Читаем без скачивания Настольная книга подводного охотника - Виталий Виноградов

Быстрое течение – специфика и главная опасность горных рек. Поток воды может прижать пловца ко дну и не пускать к поверхности, может лишить верной ориентации «верх-низ», может затянуть и прижать в подводном каменном мешке или завале из бревен и палок. Например, я никогда не обследую и не лезу в завал со стороны течения, всегда – с противоположной стороны, с боков или снизу.

Зимняя подводная охота имеет, в этом плане, свои «изюминки». От ледяной воды и морозов мы научились защищаться настолько эффективно, что непрерывное плавание в январе в течение 5–6 часов уже не является подвигом. А вот льда и льдин следует опасаться. Не очень толстый лед, конечно, можно продавить кулаком или спиной, и таким образом оказаться на поверхности. Однако лучше этого все же не делать, то есть по доброй воле под лед не заплывать. Мне известен один омут на Москве-реке, на котором из-подо льда уже дважды поднимали погибших охотников, пренебрегших этим правилом.

Охота при сильном морозе в мокром гидрокостюме, в принципе, возможна, но тут охотника будут подстерегать свои сюрпризы. Возвращаясь к лагерю по берегу, ваш костюм так может затвердеть, что без помощи доброго костра или салона теплого автомобиля снять его вы не сможете. Неопреновые носочки – тоже. Если нет ни костра, ни автомобиля, придется снова лезть в воду: там ваша искусственная защита размякнет.

Правила проведения любых соревнований по подводной охоте предусматривают обеспечение безопасности с помощью специальных наблюдающих и плавсредств. Однако любой мало-мальски опытный подводный охотник при первой же возможности от такой «гарантии» своей безопасности откажется. И вот почему.

Прежде всего, гарантия эта призрачная. Как правило, опасности подстерегают нашего брата не на поверхности, а в глубине, что невозможно увидеть с берега или лодки. Имеется в виду – своевременно увидеть. Но даже, если страхующий и понял сразу, что случилась беда, то переодевание во все подводное, поиск пострадавшего на значительной площади среди зарослей подводной растительности, тростника, кустов и завалов, займут столько времени, что шансы на спасение очень малы. В данном случае речь идет об охоте в пресных водоемах – реках, озерах, карьерах и водохранилищах. Здесь визуальное наблюдение с берега за ныряющим охотником часто вообще исключено из-за сплошной стены прибрежных кустов или тростника и рогоза. Ориентироваться обычно приходится по характерному пофыркиванию дыхательной трубки.

От пекущихся за безопасность, но не имеющих собственного опыта людей, можно услышать и такое предположение: пусть, мол, охотники страхуют друг друга. Технически это возможно, однако из-за того, что оба пловца имеют в руках мощное оружие, а видимость, как правило, небольшая, то подобное близкое соседство уже само по себе небезопасно. Кроме того, вошедший в реку человек с ружьем, надеется на добычу, а рыба, как известно, осторожна и пуглива, и лишний пловец в месте охоты шансы на успех, безусловно, уменьшает. Поэтому хорошие, добычливые охотники всегда стараются разойтись и нырять на различных участках водоема.

Охотиться бок о бок иногда приходится, но такое могут позволить себе очень опытные, хорошо понимающие и абсолютно доверяющие друг другу люди. Короче, вывод очевиден: под водой надеяться надо только на себя. К этому следует заранее себя готовить, к этому надо быть готовым всегда.

Использование сигнального буя для обозначения местоположения охотника оправдано на открытом, свободном от деревьев, больших камней и зарослей водной растительности водоеме. Например, на водохранилищах, больших озерах и реках. В наших малых реках такой буй, точнее, связывающая его с человеком, веревка, лишь дополнительная возможность зацепиться за бесчисленные подводные предметы.

Пусть это не покажется странным, но для охотника и рыба может представлять опасность. Причем, я даже не имею в виду всем известных акул, барракуд, гигантских мерроу или мурен. Предположим, вы загарпунили какую-нибудь другую рыбу, но она больше вас ростом и весом. Тут, как говорится, «еще не известно кому повезло». Большой сом может захлестнуть гарпун-линь на ноге или руке и не пустить наверх, может ударить и отправить охотника в нокаут. А нокаут под водой – не то же самое, что на суше. Еще некоторые рыбы, даже в наших внутренних водоемах, кусаются, например, тот же сом. К счастью, зубы у него мелкие. А вот луфарь, который становится добычей черноморских подводных охотников, многим оставил шрамы на память.

Серьезную травму можно получить и от любой другой, значительно меньшей по габаритам, рыбы. Точнее, не от них самих, а от вашей собственной стрелы, которая торчит в мечущейся добыче.

