. Иначе зачем ему надо было так галантно лгать о столь незначительном эпизоде его славной молодой жизни. А теперь отойдите от двери. Я собираюсь найти его и разобраться с ним, если он вздумал попугать Одри.

— О, тогда я спокойна. Думаете, вам это поможет?

— Почему бы и нет?

— Послушайте! — Отодвинувшись от двери, Паула протянула руку и распахнула ее.

В коридоре за дверью, у стеклянной панели в дальнем его конце, раздался металлический скрежет лифта, поднимавшегося с первого этажа.

— Уходить уже слишком поздно, — проговорила Паула. — Это — полиция.

Сделав широкий шаг, Брайан очутился в проходе. Чуть правее, рядом с дверью лифта, была дверь на запасную лестницу. Медлительному «астматическому» лифту понадобится не меньше тридцати секунд, чтобы добраться до шестого этажа. За это время он, никем не замеченный, сможет спокойно спуститься вниз.

Однако последние слова Паулы, сказанные исполненным боли и ненависти голосом, ненадолго остановили его.

— Если вы полагаете, что сможете причинить Десмонду боль или новые неприятности, я не думаю, что вам позволят сделать это. Это все равно не поможет, когда арестуют Одри.

— Арестуют Одри? Вы что, с ума сошли?

— О, я не думаю, что она сделала это! А вот Обертен так считает. Уверяю вас.

— Потому что опять подслушивали под дверью?

Это прозвучало еще более жестоко, чем его последняя атака, но Паула не вздрогнула.

— Да, если хотите знать! У кого больше опыта по части методов полицейских допросов в любой стране — у вас или у меня? Доктор Фелл защищал Одри изо всех сил. Он обеспечил ей алиби, сказав, что был с ней до завтрака сегодня утром.

— До завтрака сегодня утром? И что это дает?

— К сожалению, не имею ни малейшего представления. Хотя звучит не очень правдоподобно. Если вы хотите позаботиться о ней, вам лучше остаться и сделать это. Вам все равно уже не удастся избежать разговора с Обертеном.