землю Ярополк и его дядя Михалко. А другой дядя, Всеволод, осторожен был — он в Чернигове остался и племянника Мстислава с собой удержал.
В окраинном малом городке Москве встретили Михалка да Ярополка ростовские бояре. И сказали они Ярополку:
— Иди к нам княжить… — А Михалку путь преградили: — Ты назад воротись в Чернигов.
Ярополк поехал в Ростов, но Михалко не послушал послов и повернул на Владимир.
Так два князя сели на Суздальской земле. И тотчас же ростовцы под водительством бояр большою ратью пошли на Владимир, повыжгли вокруг села и осадили город.
Начался во Владимире голод. Поняли осажденные — беда к ним пришла, сдаваться придется. И сказали они Михалку:
— Ступай куда хочешь.
Написал летописец, что проводили владимирцы своего недавнего князя «с плачем».
Пришел в Суздальскую землю Глеб Рязанский, рязанцев да половцев поганых с собой привел. Говорил он, что хочет помочь своим молодым шурьям дела вершить, хочет заставить непокорных владимирцев головы склонить.
Начали рязанцы да половцы грабить Владимир, в церквах ризы с икон сдирали: «И златые ризы отодраша». Забрали они многие драгоценности, книги, иконы. Даже знаменитую икону Владимирской богоматери сняли со стены Успенского собора. Загорелись города и села по всей Суздальской земле. И увез Глеб все награбленное к себе в Рязань.
Вновь направили владимирцы тайных послов к Михалку в Чернигов:
— Воротись, князь, мочи нам больше нет терпеть от рязанцев великое зло. Все города мизиньные грудью за тебя встанут.
Болен был Михалко, а все же поехал. На носилках его понесли. А брат его младший, Всеволод, хоть и здоров был, остался в Чернигове дожидаться, как дела в Суздальской земле сложатся.
Встретились на реке Колокше русские полки против русских полков, мизиньные города против старших городов. Но, видно, рязанцы столько досады на Суздальской земле содеяли, что лишь бояре со своими приспешниками хотели идти с мечами на владимирцев. Не успели с каждой стороны по одной стреле пустить, как побежали ростовцы.
Победитель Михалко изгнал своих племянников Ростиславичей.
Но не в гордый Ростов под вече боярское поехал он, а понесли его больного на носилках во Владимир. И сел он там княжить.
Глеб Рязанский испугался победителя-соседа и тотчас вернул все награбленные драгоценности. «До золотника последнего», — говорит летописец.
Как узнал осторожный Всеволод, что брату его легкая победа досталась, тотчас же прибыл он из Чернигова. И дал ему Михалко в удел не Ростов, не Суздаль, а мизиньный город Переславль-Залесский.
Все болел Михалко. И хоть не мог он вставать с постели, объявил суд над убийцами брата своего Андрея.
Привели к нему Кучковичей и их сообщников — пытать начали. Признались злодеи, как убили они князя. И приказал Михалко казнить их лютой казнью. Связали всех, положили в долбленые колоды и пустили колоды в озеро. И с тех пор зовется то озеро Пловучим. А княгиню Улиту утопили в соседнем озере, и доныне зовется оно Поганым. А что сделали с пленной болгаркой — про то не говорится в сказании[22].
Вскоре умер Михалко. Было это в 1176 году. И тотчас же позвали владимирцы брата его Всеволода из Переславля. Опять Владимир стал стольным градом в Суздальской земле.
Всеволод был самым младшим из одиннадцати сыновей Юрия Долгорукого и моложе своего брата Андрея на целых сорок лет.
Совсем маленьким он был, когда пришлось ему покинуть Суздаль. Изгнал его Андрей с тремя братьями и матерью — греческой царевной. Дядя — император Византийский Мануил Комнен дал им четыре города на Дунае. Всеволод, как самый младший из братьев нередко вместе с матерью гостил у своего дяди. С самого раннего детства испытал он горечь изгнания среди невиданной роскоши Царьградского дворца.
Многому научился в Царьграде умный и наблюдательный мальчик. Только издали на торжественных выходах видел он толпы народные. Радостными, как ему казалось, криками приветствовали они своего повелителя. Он решил, что византийцы живут ради прославления императора, ради его удовольствий, ради его счастья.
Узнал мальчик, как побеждает император своих врагов. Это русские князья добывают победу и славу в открытом бою на поле брани. А византийские повелители расставляют невидимые сети, ссорят одних врагов с другими, иных переманивают на свою сторону, подкупают их, сулят несметные богатства и почет, а потом обманывают. А бывало и такое: после пира падал нежданно иной вельможа мертвым, а другого находили зарезанным в постели. И тогда забирал себе император все добро покойников.
Учился мальчик науке жить, никому не открывать своих мыслей. Учился он и добрым наукам, на многих языках мог разговаривать, книги любил читать.
Вернулся он в земли Русские о ту пору, когда после смерти брата Глеба пошли на Золотом Киевском столе меняться князья один за другим. Андрей своею властью поставил было и его в Киеве великим князем, да через сорок дней угодил Всеволод в темницу.
Хоть пришлось ему там сидеть недолго, но запомнил он тот урок на всю жизнь. Вот почему медлил он ехать во Владимир из своего черниговского изгнания.
Когда после смерти Михалка стал Всеволод князем над всей Суздальской землей, сразу пришлось ему туго.
Узнал он, что ростовские бояре послали за Ростиславичами звать их княжить, и понял — надо торопиться, опередить соперников; иначе грозит ему опять изгнание, а то и погибель.
Направил он тайно верных людей и в Ростов, и в Суздаль. Рыскали его люди по дворам посадским, с одними, с другими перешептывались, кое-кому из бояр подарки сулили.
Глеб Рязанский привел войско на Суздальскую землю и соединился с дружинами своих молодых шурьев.
Опять на реке Колокше встали друг против друга полки старших и полки младших городов. Владимирцы требовали от Всеволода, чтобы приказал он броситься в бой. А тот предпочитал ждать.
Целый месяц стояли полки. Ни та, ни другая сторона не решалась перейти через реку.
От лазутчиков Всеволод узнал, что в стане его врагов пошли ссоры: надоело рязанцам воевать на чужой земле безо всякой для себя выгоды. Дождался Всеволод темной ночи, тайно переправил свои полки через Колокшу, ударил по врагам и в короткой сече победил их.
«Всеволод погна в след их со всею дружиною, овы секуще, овы вяжуще…» — пишет летописец. А тремя строками ниже: «И ту самого Глеба яша руками и сына его Романа и шюрина его Мстислава». Пленники были приведены во Владимир и заточены в «поруб» — в подземную темницу. Побежденные рязанцы выдали Всеволоду и второго Ростиславича, Ярополка.
Тут поднял свой властный голос Святослав — великий князь Киевский. Сын Глебов, Роман
