Читаем без скачивания Боб - Вячеслав Кузин

 Возглас был так неожидан, что в руке Гренадерши, рефлекторно сжавшей пальцы сильней обычного, хрустнула кружка и жидкость беспрепятственно полилась на пол.

 - Попили чаек… - проворчал Борк. – Что там случилось, Боб?

 - Я вышел на след этого мерзавца!

 - Кого?

 - Вериона!

 Собравшиеся на вопль Боба ловчие недоуменно уставились на академика. Проваляться в четырех стенах до угрожающего состояния получить пролежни, а потом вдруг боевым воплем ознаменовать контакт с коварнейшим врагом?.. Даже Джарк, и тот косился на хозяина с затаенной горечью – кажется старик слетел с катушек окончательно.

 - Я ничего не чувствую, – поспешил он сообщить ученому и слабо вильнул хвостом.

 - И не почувствуешь! – успокоил его Боб. – Вы лучше на экран телевизора гляньте!

 - Ну, и кто это? – не узнала в незнакомом, совершенно человеческом, дядечке узнаваемых очертаний Ката, тоже присоединившаяся к своей группе.

 Ей, конечно, совершенно не хотелось пулей вылетать из комнаты Серафима, с которым она тщетно пыталась навести ментальные мосты и разговорить мужа хотя бы телепатически, но ее чудной папаша, минуту назад так дико заорал, что ей показалось, как-будто даже бесчувственный тестер отреагировал на тот истошный вопль троекратным помаргиванием.

 Пришлось оставить все попытки и бежать сюда, чтобы узнать, куда и что засунул ее вопящий предок, и чем это все можно придавить, чтобы так качественно переполошить весь дом.

 – Кто это? – еще раз повторила свой вопрос Ката, продолжая наблюдать на лицах ловчих полное отсутствие решимости немедленно сообщить ей о персоне, маячащей по ту сторону экрана.

 - Это министр! Здравоохранения, причем, – хитро прищурился Боб.

 - Ух, ты! – «удивилась» Ката и развернулась на месте, решив оставить балаган в таком виде, в каком его обнаружила.

 - В министре – верион! – сияя, выдал академик и замолчал, ожидая реакции.

 - Вау! – еще раз «удивилась» Катарина и вышла из комнаты. – Как это я сразу-то не догадалась? Ах, да! Наверное, я просто недостаточно долго смотрю новости. Не до той степени одурения, после которой с экрана начинают лезть вирусы.

 - В министре здравоохранения находится верион! – настойчиво повторил Боб.

 - Ну, хорошо, – в проеме двери снова показалось уставшее, измученное лицо его дочери, - допустим это так. Но какие у тебя доказательства? И почему вирус выбрал себе в проводники тело грузного, потеющего при каждом вынужденном движении, дядечки? Верион решил поймать нас и закормить до икоты витаминками?

 - Ты на правильном пути, – поднял палец Боб. – Вот! Вот! Слушайте! – академик схватил пульт телевизора и сделал погромче.

 - Еще раз хочу обратиться к населению нашей страны! - загромыхал господин министр из динамиков телеприемника. – В связи с высокой опасностью заражения гражданского населения инфекцией и распространения ее за пределы выявленных очагов заражения, руководством страны, по рекомендации возглавляемого мной министерства, было принято решение о введении в государстве чрезвычайного положения, с присвоением ему высшей степени опасности. В связи с этим, в стране объявляется военное положение и вводится комендантский час, а также строгий паспортный контроль над всеми гражданами и приезжими лицами. Всем, без исключения, лицам надлежит немедленно явиться в ближайший медицинский пункт для сдачи пробы крови на наличие опасной инфекции в организме. Проявляйте благоразумие! Сдавайте свою кровь, как можно раньше! Таким образом, мы оперативно выявим всех инфицированных граждан, окажем им соответствующее лечение и компенсируем временную нетрудоспособность огромными денежными вознаграждениями! Материальными поощрениями будут награждаться и те сознательные граждане, которые будут сообщать обо всех лицах, уклоняющихся от медицинского обследования.

 - А если кто-то не хочет сдавать кровь? – вырвалось у прямолинейной Грюнди, которая ужасно не любила врачей.

 - Если же найдутся граждане, которые сознательно будут отказываться от сдачи крови на выявление опаснейшей инфекции, – тут же сообщил министр, как будто был готов и к телепатическим вопросам, - таких несознательных товарищей мы будем считать преступниками, намеренно рассеивающими болезнетворные вирусы среди населения. А что у нас делают с преступниками? Правильно! – Уничтожают! А лучше закатать их в бетонный саркофаг – и на дно океана! Так надежнее! – разошелся министр.

 - Ничего себе, он горчичнички кому-то прописал! – гыкнула Ката.

