Читаем без скачивания Эпизод I. Призрачная угроза - Патриция Рид

– Путь перед тобой, Анакин. Только тебе решать, идти или нет.

Мальчик с трудом оторвался от величественных картин, уже разворачивающихся перед его внутренним взором. С удивлением он обнаружил, что все еще стоит посреди комнаты у себя дома: глинобитные выщербленные стены показались ему такими скучными по сравнению с тем, что он только что видел.

– Я хочу, – повторил он.

– Тогда собирай свои вещи, – ответил джедай. – У нас мало времени.

Восторженный вопль услышали, видимо, и соседи. Анакин вырвался из рук Шми, немного попрыгал по комнате, зашибая табуретки, потом вновь подскочил к матери, обнял ее и побежал к себе. В дверях своей комнаты он остановился.

– А мама? – вдруг спросил он. – Она тоже свободна?

Рыцарь молчал. Анакин повернулся к Шми:

– Мам, ты поедешь с нами? Ну, ма-ам…

Куай-Гон и Шми переглянулись, и Анакин понял, каков будет ответ, еще до того как рыцарь заговорил.

– Я пытался освободить и ее, – сказал рыцарь. – Но Уотто не захотел.

– Но деньги…

Куай-Гон покачал головой.

– Там нет и четверти нужной суммы.

– Ани, мое место здесь, – негромко сказала Шми. – Здесь мое будущее. А тебе пришло время уходить. Я не могу пойти с тобой.

– Тогда я не поеду, – решил Анакин. – Я не хочу, чтобы все поменялось.

– Ани, тебе не остановить перемен, – улыбнулась Шми, – как не остановить восхода солнца. Прислушайся к своим чувствам. Что они говорят?

Уж лучше бы чувства молчали, подумал Анакин. Он знал, что поедет. Знал наверняка. Так же точно, как то, что хочет уехать.

– Я буду скучать по тебе, – прошептал он. Мама кивнула.

– Я люблю тебя, Ани, – эхом отозвалась она. – Теперь торопись. Собери свои вещи.

Анакин кидал в походный мешок свои вещи, не думая, что берет с собой. Как странно все получается. Он столько мечтал о том, чтобы кто-то пришел и открыл перед ним двери в иной мир. И вот он стоит на пороге, и дверь распахнута, и ничего не мешает шагнуть. Но он продолжает стоять, упорно цепляясь похолодевшими пальцами за края дверного проема, то ли в попытке остаться, то ли из боязни, что дверь закроется навсегда.

К реальности его вернули голоса в соседней комнате. Оказывается, он стоял, сжимая в руках набор инструментов, и смотрел в никуда. Анакин помотал головой, сунул набор в мешок и прислушался.

– Спасибо вам, – это мама.

– Я буду присматривать за ним. Даю слово, – голос рыцаря неожиданно потеплел, как ни разу раньше. – У вас все будет в порядке?

Анакин не расслышал, что ответила мама. В соседней комнате долго молчали, потом мама проговорила:

– Мы так недолго были вместе…

И вновь замолчала. Анакин с усилием заставил себя перестать слушать. Он оглянулся: что бы еще взять с собой. Вещей у него было немного, сборы не заняли времени. Но хотелось взять еще каменную статуэтку, которую он вместе с Китстером как-то выкопали из песка. И еще модель истребителя. А еще…

Нет, так нельзя. Иначе ему придется забрать с собой весь их дом. Напоследок он включил Ц-ЗПО.

– Ну, я уезжаю, – сообщил он андроиду. – Я свободен. Я улетаю на космическом корабле…

Слова звучали, как музыка, в его ушах. Ему хотелось вновь и вновь повторять их. Он вернется сюда, вдруг подумал Анакин. Он будет очень часто возвращаться сюда. Мама не успеет соскучиться.

– Масса Анакин, – сказал дроид. – Вы мой создатель, и я желаю вам успеха.

Хотя мне бы хотелось, чтобы я был чуть менее голый, чем сейчас.

– Прости, что не закончил тебя, – Анакин взял свой мешок. – Я скажу маме, чтобы она тебя не продавала.

– Продавала?.. Меня? – Ц-ЗПО был шокирован, но Анакин уже выскочил из комнаты.

Прощание получилось коротким. Куай-Гон поклонился женщине на пороге и, не оборачиваясь, пошел прочь. Он слышал за спиной шаги мальчика. Анакин догонял его. Потом звук шагов прекратился. Рыцарь остановился и стал ждать, когда кончится то, что сейчас будет.

Анакин почти уже догнал его, когда, оглянувшись через плечо, увидел, что мама стоит на пороге и смотрит им вслед. Он не выдержал и побежал обратно.

– Мам, я не могу!

Шми Скайуокер отодвинула от себя сына, но пока еще не отпускала.

– Ани, бывает так, что думаешь, будто не можешь чего-то сделать, а потом просто делаешь, вот и все. Я знаю, какой ты у меня сильный. Я знаю: ты можешь.

Анакин проглотил слезы, он считал, что она не права, он вовсе не сильный, но мама сказала, что он должен пойти, она так решила, и он должен идти, даже если уже передумал.

– Мы еще увидимся? – шепнул он.

