не припекало, так что нам троим, устроившимся на пригорке с видом на цветочную поляну, было очень хорошо. Дракон лежал на брюхе, прижав к себе хвост, на котором сидела я. Спиной я опиралась на тёплый драконий бок и вяло думала о том, что либо местные драконы – отнюдь не хладнокровные ящеры, либо данному конкретному дракону чешую нагрело солнцем. Фиола сидела у меня на плече, болтая ножками, и лакомилась пыльцой. Передо мной стояла пустая корзинка, где еще недавно были фирменные пирожки грас Бонизы, которая, после того, как их с дедушкой отношения наладились, снова вернула свой кулинарный талант, и окружила нас тёплом и заботой. Надо сказать, что из дюжины пирожков я осилила только два, а остальные съел Сирен и, кажется, не отказался бы от еще десятка таких же корзинок с пирожками.
Идея пикника мне пришла в голову после того, как мы с драконом познакомились и немного пообщались – в результате чего у меня возникло желание получше узнать это сказочное существо, да и, признаться, появилось к нему несколько важных вопросов. Так что идея устроить небольшой пикник показалась мне просто чудесной.
И сейчас, когда мы все втроём перекусили, я сформулировала один из беспокоивших меня вопросов, который и поспешила задать:
- Уважаемый Сирен, я абсолютно уверена, что родилась человеком. Может быть, вы поглядите снова? Возможно ли такое, что я была человеком, а потом изменилась под воздействием магии?
Дракон, фыркнул, что я ощутила всем телом, так как по-прежнему прижималась к его боку, затем повернул ко мне голову и уставился на меня своим оранжевым глазом. Несколько секунд он словно сканировал меня, а затем нехотя признал:
- В тебе действительно есть что-то от людей – как от местных, так и от тех, что из другого мира. Но есть и некоторое отличие – и я, к сожалению, не могу сказать, врождённое оно или приобретённое. Скажи, существо, какая у тебя магия?
Я мысленно поморщилась на обращение. И хотела уже попросить дракона обращаться ко мне по имени, как до меня дошёл смысл его слов. Магия? У меня? Возможно ли? Сердце замерло в волнении. А что, если эти изменения во мне, которые видит дракон – это положенная всем попаданкам магия? Неужели и мне, наконец, повезло? Но вслух я сказала другое:
- А разве у меня есть магия? – Осторожно поинтересовалась я. – Мне об этом ничего не известно. Я что, стану магом?
- Твоя аура, существо, пропитана магией, как у всех местных людей, хотя по структуре она больше похоже на ауру иномирцев – но те магией не обладают, это всем известно. Так что я не могу сказать, будешь ли ты магом или нет: ведь не каждый потенциальный маг становится таковым. А с тобой вообще ничего нельзя сказать наверняка.
- Понятно, - протянула я разочарованно, рассчитывая на иной ответ. Но потенциальная магия – это лучше, чем вообще ничего. Как же здорово, что мне встретился этот дракон, и что он оказался давним знакомым эльфийки! Та, кстати, в наше общение не вмешивалась, позволяя мне выяснить всё, что нужно.
- Мне жаль, что я тебя расстроил, существо, - сказал дракон.
- Да ничего, - отозвалась я, - и зовите меня, пожалуйста, Лиза. А то «существо» звучит как-то не очень.
- Хорошо, Лиза. Ты ко мне тогда можешь на «ты» обращаться, а то я чувствую себя старше на несколько тысяч лет. А я, между прочим, еще очень молодой дракон.
Эта информация меня заинтересовала, и с вопросов обо мне я переключилась на вопросы о драконах, про себя решив, что доберусь до школьной библиотеки и изучу всё, что найду о местных разумных существах. А то мало ли, кого еще встречу.
- Конечно, Сирен, договорились! А сколько тебе лет?
- Две тысячи всего – говорю же, я еще молод и полон сил.
- А сколько всего живут драконы?
- До двадцати тысяч лет.
Я попыталась перевести возраст Сирена на человеческий, но у меня ничего не вышло. Если посчитать, что двадцать тысяч драконьих лет эквивалентны человеческим ста, то сейчас он по возрасту как наш десятилетний ребенок. Но загвоздка в том, что Сирен не казался ребёнком. Может быть, драконы, как собаки – быстро взрослеют за первый же год, а не постепенно, как люди? Покрутив головой, постаралась окинуть взглядом дракона: поначалу он показался мне просто огромным, но сейчас, сидя на его хвосте, я понимала, что он не так уж и велик – размером примерно с автобус. Интересно, это потому, что он молод или все местные драконы таких размеров?
- А как давно вы с Фиолой дружите? – задала я дракону следующий вопрос, но ответила на него эльфийка:
- Да уж лет шестьсот как, - рассмеялась та, а меня, признаться, немного заклинило. Так Фиола у нас тоже из долгоживущих? И почему мне раньше не пришло в голову спросить её возраст?
- А сколько живут цветочные эльфы? – спросила я Фиолу. – И сколько тебе лет?
- Цветочные эльфы рождаясь раз, живут, пока не умрут, - непонятно ответила та, гордо вздёрнув носик, - а я родилась восемьсот лет назад.
- То есть, ваш срок жизни не ограничен? – уточнила я.
- Совершенно верно, - всё так же надменно кивнула Фиола, - наш народ вечен, и только тоска или внешнее воздействие способно лишить жизни его представителей.
- Эльфы и феи – исконные жители этого мира, - добавил дракон. – Даже мой народ появился тут позже, хоть и в незапамятные времена. Местные люди когда-то прилетели со звёзд и остались тут, расплодившись по всему миру, потеснив коренных его обитателей. Были и войны когда-то, но сейчас все разумные сосуществуют мирно, практически не соприкасаясь друг с другом.
Я слушала, приоткрыв рот и навострив уши. Мне хотелось узнать как можно больше о разумных обитателях этого мира, и я жалела, что в своём стремлении поскорее закончить школу, изучала всё строго по программе, тогда как следовало бы начать с истории мира и тех, кто его населяет.
- Значит, ты всё-таки из другого мира, - меланхолично заметил дракон, отчего я дёрнулась и чуть с него не свалилась.
- Как?.. – только и смогла я спросить.
- Как я понял? Так о нашей продолжительности жизни знают все, даже такие мелкие, как ты. А ты, судя по блеску интереса в твоих глазах, вообще мало что знаешь о
