близко не сравнимо с той лавиной чувств, которая накрывала с головой стоило вступить в перепалку с блондинистой опекуншей. Она выводила из себя, злила, раздражала и одновременно заставляла себя желать. Патрисия словно разбила на мне толстую корку льда, которой я оброс за семь лет после развода.
– Я тебе спальню приготовила, – произнесла она. – Уж не знаю к каким хоромам ты привык, но у нас все скромно.
– Чего, не вместе спать будем? – решил, как всегда, по-идиотски пошутить, замечая недобрый блеск в глазах молодой женщины. – Нет, ну просто ты сказала, что я твой жених… поэтому я подумал… – невозмутимо пожал плечами.
– Можешь быть свободен! – опекунша одарила меня уничтожающим взглядом. – Мы сами как-нибудь справимся! Без вас, граф Норинген!
– Ну вообще-то я пошутил, – буркнул виновато, не желая уходить и ругая себя на чем свет стоит.
– Вообще-то не смешно! – отчеканила она. – Если ваша помощь стоит… "такой платы", то тогда нам она и не нужна вовсе!
От того, что она обратилась ко мне на "вы", стало даже немного тоскливо.
– А чтобы ты меня покормила? Это я могу попросить? – начал осторожно, замечая, что льдинки в глазах Патрисии стали не такими колючими.
– Это можешь! – отчеканила она.
– А осталась та странная лапша с…
– Нет! – перебила меня блондинка, разворачиваясь спиной и вновь заманивая своей кошачьей грацией и плавными повиливаниями бедер. – Что дам – то и будешь есть!
– Ну нет так нет, – довольно улыбнулся, что мне опять "тыкнули".
«И с каких это пор я радуюсь, как ненормальный, что меня приструнили словно подростка?»
29. Ложная тревога
Виктория
Не стоит говорить, что поездку за книгами пришлось отложить. А мне так хотелось посидеть с детьми и порадовать их новой сказкой…
Энкель и Самира восприняли перенос покупок спокойно, им пока было чем заняться – Бельеном. Глаза близнецов светились счастьем, и мне так нравилось наблюдать, как они оживают, как начинают чувствовать вкус детства, ведь через несколько лет в него уже невозможно будет вернуться.
Всю ночь провозилась с боку на бок. Прислушивалась к любому шороху, да еще эти скрипучие ставни, которые как специально решили "попеть" свою ужасающую песню, хотя ветра вроде за окном не было.
Я волновалась за Милдрет. Как она там одна? А еще никак не шел из головы Кристиан и то, что он лежит в соседней комнате.
«Поди дрыхнет без задних ног!» – фыркнула, снова переворачиваясь на другой бок и печально вздыхая.
Не знаю, пошутил ли граф вчера или правда думал, что мы будем спать вместе, но такого допустить я не могла. Это получается, что за защиту дома он просит оплату моей натурой. А ничего у него там не треснет?! Еще раз такая идиотская шуточка и спущу задницей с крыльца, может пока будет лететь, мозги на место встанут.
Не знала как быть с этим балом. Детей оставить не с кем, да и платья у меня не было подходящего для столь "значимого" мероприятия в моей жизни. Все таки соберутся все "сливки" общества, которые и сливками-то назвать сложно. В моем понимании все, кто вертелся рядом с герцогиней, точно такие же непробиваемые эгоисты. Хотя, именно такими быть очень удобно. Они всегда идут напролом, по головам, стремясь к своей цели и плевать им, что кто-то может от этого пострадать. Ведь главное для них – достичь желаемого.
Вот граф Норинген совершенно другой. Пусть он и тот еще говнюк, но все же не заслуживал, чтобы его как красу-девицу тащили против воли в храм, заключать брак. Я считаю это унизительно для мужчины, тем более для такого, который привык жить своими принципами. Все таки он должен желать женщину и добиваться ее, а получается, что граф и герцогиня поменялись местами.
Все же сон сморил меня, и я уснула до восхода солнца.
Сидела на песчаном берегу моря, наслаждаясь тем, как пенистые волны лижут мои босые ступни, и тут где-то в отдалении послышался грохот, вырывая меня из такой приятной безмятежности. Распахнула глаза, подскакивая на кровати. Сердце колотилось в груди словно сумасшедшее. За один миг перед глазами столько ужасов пробежало, начиная от взломщика и заканчивая кровавыми разводами на полу.
«Дети!» – выбежала в коридор, наблюдая заспанных близнецов, которые вышли из своей комнаты, потирая кулачками глаза.
– Что случилось? – взволнованно произнесла я, замечая Кристиана, который виновато вышел из купальни, отодвигая ногой металлический таз, в котором мы мыли Бельена.
– Я… это… нечаянно, – буркнул он, стоя в одних штанах и отсвечивая голым торсом. Идеальным таким… с кубиками… На миг кинуло в жар, и я резко развернулась спиной к проверяющему.
Набрав полную грудь воздуха, натянула на лицо улыбку и, чуть наклонившись к детям, произнесла:
– Еще совсем рано, вы немного подремлите, а я пока завтрак сделаю. Мы ведь сегодня хотели за книгами ехать, помните?
Дети сонно закивали, зевая и отправились к себе в комнату.
– Так от страха и помереть недолго, – буркнула я, смотря на Кристиана, который топтался за моей спиной, шокировано оглядывая комнату детей. – Что? – прищурилась, чувствуя, что из его рта так и хочет вылететь колкость.
– Ничего, – хмыкнул он, – просто… как они здесь спят?
От услышанного стало так неприятно. Сама прекрасно понимала, что всей мебели требуется замена, причем в каждой комнате, но где на это взять средства? Да, у нас были деньги, но я была уверена, что их не хватит на две кровати сразу. Я хотела сегодня узнать цену и если она устроит, то естественно купить. Малыши не должны жить как в хлеву. Чистота чистотой, но ведь уюта тоже хочется.
– Я уже говорила, что мы живем скромно, Кристиан. У нас нет средств, чтобы в один миг полностью все заменить. Со временем, но не сразу, – прошла мимо замершего графа, который словно специально сложил руки на обнаженной груди, отчего его мускулы увеличились в размере, так и приглашая потрогать их. – И будь любезен, надень рубашку! – кинула я через плечо. – Нечего сверкать наготой!
– А мне нравится, как ты сверкаешь ей, – прилетело тихое вслед, и я замерла, моментально понимая о чем именно он говорит.
Пискнув, влетела к себе в комнату, закрывая дверь.
«Как только забыла? С этим волнением и испугом от