– А что говорит тебе сердце? – спросила она в ответ.

Он помотал головой.

– Я не знаю… Да. Я думаю – да. Мама кивнула.

– Значит, так и случится. Иди.

Через его голову она посмотрела на стоящего в стороне рыцаря. Куай-Гон терпеливо ждал, ни словом, ни жестом не вмешиваясь в их прощание. Рыцарь думал, что неизвестно: хорошо или плохо, что мальчика он забирает так поздно. Бывало по разному. Чаще родители отдавали детей без возражений, утешаясь, что те вырастут в Ордене. Иногда приходилось уговаривать, убеждать, и нельзя было предсказать, подействуют ли уговоры. Иногда приходилось отступать чуть ли не с боем. Он сознательно избегал принимать в этом участие.

– Я стану джедаем, – голос Анакина сорвался, но мальчик откашлялся и продолжал говорить. – Я вернусь и освобожу тебя. Я обещаю.

Мама наклонилась и поцеловала его.

– Неважно, где ты окажешься, моя любовь всегда будет рядом с тобой, – шепнула она ему на ухо. Ему стало щекотно, и он улыбнулся, почесав ухо плечом. – А теперь: будь смелым и не оглядывайся назад.

– Я люблю тебя, мам, – сказал он ей. Она вновь улыбнулась. Затем крепко взяла его за плечи и повернула лицом к Куай-Гону.

– Не оглядывайся.

И – слегка подтолкнула.

Возле лавки Уотто, куда они зашли, чтобы забрать у тоидарианца окончательно заполненные бумаги на передачу владения, Куай-Гон попросил Анакина подождать снаружи. Незачем было еще раз мозолить глаза бывшему хозяину.

Анакин кивнул. Ему не хотелось входить туда, где было так много знакомого и привычного. Интересно, подумал он, глядя в небо, какого оно цвета на той планете, куда собрался Куай-Гон?

– Уезжаешь куда-нибудь, Ани?

Китстер. Точно. Выкатился из хохочущего клубка ног и рук, загорелых поджарых тел, выгоревших затылков и лягающихся чумазых пяток – в переулке мальчишки играли в банту.

Интересно, играют ли в банту там, где он скоро окажется?

– Я улетаю с Куай-Гоном, – Анакин кивнул на лавку, из дверей которой как раз вышел джедай и остановился, ожидая, когда ребята попрощаются друг с другом. – На космическом корабле.

Китстер разинул рот.

– Держи, это тебе, – Анакин сунул ему пачку кредиток. – Ты мой лучший друг.

Я не забуду.

Смуглое лицо Китстера сморщилось. Анакин почувствовал, что еще немного, и он все-таки расплачется, подбежал к Куай-Гону и потянул его за руку вдоль по улице. Оказалось, что им еще надо было зайти к нотариусу, который заверил бумаги и, не скрывая изумления, деакти-вировал вживленный передатчик. Нотариус предложил заглянуть в соседнюю лавку, где его троюродный кузен держал хирургический кабинет, и удалить передатчик совсем, раз уж хозяин Анакина настолько экстравагантен, что не хочет заботиться о сохранности новообретенного имущества. Имущество, которому не терпелось убраться отсюда подальше, было против, а Куай-Гон беспечно махнул рукой и сказал, что с этим можно и подождать.

Рыночная площадь быстро пустела, только старая Джира все еще возилась возле своей палатки, раскладывая по корзинам непроданные за день фрукты. Скоро прокатятся быстрые, как ветер, сумерки, а потом на город из пустыни наползет прохладный сумрак ночи. Надо спешить, чтобы добраться до корабля засветло. Анакин замешкался. Он уже раскрыл рот, чтобы попросить у рыцаря разрешения, но тот сам подтолкнул его к Джире.

– Меня освободили, – в который раз за сегодняшний день повторил мальчик. – Я улетаю. Возьми эти деньги. Купишь на них себе все, что захочешь.

Старуха обняла его на прощание.

– Я буду скучать по тебе, – сказала она.

Куай-Гон вдруг развернулся и пошел прочь, словно только сейчас вспомнил о том, что им нужно спешить. Анакин побежал за ним следом, махнув на прощание рукой.

Они свернулись в проулок, ведущий к окраине. Куай-Гон не хотел идти по центральной улице. Анакин не возражал. Чем меньше знакомых они встретят по дороге, тем лучше. Его ждал звездный корабль. Зов космоса был сильнее, чем желание оповестить целый город, что теперь он свободен.

Он так задумался, что чуть не упал, когда рыцарь вдруг одной рукой задвинул его себе за спину, а второй достал что-то из-под старого пончо. Он понял, что это было, только через миг. Когда все уже было кончено, и рыцарь сидел на корточках, изучая небольшую металлическую сферу, распавшуюся на две половины, но все еще потрескивающую и пускающую в песок искры. В воздухе пахло сгоревшей изоляцией и еще чем-то незнакомым. И можно было легко поверить, что ему почудилось, будто из руки рыцаря вырвался светло-зеленый луч и располосовал тень между домами, где пряталась эти странная металлическая штука. Только это был вовсе не луч, ведь лучи не бывают такими короткими…