О, Всевышний! Пусть ей хватит ума сдать имя предателя! Хотя казнить ее придется и в этом случае. Предательство, владыки не прощается. Предательство от тех, кому он доверял — тем более.
Но казнить мне не пришлось.
Спустившись в темницу, мы обнаружили, Князя, воеводу, Диану, кухарку и подавальшицу, что обслуживала меня, мертвыми. Как и всю их охрану. Кто — то пустил удушающий туман в подвал. Несчастные, умерли за несколько секунд.
Смотреть в переполненные ужасом глаза Дианы, было жутко. Еще совсем недавно они сияли таким обожанием ко мне. Ее чувства, совершенно точно не были наигранными. Хотя, возможно, кто-то управлял ее разумом, но вот кто, теперь останется тайной.
— Кто??! Кто?? Я вас спрашиваю! Найти немедля!
Ярость, кипела во мне словно лава в преисподней, до такой степени, что я боялся кого — либо растерзать, сию же секунду.
— У меня под носом, в моем же замке, кто-то плетет заговоры против меня!! Слыханно ли! Видано ли!
Веда в очередной раз оказалась права, дело не в одной только Диане и даже не в князе. Они просто пешки. Их убрали, чтобы они не проговорились о главном.
Ну, так что ж мне теперь, совершенно никому нельзя доверять? Я должен подозревать весь свой ближний круг, включая братьев??
О, Всевышний! За что??
— Немедленно созвать всех магистров защитного ордена! — рявкнул Гурат.
— Прежде чем работать, пусть каждый из них принесет мне клятву верности! — прорычал в ярости.
Теперь никому нельзя доверять!
— Ты, что брат? Зачем? — поразился Варун. — Каждый из них, уже приносил тебе клятву, выходя на службу. Она пожизненная! Попросить повторения — значит оскорбить!
— Повторят, если им нечего скрывать! Вызвать всю службу охраны к моим покоям. Всех до единого!
— Но брат….
— Немедленно!! — рявкнул, дыша яростью. Мне совсем не нравилось, что братья в данных обстоятельствах противятся моему слову.
— Как скажешь, государь!
Братья поклонились и удалились.
Пока шел в свои покои, всё время думал об их возможных мотивах на предательство. Думал, думал и не придумать, ни вспомнить, ничего не мог. У всех у нас, не по одному благодатному миру, где мы, благодаря драконьей ипостаси, являемся божествами во плоти. Личных обид вроде тоже не было. Женщин никогда не делили. В тот день, когда я убил отца, они без колебаний признали, что я был в своем праве. Мать, вообще со слезами на глазах благодарила меня за избавление от тирана. Она знала, что скоро уйдет вслед за ним, но очень надеялась, что наверху ей дадут свободу. И мы все до сих пор за это молимся.
Так что же тогда? В чем причина?
Или это не братья, а кто-то из окружения, в не рода? Но не было еще такого, чтобы дракона предавала ближняя челядь. Или соратники. Сотники, распорядители, казначеи, духовники, князья, всех их за предательство ждет, полное истребление рода до пятого колена. Никто и никогда так рисковать не станет. Кто однажды присягнул на верность роду дракона, с этой же присягой на устах и умирает, сколько бы ни прожил.
Есть только один возможный вариант предательства меня, с минимальными последствиями! Если только этот кто-то, присягал моему предку, а не мне лично! Тогда, в интересах того предка, меня даже и убить не возбраняется!
Нужно искать того, кто до сих пор верен моему отцу.
Вернувшись в покои, нацепил на себя всевозможные амулеты, усиливающие ментальные вибрации, чтобы точно ничего не пропустить и стал принимать людей.
Каждому из них, я задавал лишь один вопрос:
— Ты верен мне, или моему отцу?
Каждый, с поклоном отвечал:
— Вам государь!
Приложив руку к сердцу, они кланялись мне, целовали правую руку и полу плаща, и ни у кого из них, даже на миг не возникло сомнения в собственных словах и чувствах.
Допросив последнего слугу, я совсем растерялся! Как же так-то!
В конце концов, выходило, что только братьев и осталось попросить принести клятву верности, но для них это неслыханным оскорблением станет! Неужто на то и расчет, что я и так не усомнюсь в их верности?
