Будучи совершенно укрытыми в ослепляющем солнечном блеске, они часто совершенно неожиданно налетали на нас, не давая времени на погружение. Если подводная лодка имела зенитную пушку, то она, конечно, могла принудить самолет держаться на почтительной высоте. Однако, неприятельские летчики обычно не обращали внимания ни на орудия лодки, ни на что другое. Они быстро спускались вниз, сбрасывали свои бомбы и затем так же стремительно улетали. Наиболее выгодным для лодок было уклонение от воздушных атак путем погружения. Но для того чтобы избежать бомб зоркой боевой птицы, надо было не только погружаться, но и уходить на глубину, так как в тихую погоду лодка, находящаяся на перископной глубине, была так же хорошо видна воздушному разведчику, как и находящаяся на поверхности. А во многих местах у фландрского побережья глубины были так малы, что подводные лодки часто совершенно не имели возможности погрузиться на безопасную глубину.
В течение 1917 года, в результате воздушных атак на Зеебрюгге, было потоплено полдюжины лодок. Один из этих случаев весьма любопытен. Штаб-квартира германской армии однажды справилась о нескольких исчезнувших армейских офицерах. Было установлено, что они отправились в крейсерство с командиром Глимпф на его лодке «UB-20». Далее оказалось, что Глимпф вывел свой корабль в море без приказаний, только для того чтобы показать скептически настроенным армейцам, как выглядит крейсерство подводной лодки. Половина команды его лодки находилась в это время в госпитале, будучи больна туберкулезом, поэтому при выходе на прогулку «UB» была плохо укомплектована. В конечном счете она не вернулась больше в базу. Через несколько недель тело командира Глимпф было выброшено на берег. Лодка пошла на дно, имея командира на палубе. Англичане говорят о дамах, бывших на борту этой подводной лодки, — действительно дикая увеселительная прогулка. Могло оказаться так, что в момент нападения британского самолета «UB-20» находилась поблизости от берега. Глубина здесь была слишком мала для того, чтобы лодка могла погрузиться, а ее надводное маневрирование было затруднено отсутствием половины команды. Воздушные бомбы сделали свое дело, и «UB-20» погибла со всеми находившимися у нее на борту.
Командиром Фландрской флотилии был Отто Штейнбринк, который числится в первом десятке командиров германских подводных лодок по количеству потопленного им неприятельского тоннажа, насчитывающего двести тысяч тонн. Я расскажу сейчас историю о Штейнбринке, которую я сам услышал из уст англичанина, командира английской подводной лодки, фигурировавшей в этом эпизоде.
«Это случилось в 1916 году, — сказал он, — в Северном море вблизи Ярмута. Штейнбринк командовал тогда небольшой лодкой, несшей позиционную службу у английского побережья. Находясь в подводном положении на глубине двадцати пяти футов, он увидел в перископ четыре английские подводные лодки, выходившие из базы в море. Они шли на север, по направлению к нему, со скоростью около двенадцати узлов, растянувшись на расстоянии мили друг от друга. Мне случилось быть командиром одной из этих британских лодок типа «Е». Штейнбринк атаковал головную лодку «Е-22», которой командовал один из моих друзей. Британский офицер, увидев германский перископ, уклонился от торпеды и пытался таранить своего противника. Штейнбринк вовремя опустил свой перископ и нырнул под английскую лодку, показав снова перископ, но уже с другого борта. «Е-22» повернула полным ходом на обратный курс для вторичного таранного удара, но в это время Штейнбринк выпустил по ней две торпеды. Одна торпеда попала. «Е-22» взорвалась и сразу же затонула, оставив на поверхности двух человек. Штейнбринк, видел быстро сближавшиеся с ним три другие неприятельские подводные лодки, которые сразу же погрузились как бы по одной команде. Их перископы прорезали воду, направляясь к месту гибели «Е-22». Они приблизились к нему на короткую дистанцию, и Штейнбринк знал, что как только они увидят его, то выпустят свои торпеды. Я сам помню, как напряженно я ждал внизу в своей боевой рубке возможности атаковать подводного врага.
Штейнбринк неожиданно всплыл на поверхность. Я видел его после войны и говорил с ним. Он сказал мне, что чертовски нервничал тогда, всплывая на поверхность, и ожидал, что будет взорван в любой момент. Мы изумлялись, зачем он всплыл, но потом узнали, в чем было дело. На палубу его лодки выскочило двое матросов и вытащили из воды двух англичан, оставшихся плавать на поверхности после гибели «Е-22». Штейнбринк затем принял спасенных, снова погрузился и ушел прочь».
