вы магию не применяете, — спросил один из людей в штабе.
— Заклинание Пустоты называемое Распад Магии. Они хорошо защищались и готовы были убить Миру. Вот только в этом мире никто не знает, что так можно. Но боюсь продавить столько барьеров оказалось той ещё задачкой для меня. Не восстановлюсь до пиковой формы. Но сражаться смогу.
— Пожалуйста, очень осторожно. Только недавно прошлая травма восстановилась, — Широ обхватила мою руку. Я понимаю, что они бы узнали, главное Мире не говори. — «Я… подумаю».
— Не буду перенапрягаться. Только медленная зарядка ударов.
— Спасибо. Сопроводите Артура в лазарет, окажите помощь, я расскажу всё Широ, — сказал Линдир сопровождающему меня человеку. Понимает, что с нашей связью, я будто бы и не ухожу. Если Широ передаёт нужный поток, то я могу буквально слышать то что слышит она. Так что отправился в лазарет, где маг души немного помог быстрее стабилизировать душу после перегрузки, чтобы быстрее восстановиться.
В общем-то да, Фейруд и культисты явно решили обнулить элитное боевое подразделение Эльдеберга, которое быстро развёртывается и нападает, в том числе и на сам Фейруд, просто в этих вылазках я не участвовал, обозначив свою позицию. Они окружили нас и заблокировали пространство далеко вокруг, сжимая кольцо. На меня у них планы тоже были, вот только обломались, более того: думаю, рассчитывали, что меня на базе в тот момент не будет. Всё же у нас безумно много огневой мощи.
Сейчас сюда зовут всех, до кого могут достучаться. Как бы это не стало ловушкой, но я верю в это Королевство и это шанс нанести много урона напавшим.
Теперь понятно почему Мириэль сразу отослали в Веймар восстанавливаться. Полностью поддерживаю. Она ещё не оправилась от раны души и теперь добавила ещё ранений.
Девушкам уже сказали в какую сторону жарить врагов, назначив позицию, но они сначала дождались меня. Мы сходили в местные казематы, куда Линдир дал разрешение наведаться.
— Мы его проверили. Во внутренний круг вошёл недавно, но очень сильный и умелый маг души. Он и ещё одна должны были попытаться подчинить Вас… либо послужить ударной силой для устранения с остальными, — сказал менталист.
— Ожидаемо. Там не было людей с Истоками, только куча артефактов. Можете его разбудить? У меня к нему немного личных счётов.
— Решили лично казнить?
— Как пойдёт. Думаю – нет, хотя крови тут прибавиться,
Маг равнодушно кивнул, направил ментальное заклинание и покинул камеру. Пленный был прикован единственной оставшейся рукой к стене. Теперь в одной рубахе и штанах, даже без обуви. Судя по поведению маны — под хорошей дозой антимагического яда. Пусть Эльдеберг думает, как его казнить.
— Как ощущения? — ледяным тоном поинтересовался я, когда он проснулся.
Тот дёрнулся, звякнув цепью. Судя по току маны, там был поглотитель, редкая штука. Причём делает он это насильно, неприятный процесс. До полного истощения не доведёт, но постоянно будет подтягивать, а на попытку применить магию начнёт тянуть быстрее. Впрочем, магов, что совершили непростительные преступления, обычно казнят. Так держат только в особых случаях и, как правило, не долго. Например, для показательной казни или последующего тесного общения с кем-то ещё. Или если ситуация сомнительная и не понятно, нужно ли наказывать, вроде применения запрещённой магии или убийства кого-то важного, но так, что это чем-то оправдывалось и требуется судебное дело. Но это не тот случай.
Тем временем зверолюд оклемался и поднял на меня ошалелый взгляд.
— Ты… Как ты?! Как это возможно? — он понял что бессилен, увидел отсутствующую руку с короткой культёй.
— Ты отвечал на вопросы моего друга, Пожирателя душ. А потому отвечу тем же. Вы, должно быть, сочли меня духом Разрушения, только это не так. Предположительно я Архонт Пустоты. Заклинание, что я использовал, полностью уничтожило все структуры магии в зоне поражения и обнулило ману в предметах. Артефакты, заклинания, пакты душ. Болтовня лишь позволила выждать момент удобнее. А ещё я использовал метод перемещения, которым смогу шагать меж мирами. — Я говорил спокойно, смотря тому в тёмные глаза, в которых плескался ужас. — А теперь я задам вопросы. Ответь мне, что вы на самом деле собирались сделать с Мириэль… и зачем был отсекать руки. Зачем было давать зелье усиление чувствительности. И может тогда я буду мягче.
Я этими словами я извлёк из ножен меч. Один посох пока на спине, другой у Широ.
— Всё равно я труп я… — начал он и тут же завизжал, кода в запястье вошло остриё чёрно-золотого меча, пробив насквозь и уйдя в стену. А потом извлёк клинок и отрезал окончательно, повыше. Лаплас уже подготовила магию жизнь и совсем чуть-чуть исцелила.
— Я могу тебя резать долго. Вы навредили моему другу… я понимаю попытку ударить по слабости, взять в плен. Но зачем это? Просто посильнее надавить на мою жалость? Так банально? Но что потом? Зачем оставили её в сознании? И так поняли бы, что она жива.
Тот истерично засмеялся, прижимая к себе обрубок оставшейся руки. — Как трогательно! Монстр влюбился в…
Теперь он лишился ступни, ровненько на сгибе и снова заорал. Но я решил, что этого мало и не дав передышки, ещё и снял ему оба уха, полоснув по скальпу. Мои удары достаточно точны. Интересно, Мириэль также кричала в тот момент? Когда он срезал, даже под зельем, стиснула зубы.
— Удивишься, но из людей любил я не её. Но она мой близкий друг, что скрасила моё нахождение в этом мире, даже помогла. Я проникся к ней уважением.
— Она, — он стиснул зубы, уже сидя в луже успевшей натечь крови. — Она сопротивлялась, насмехалась над нами, умудрилась поцарапать одного из наших. За то и отрезали. А в сознании… если бы ты захотел поговорить с ней, чтобы видел состояние, решился! Хотя это был запасной план, основной надеждой было устранение.
— Так и думал. А её бы либо убили, получив душу, либо подчинили, либо… пусти ли бы на химеру, — я стиснул зубы. — Грязные химерологи и некроманты. Вы даже не представляете насколько бессмысленна ваша борьба. Вы можете попробовать победить трансцендентного, может даже переманили бы кого-то. Вот только то, что вы делаете, стало целью вмешательства Хранителя. Когда ваша крыса Палладиус выползет из своей норы, его прикончат. Он не сможет прятаться вечно, не от них. И тогда он узнает, какого быть врагов существа, что убило бы всё