 - Ну, я не стал бы так категорично, – замямлил мужчина, находившийся все это время поодаль от разбушевавшегося спикера.

 Как только мямля раскрыл рот, его лицо, как по команде, поместилось в самый центр экрана.

 - А это что еще за мухомор? – Грюндя ткнула пальцем в экран, метясь господину прямо лоб.

 - Президент страны… – побледнел Боб. – Ну, все! Верион не упустит такой возможности!

 - Перекочевать в самого главного человека? – хмыкнул Борк. – Будь я вирусом, я бы тоже не отказался. Отдельный кабинет, сногсшибательная секретарша, кофе в постель…

 - Ты ничего не путаешь? – засмеялся Инту. – Может быть, ты имел в виду сногсшибательный кофе и секретаршу в...

 - Эй, эй, эй! – одернула соратников Катарина. – Закрываем мне там свою лавочку тайных желаний. Обстановку разлагаете!

 Она взглянула на Боба, пытаясь заранее понять степень опасности такого финта со стороны вериона, признаться, совершенно неожиданного. Буквально вчера эта тварь меняла обличия, прыгала по крышам, вселялась в людей, охотилась за агорианским духом. И «на» тебе! Вместо объяснимого, хоть и непростого противоборства эта бацилла исчезает и через несколько дней «всплывает» на самом высоком уровне!

 - Наши прятки с Шо поменяли его планы… Кардинально, – огорченно пробормотал академик, который, вскочив, стал в возбуждении метаться по комнате.

 И хотя внешне это действительно больше походило на хаотичное передвижение тела внутри ограниченного пространства, все знали – сейчас Папсик крепко думает. Или переживает. Тоже крепко.

 После получаса Катарина не выдержала и поймала отца за локоть:

 - Ну?

 - Ты еще сама не догадалась?

 - Да нет же!

 - Болезнетворные вирусы, которых сейчас будут искать по всем полям, оврагам и весям, - это мы! Шо решил вышибать клин клином!

 - О, как! Клин клином… – икнула Катарина, хотя миг назад она была готова рассмеяться папочке-параноику в самое, что ни на есть, лицо.

 - И найти нас не так сложно. Хватит и капли крови, чтобы увидеть в ней присутствие духа. Точнее, хватит уколоть любого из нас в палец… Или ранить, как это было ранее с Серафимом.

 - Но люди не видят дух! Даже если президент спустит на нас всю армию!

 - Если только Некто не предоставит людям во временное пользование препараты «мэйд ин Агория». Ты ведь понимаешь, что в лабораторных условиях выявить дух – плевое дело. Так что у людей не должно возникнуть особенных трудностей в обнаружении «пришельцев».

 - Ловко он нас обложил… – вздохнула Ката. – Но, все же, зачем Шо понадобился агорианский дух?

 - А ты разве не заметила, что с разумом людей перестали происходить метаморфозы? Практически одновременно с командой всему персоналу НИИ на Земле молчать и не отсвечивать?

 - И расчудесненько, что перестали!

 - Расчудесненько, да не совсем. Сдается мне, что между аномальным пятном, энергетическими бурями и помешательством людей есть одна общая связь – злобная машина разрушения, запущенная Шо! Но, видать, без подпитки агорианским «топливом» она остановилась.

 - Машина?

 - Я образно выразился.

 - А по факту можешь выразиться?

 - Как мне кажется, у Шо грандиозные планы на добычу такого бесценного ресурса, как наш дух! А где его больше всего?

 - В Агории… Точнее, в агорианцах…

 - Доступ к которым преграждают Врата!

 - И горстка ловчих… Пап, что делать-то?

 - Найти корень зла!

 - Опять ты со своими загадками.

 - Огромное аномальное пятно!

 - Пятнадцатого класса опасности?

 - Именно!

 - Не толпимся! Не толпимся! Соблюдаем очередь!

 Дородная медсестра в традиционно белом халате, явно узком, для утрамбованных в него красот, стремящихся на волю лишними килограммами, регулировала человеческий поток, то и дело, загоняя его в русло цивилизованной очереди.

 - Что там такое происходит? – голосил кто-то вдалеке. – С утра стою – ни на метр не продвинулся!

 - Да тут двинешься скорее! – вторил ему собрат по очереди. – Или кони двинешь!

 - А, ну, двигайся! – понесло раздражение по колыхающимся волнам человеческих голов.

 Через миг гудел весь этаж:

 - Сама двигайся!

 - Сейчас как двину!

 Наверное, лишь один Костик Хвостов сохранял полное безразличие ко всей свистопляске. Он скромно жался в уголке, время от времени поглядывая на дедка, за которым занял свою очередь. Казалось, что его ничто не беспокоило. Хотя нет, беспокоило – он периодически хватался за голову и мотал ей так, как-будто ему в ухо забрался шмель.