Одна из фландрских историй касается интересного случая с лейтенантом Беннингером на борту «UB-55» и заслуживает того, чтобы быть рассказанной.
Ночь 22 апреля 1918 года была памятной ночью. В течение этой ночи англичане совершили свой исключительно смелый налет на Зеебрюгге. Когда атакующие силы находились уже на обратном пути в Англию, «UB-55» прокладывала свой путь через барраж поперек Канала, направляясь в базу.
В темноте маячил патрульный корабль. Лодка погрузилась и пошла под водою. Внезапный разрывающий уши треск, лодка трясется и колеблется самым ужасным образом. Освещение потухло. Корабль коснулся мины и был смертельно поврежден. Лодка шатается, кренится и тонет. Толчок, и она касается дна.
Внутри; в полной темноте, люди парализованы ужасом. Все они живы. Механизмы работают, но надежд на всплытие нет. Вода постепенно просачивается внутрь корабля. У команды остается только одна возможность — выйти наверх через люк боевой рубки. Люди возятся с ним, но он не открывается. Лодка все более заполняется водой. Воздух внутри сдавливается. Если бы только удалось открыть люк, тогда сжатый воздух выбросит их вверх, подобно тому как выстреливается торпеда. Сумасшедшие усилия, и люк, наконец, медленно открывается.
Таким образом, в эту ночь на темной поверхности волнующихся вод Английского канала появляются большие пузыри воздуха, а с ними всплывают живые люди. Двадцать человек спаслись таким путем с затонувшей подводной лодки «UB-55». Британский патрульный корабль, тот, который вынудил их погрузиться непосредственно перед тем, как они коснулись мины, теперь находился вне поля зрения.
До рассвета оставалось еще долго. Люди плавали и держались на воде час за часом. Некоторые слабели и шли на дно, другие, в числе шести, включая командира, додержались до рассвета, когда появилось, наконец, английское судно и взяло их к себе на борт.
Глава XXIII.
Прорыв Дуврского патруля
Веселым духом Фландрской базы являлся Лосц, командир «UB-57», смеявшийся над противолодочным барражем.
«Проходите его в надводном положении, — говорил, он всегда, — патрульные суда слепы, они ничего не могут заметить. Я прохожу у них под самым носом».
И он действительно несколько раз благополучно прорывал барраж, флиртуя со смертью. Однако, однажды Лосц коснулся одной из мин у Зеебрюгге, которая прикончила и его самого, и его корабль.
Ни одна фаза подводной войны не была более забавна, чем действия рыбачьих судов, вылавливавших подводные лодки стальными сетями. Рыбачий корабль мог всегда оказаться для лодки скверной ловушкой. Часто эти суда волочили за собой длинные сети, тянувшиеся у. них за кормой.
Командир лодки, выследив подобный корабль, решает утопить его артиллерийским огнем. Однако, ради благоразумия он хочет сначала внимательно рассмотреть свою добычу из-под воды и для этого начинает циркулировать вокруг него, рассматривая судно в перископ на близкой дистанции. А затем лодка неожиданно попадает в невидимые сети, висящие за кормой внешне невинного рыбака.
У фон Твардовски произошло редкое столкновение с траулерами, вышедшими ловить подводные лодки. Он рассказывал мне об этом при нашей встрече в Киле вскоре после перемирия. Дело происходило у восточного берега Англии. В районе между двумя маленькими гаванями фон Твардовски атаковал и потопил небольшой корабль. В тот момент, когда поднялась тревога, он обнаружил себя окруженным сердитым роем патрульных судов, вооруженных моторных баркасов и траулеров. Лодка погрузилась, но прежде чем смогла отойти на безопасную дистанцию от берега и его отмелей, она была окружена со всех сторон противником. Большинство атакующих могло давать от десяти до двенадцати узлов, а подводная скорость маленькой лодки равнялась двум.
Твардовский слышал шумы винтов кораблей, подходивших к нему все ближе и постепенно сужавших круг. А он не имел возможности вырваться из него. Неприятельские суда ловили лодку своими сетями. Лодка добралась до глубокой воды и нырнула так глубоко, как только можно было рискнуть. Погрузившись еще на несколько футов глубже, лодка была бы раздавлена давлением воды. Но достигнутая глубина все-таки оказалась недостаточной. Наверху что-то трещало и скребло. Лодка неожиданно поднялась наверх с толчком, который опрокинул командира в боевой рубке. Одна из цепей, прикрепленных к сетям, зацепила за сигарообразный корпус лодки и. крепко его держала.
