Читаем без скачивания Следующее поколение - Валерий Чубар

Ходовики атаковали мост и отвлекли внимание серых от машин конвоя. Вокруг сфальта кипел яростный бой. Грузовики неслись вперед, их водило от обочины к обочине, двигатели завывали и надрывно кашляли, работая на пределе.

Еще миг — и они пересекли границу Централи. Мелькнули громада наблюдательного блока и пост-7.

Централь!

Его государство.

Его дом.

Свернув к Ферме, Вик удивился было тому, что грузовики никто не встречает — обычно бывало иначе — но потом понял, что Ант запретил это, опасаясь, что кто-нибудь попадет под шальную пулю серых. Бой все еще продолжался: выполнив свою задачу, ходовики, отстреливаясь, отступали через поле к Ферме и через Большой Сфальт к посту-7. Вик затормозил у ворот Фермы и заглушил двигатель.

Но руки его все еще машинально сжимали руль, нервно подрагивая. Самое трудное было впереди.

Грузовики прорвались. Но есть еще повозки. Слав. Вета.

Что-то стукнуло снаружи по дверце кабины. Вик глянул в узкое боковое окно и увидел лицо Коста.

— Доброго дня, — прохрипел тот, улыбаясь. — Долго собираешься сидеть в этом железе на колесах?

Вик выбрался из кабины, болезненно чувствуя каждый ушиб на своем теле. Вслед за Костом к грузовику один за другим подходили ходовики, шумно приветствуя Вика. Он машинально отвечал на приветствия. Рядом стоял грузовик Юра. Юр оживленно рассказывал что-то о влетевшей в боковое окно пуле — «Вот столько от моей головы, а впереди баррикада, и размером не меньше Станции, клянусь Небом!» Мимо пронесли убитого ходовика. Потом одного за другим нескольких раненых.

— Там лечебные травы в кузове, целая куча, — сказал Вик, провожая глазами раненых. — Или нет… лечебные травы в повозках. Повозки, Кост!

— Не беспокойся. Отряд ходовиков уже где-то неподалеку от южного моста. Твоя вторая «неприятная неожиданность» должна сработать так же, как первая.

Вик расслабился. Теперь от него лично ничего не зависело. Он сделал все, что мог. Даже больше.

— Ант на Ферме?

— Со всем Советом вместе. Пойдем, нас ждут… — Кост отдал несколько приказов ходовикам, а потом вместе с Виком направился к центральным воротам Фермы. Ворота распахнулись перед ними — и Вик увидел целую толпу людей. Увидел лица Анта, Бора, Пета, Лега, Авла. Увидел Лен.

Она улыбалась ему — чуть смущенно — и Вик подумал, что впервые видит смущение на лице Лен. И это почему-то необычайно волновало его.

Остальные лица были оживленными и радостными. «Дома. Я — дома», — подумал Вик, испытывая огромное облегчение. Там, у фермеров, были звезды. Он помнил о них.

А здесь был его дом.

Вика засыпали вопросами. В ответ он только вновь напомнил о повозках. Оказалось, что Сей добрался до Фермы за два хода до полудня — и тут же были посланы отряды ходовиков к северному и южному мостам. Учитывая то, что повозки движутся гораздо медленнее грузовиков, ходовики несомненно должны были успеть им на подмогу, несмотря на большое расстояние до южного моста.

Вик все рассчитал правильно.

Он спросил о потерях ходовиков. Двое убитых и пятеро раненых. По выражению лица Анта, который сообщил ему это, Вик понял, что ожидались значительно более серьезные потери. Ведь ходовики перешли границу! Но риск оправдался, грузовики целы и невредимы.

Вик подумал, что выглядит героем в глазах всех без исключения обитателей Централи. Но эта мысль почему-то вовсе его не обрадовала. Вик хотел поприветствовать Лен, но его все время от нее оттесняли. Особенно усердствовал Алеквикторвич, висевший у Вика на плече и слезливо бормотавший ему в самое ухо какие-то слова прошлых. Вик был глубоко благодарен Анту, когда тот отстранил прошлого и сказал негромко:

— Ты не очень устал? Мы ведь хотели продолжить наш разговор — помнишь?

— К чему такая спешка? — удивился Вик.

— Завтра Совет. Нужно решаться сейчас, до него.

— Решаться? — переспросил Вик. — Решаться на что? Вместо ответа Ант, повысив голос, объявил об усталости Вика и о необходимости дать ему отдых. Толпа послушно расступилась, и Вик с Антом двинулись к Большому Сфальту, по направлению к жилым блокам. На ходу Вик обернулся, отыскал взглядом лицо Лен и помахал ей рукой. В ответ приветственно замахали все собравшиеся на Ферме.

Лен не сделала этого. Она просто смотрела на него. — …Гор остался у фермеров, — услышал Вик голос Анта. — Я так понимаю — ему там понравилось?

— Да, — ответил Вик и добавил, — мне тоже.

— Но ты вернулся. И все остальные.

— Трудно объяснить, — поморщился Вик. — Централь — вся наша жизнь. Здесь мы дома. Мы привыкли… понимаешь?

— Понимаю, — кивнул Ант. — А как насчет того, что «дальше так невозможно». Это ведь твои собственные слова. «Дальше так невозможно»…

И внезапно Вик понял все.

— Ты хочешь… — у него перехватило дыхание, — ты хочешь переселить… — он с трудом подбирал нужные слова, — переселить Централь на земли фермеров?!

— Хотя бы часть Централи, — невозмутимо отозвался Ант. Они стояли друг против друга. Со стороны Фермы доносился шум радостных голосов. Но здесь было тихо.

— Кстати, — продолжал Ант, — Лег Ответил однозначно: препарата хватит еще на одну зиму. И все. Либо в следующую зиму мы пытаемся выжить здесь, либо… — он сделал паузу, а потом добавил решительно, — либо переселяемся в леса.

— Переселить Централь… — у Вика вырывались лишь отдельные слова, не складывающиеся в цельные фразы. — Эту землю… оставить… хотя, конечно…

— Вик, — проговорил Ант, Он смотрел в глаза Вику. — Вик, мы сможем жить там?

— Многие смогут, — ответил Вик, стараясь тщательно подбирать слова. — Или, нет.

Немногие. Как Гор. Он ведь один из всего конвоя… Централь — наш дом… Я не знаю, Ант, ничего не знаю! Неужели все это непременно нужно решать сегодня, сейчас, здесь?!

— Да, — просто ответил Ант. — Завтра Совет. Представь, что начнется, когда Лег объявит о препарате? Хаос. Мы должны его предотвратить. Мы должны представить — вернее — я представить, а ты обосновать выход из этого Положения.

Они по-прежнему неподвижно стояли друг против друга. Взрыв радостных криков донес до них весть о возвращении повозок.

14. ВСПОМИНАТЬ

Совет не состоялся в назначенное время. Ночью, когда Централь только-только заснула после бурной и радостной встречи конвоя, умер Алеквикторвич. Лег долго не мог определить причину смерти, потом вздохнул, покачал головой и обронил одно-единственное слово:

— Старость…

С утра лил дождь, небо затянули тяжелые серые тучи. Ант перенес Совет на следующий день в знак скорби. Вик был рад этой, пусть небольшой, отсрочке.