Я чувствовал себя подавленным и жутко уставшим, но всплеск силы, что вдруг меня накрыл, заставил позабыть обо всем на свете.
Веда пыталась открыть портал в свой мир.
Ухватив ниточки силы, переместился к центру действа. Это было в зимнем саду.
Четверо охранников крепко держали Веду за руки. Мощный портал, раскинувшийся во всю стену от пола до потолка, мерцал, слепя фиолетовыми оттенками. Сквозь него отчетливо виднелись очертания, так милого сердцу Веды, Заполья. Княжеский терем, храмы Велеса и Перуна, мельницы и пашни.
Лицо Веды было красным от злости и отчаянных попыток вырватся из рук охранников.
— Отпустите! Я же сказала, что вернусь! — кричала она в ярости, пытаясь, выкрутится из рук охранников.
— Вам нельзя покидать Северные земли, без дозволения повелителя, госпожа! — увещевала ее Брислава строго, но спокойно. — Какой бы весомой ваша причина для этого ни была! Ни на час нельзя! Без позволения владыки, это побег и предательство рода. А наказание за это лишь одно! Смерть! Как только вы родите дочерей!
— Мой отец там гибнет сейчас! Умирает! Я могу ему помочь, но вместо этого стою с вами! Теряя драгоценные мгновения! — орала жена в истерике.
Меня с головой накрыло ее отчаяньем и болью. Она действительно почувствовала, что ее отцу худо и это привело к такому мощнейшему выбросу ее энергии, что хватило на открытие межпространственного портала, без всяких артефактов и именно туда, куда ей надо! Просто фантастика какая-то! Даже я не всякий раз, без накопительного и направляющего артефакта портал открыть смогу! А тут девчонка, инициированная всего, день назад!
— Мой отец — князь самого большого южного княжества! У него нет сыновей! Если он сейчас погибнет, соседние княжества все Заполье на кусочки порубают! Драться меж собой станут, а людям моим горе будет! Без защиты они останутся.
Я наскоро воплотил перед внутренним взором сеть способную сдерживать выплески силы жены и накинул ее на бунтарку.
Веда судорожно дернулась, почувствовав на себе неприятную тяжесть, и с ненавистью уставилась на меня, вышедшего из тени угла. Хлопнув в ладоши, я мгновенно сжал портал, чтобы виды родных краев не рвали жене душу.
С какой же ненавистью она на меня взглянула тогда. На миг, я даже испугался, что вспыхну сейчас ярым пламенем от огня в ее глазах. Если бы не блокирующая сеть, возможно, это бы и случилось.
— Ты же знаешь ваши правила. Если у князя нет ни сына, ни зятя, то в случае его смерти, на княжество до всеобщего совета, возводится воевода. Позже, совет мужей выберет нового князя. Достойнейшего из достойных, — спокойно напомнил я.
— Мой отец и моя сестра там сейчас умирают! Им плохо! Им страшно! Они в отчаянье. Я чувствую! Понимаешь! Чувствую! — кричала жена, задыхаясь в своей панике. — А виноват в этом ты! Ты! Ты привел этих тварей в наш мир, а сейчас отказываешь им в помощи! Оставляешь беззащитными на погибель лютую! За что?? Что такого они тебе сделали?
Каждое слово жены раскаленной стрелой било в мое сердце, оставляя в нем ожог, который не заживет никогда. И без ее слов, я чувствовал себя виноватым в том, что происходит в Заполье сейчас. Но поделать со сложившимся, я ничего не мог, не в моей то власти.
— Здесь матери моей храм в почитание строишь, а там народ мой на погибель и разорение отдаешь! Что ж ты за тварь то такая! По кону, какого бога уклад такой?
Я сделал охранникам знак отпустить жену и крепко взял ее за плечи, то, что я скажу, навсегда разобьет ее сердце и тот хрустальный мост, что уже выстроился между нами, но поступить иначе я не мог.
— Провести нас в Заполье, сможешь только ты. И это по завету твоих богов сделано! Их о милости и проси! В любом случае, рисковать тобой и своими детьми, я не имею права. В Заполья ты не пойдешь. Проси своих богов о милости, и я сейчас же, как позволено, будет, отправлю туда свою армию. Я лично ее возглавлю.
