— Нет, — выдохнула Мартина. — Нет.
Она повернулась и, всхлипывая, кинулась прочь, проскочила через незапертые двери и скрылась из виду.
Листок какую-то долю секунды смотрела ей вслед, затем подошла к ближайшей больничной койке. На ее колесах оказались стопоры, которые пришлось отщелкнуть. На койке уже лежал спящий, так что девочка ухватилась за спинку, вытащила койку в проход и повернула ее. Это оказалось труднее, чем казалось на первый взгляд — вероятно, потому, что койку не двигали уже очень давно.
— Ты будешь номер один, — сказала она мужчине, лежащему на кровати. — По дороге прихватим тетю Манго, она будет номер два. После вас мне останется переправить в безопасное место примерно тысячу девятьсот девяносто восемь человек. За две с половиной минуты.
У Листок ушло куда больше двух минут на то, чтобы найти лифты и, к своему большому разочарованию, выяснить, что они не работают. По всей видимости, вещи, остававшиеся неизменными во время работы — такие, как лампочки — продолжали действовать, а вот все движущееся замерло. К счастью, рядом с лифтами оказалась карта, показывавшая, где находится пандус для инвалидных колясок, ведущий на нижние этажи.
На койку она погрузила не только тетю Манго, но и еще двоих. Они были самыми невысокими и худыми, каких девочка смогла найти в ближайшей окрестности, но даже так ее спина разламывалась от усилий, которые потребовались, чтобы протащить их по полу и положить на кровать. Они в самом деле стали как статуи, только сделанные, к счастью, из плоти и крови, а не из мрамора. Но их твердость все равно сильно затрудняла маневрирование.
На верхней площадке пандуса обнаружился еще один план помещений, но он не показывал, где находятся операционные или старое бомбоубежище. Листок поняла, что искать их придется методом тыка. Катя перед собой койку, она заметила застывший телевизор на посту медсестры. Часы в углу экрана показывали 11.57. Время остановилось в середине новостной программы. Рот ведущего был широко открыт, а внизу замерли субтитры: "меры могут повлечь серьезные".
Добравшись до нижнего этажа, девочка сразу поняла, что он давно заброшен. Там было пыльно, с потолка свешивалась паутина, и работал только каждый третий потолочный светильник.
Но на стене виднелся тусклый знак, а на полу — цветные линии, едва заметные под слоем пыли. Красная линия вела в операционные, а синяя — в помещение, эвфемистически названное "Центр выживания". Это, очевидно, было бомбоубежище.
Листок втолкнула койку в коридор, затем оставила ее, чтобы посмотреть, куда следует направляться дальше. Ее бег поднимал облачка пыли вдоль коридора.
Центр выживания ее разочаровал. Это определенно было бомбоубежище, с бронированной дверью, которую можно было открывать и закрывать при помощи гидроусилителя. Но оно оказалось слишком маленьким — там едва смогли бы разместиться двадцать стоящих людей. Все трубы и коммуникации отсюда давно обрезали, оставив только дырки в стенах и торчащие провода. Листок предполагала, что ей придется задержаться там, куда она заберется, и ей совсем не улыбалось оказаться там, где нет ни туалета, ни воды.
Она устремилась вперед, распахивая двери. Большинство помещений были маленькими и бесполезными, но вот операционный комплекс оказался более обнадеживающим. Конечно, аппаратуру оттуда давно вынесли, но все же это были четыре просторные операционные вокруг центральной комнаты, в которой стояло несколько раковин с действующими кранами. Был тут и туалет с одним унитазом, видимым из коридора.
Листок подперла дверь и побежала назад к койке. Закатывая ее в операционный комплекс, она раздумывала, что, в конце концов, ей делать дальше. Она явно никак не сможет перекатать сюда всех спящих. Даже просто грузить их на койку было для нее тяжело, учитывая, что большинство из них были крупнее, чем она, кое-кто весил в два раза больше нее, а то, что они застыли, только добавляло трудностей. Она выдохнется прежде, чем успеет перевезти дюжину, даже если вообще успеет это сделать раньше, чем время снова пойдет для всех остальных.
— Во что ты меня теперь втравил, Артур? — вслух сказала она. — И куда ты делся?
Глава 14
Артур почти ожидал резкой боли, когда его расплющит цепью, но ничего такого не случилось, и Элис все еще держала его за руку, так что он поправил кепку и потряс головой, чтобы избавиться от воды, попавшей в глаза.
— Осторожнее! — сказала Элис. — Не делай резких движений. Держись вот за это кольцо.
Они стояли в звене цепи, которая стремительно поднималась мимо новых и новых кабинетов-клеток. Артур ухватился за кольцо, вделанное в левую стенку звена, и тогда Элис, отпустив его руку, шагнула в сторону и взялась за правое.
— Сейчас будет хороший вид на один из Драсилей, — сообщила Элис. — Ну, настолько хороший, насколько позволяет дождь. Уровень 6222 всегда пустует, так что там видно насквозь.
— Почему он пустует? — спросил Артур. — И что такое Драсиль?
Он все еще мучился догадками, что хотело сказать Волеизъявление, почему оно заговорило с ним только в этот момент и так недолго, так что забыл удерживать на лице безмятежное пустое выражение недавно промытого. Элис пристально на него взглянула, прежде чем ответить, но Артур, думающий о Волеизъявлении, и этого не заметил.
— Без понятия, почему. Пустые клетки продолжаются на всех этажах с 6222 до 6300, с 6733 до 6800, и я слышала, что есть еще пустые этажи под самым верхом, где бы это ни было. Сейчас это, наверное, уже 61700 или что-то такое.
— Шестьдесят одна тысяча семьсот уровней? — вот теперь Артур действительно заинтересовался. — Но каждый из этих кубов примерно три метра в высоту, значит, башня должна быть высотой двести километров…
— Не-а, просто номера всех этажей начинаются с шестерки. Самый нижний носит номер 61. Традиция, надо думать. Не знаю, докуда уже достроили верх, но это должно быть примерно в пяти километрах над землей. Мне бы хотелось посмотреть оттуда.
— Мы туда подниматься не будем? — спросил Артур с некоторым облегчением.
— Пока нет, — кивнула Элис. — Там помогают другие бригады. В основном верхнее строительство вообще ведут автоматы. Эй, вот и двухсот двадцатые. Смотри туда.
Артур уставился на пролетающие мимо клетки кабинетов. По сторонам мелькали размытые силуэты зеленых ламп, разноцветных зонтиков и Жителей в черных или темно-серых костюмах, ссутулившихся за одинаковыми столами.
А затем все это вдруг исчезло. Артур видел скелет башни: пустые кабинеты — клетки из металла, горизонтальные и вертикальные движущие цепи там и сям, сеть пневматической почты. То и дело на глаза попадались закрытые участки или огороженные шахты, но по большей части сквозь башню можно было неплохо видеть дождливое небо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