Безусловно, строгое выполнение правил поведения на подводной охоте, убережет охотников от многих неприятностей и бед. Но жизнь, тем более, подводная, настолько многообразна, что предвидеть все ситуации заранее просто невозможно. Вот история, которая эту мысль подтверждает…

Мой друг Владимир – человек по всем статьям хороший. Но одно «но» все же есть: он не любит заниматься ремонтом и должным уходом за своим подводным снаряжением. То один друг ему поможет в этом, то другой – так и живет. Собрался он как-то на охоту в быстрой реке, где не только мощное течение, но и высокая прозрачность воды. В таких условиях надо использовать достаточно мощное и, что не маловажно, надежное ружье, а его, как вы понимаете, как раз у Владимира и не было. Вот и пришел он ко мне: «Дай, – говорит, – свое полу морское». Известно ведь, что «жену, коня и ружье нельзя доверять даже другу». Так нет же, не прислушался я к голосу народной мудрости, дал ему свое любимое, самое боевое ружьишко. А на душе кошки скребут, нехорошие предчувствия одолевают…

Река, действительно оказалась почти горной. Течение такое, что против него даже на мощных ластах не выгрести. В таких условиях Владимир избрал единственно возможный метод – охоту сплавом. Это, когда человека, словно щепку, несет потоком вниз, а он, уворачиваясь от подводных камней, пытается обнаружить рыбу, успеть направить на нее ружье и выстрелить. Такая стрельба «по-македонски» мало результативна, и поэтому охотник ищет какую-нибудь преграду в русле реки, за которой течение ослабевает или даже поворачивает вспять. Например, за огромным валуном, торчащим из воды, или за крутым поворотом реки. В подобных местах и рыбе комфортнее, нежели на стремнине.

Другу моему повезло: он нашел большой, выходящий на поверхность, завал, состоящий из бревен, веток, вырванных водорослей и всякого хлама, который не без помощи человека оказывается в реке.

Владимир по опыту знал, что в таком месте очень любит стоять разнообразная рыба. Так оно и оказалось. Только он приблизился к бревнам, как от него в стороны и вниз побежало несколько полукилограммовых голавлей. Ага, значит, в завале и под ним крупные голавли точно есть. А, может быть, и судак, и сом. Завернув за эту нерукотворную плотину, где течение сразу же поослабло, Владимир отдышался, успокоился, и начал, не торопясь, обследовать завал.

Глубина реки в том месте была метра четыре. Стоило нашему герою погрузиться, дойти до дна и вглядеться в полумрак древесного хаоса, как он тут же обнаружил прижавшегося к песку крупного голавля. Его черный хвост, обращенный к охотнику, едва заметно ходил из стороны в сторону: течение и тут рыбину доставало. Стоял голавль крепко, удирать не собирался, но Владимир стрелять не торопился. Решил внимательно осмотреть весь завал – уж очень место было многообещающее.

На втором нырке охотник обнаружил еще двух крупных голавлей, которые вжались между бревнами, и стояли вплотную друг к другу, словно сросшиеся боками сиамские близнецы. Еще подумал, что, если стрелять их сбоку, то можно было бы взять сразу обоих. Но и на этот раз удержался от соблазна. На третьем нырке («Бог троицу любит»?) Владимир увидел все-таки хозяина реки. Большой, черный сом находился в метре от дна, лежал он на одном из бревен, вытянувшись в струнку, и поэтому сам был очень похож на бревно. Тут уже медлить смысла не имело: Владимир направил ружье на убойное место и нажал на спуск.

Дальше последовала обычная картина. Полутораметровая рыбина, пронзенная стрелой, сразу же оказалась на лине, начала метаться в завале, сбивая с веток муть и ставя завесу. Счастливый охотник всплыл, вцепившись двумя руками в ружье. Впрочем, он особо не волновался за свою добычу, так как видел, что попадание было отменным, а линь выдерживал и не таких монстров. Ну, запутает, конечно, сом все что только можно, придется, когда он успокоится и течением снесет муть, понырять, выпутывая стрелу, линь и его самого. Но это не впервой. Однако на сей раз, дело обстояло намного хуже…

Первый же нырок к месту событий показал, что стрела, легко пройдя через большую, но мягкую рыбу, вонзилась в одно из бревен. Не обращая внимания на плавающего рядом сома, который в таких случаях очень любит цапнуть своего обидчика, Владимир попробовал потянуть за стрелу. Какое там! Стальной, острый гарпун так плотно и глубоко сидел в мореном дереве, словно его туда вбивали кувалдой(я же говорил, что ружье у меня мощное!). Охотник всплыл, отдышался и какое-то время соображал, что же делать. Как крайний вариант можно было выкрутить стрелу, оставив наконечник в бревне, но Владимир знал, что мне это едва ли понравится. Поэтому решил, во что бы то ни стало, извлечь из плена и стрелу, и наконечник. Он нырнул, взялся двумя руками за стрелу, обоими ластами уперся в соседние бревна и, что было силы, дернул…