удобные ёлочки. Советую укрыться за ними.
Беглов кивнул и шагнул прямо в гущу низеньких молодых ёлок. На виду остались только его плечи и голова.
— Хорошо, — одобрил я. — Ваш сектор обстрела от той толстой осины до вот этой кривой сосны. Вдоль линии охотников не стрелять. По неясно видимой цели тоже не стрелять. Если на вас выйдет лосиха — убедитесь, что с ней нет телёнка.
— Понял, — без возражений сказал Беглов.
Он был опытным охотником. Но повторить ему правила поведения на номере я обязан. Это моя работа.
— Стрелять только пулями — никакой картечи. Зайцев и лис не бьём. Кабана бейте только в том случае, если раньше кто-то отстреляется по лосю.
У приехавших охотников были лицензии и на лося, и на кабана. Но лось считается более ценной добычей — его и стреляют первым. Иначе может получиться так, что один стрелок убьёт кабана, а его товарищ пропустит лося, думая, что зверь уже добыт.
— Волка берём в любом случае — где-то здесь есть волчья стая.
— Хорошо, — снова кивнул Владимир Вениаминович.
— Георгия Петровича видите?
Владимир Вениаминович оглянулся в ту сторону, откуда вели наши следы.
— Да, вижу.
Генерал стоял, прислонясь к толстому стволу осины, и смотрел в нашу сторону. Он махнул рукой, показывая, что тоже видит нас.
— Отлично! Ну, ни пуха, ни пера!
— К чёрту!
Владимир Вениаминович был последним номером с правого края. На края я постарался поставить самых опытных стрелков. Зверь часто норовит уйти вдоль линии в промежуток между загонщиками и стрелками. И тут крайним номерам выпадает шанс не упустить его.
Поэтому на правом краю стояли Георгий Петрович и Беглов, а на левом — отец и Валера Михайлов — охотник из Черёмуховки. Да, местных охотников мы тоже привлекли к облаве — ни к чему сеять раскол в обществе. Мяса хотят все, а в случае удачной охоты его на всех и хватит.
Ещё раз мысленно проверив всю линию номеров, я удовлетворённо кивнул. Ветер дует на охотников — звери их не почуют. Стоят все хорошо — чётко видят друг друга.
Загонщики ждали на поляне, где я их оставил. Мужики порядком замёрзли, но не шумели. Переминались с ноги на ногу и передавали по кругу термоса с горячим чаем. В руках у многих были толстые палки.
Ничего, сейчас согреемся!
— Все готовы? — негромко спросил я. — Жилеты наденьте.
Охотники принялись натягивать на себя ярко-оранжевые жилеты, в которых ходят железнодорожные работники. Чем заметнее в лесу загонщик, тем лучше. Безопасность — вот что важнее всего на охоте.
— Ружья у всех разряжены? Расходимся цепью и идём на юг. Вперёд не забегаем, не отстаём. Ориентируемся на товарищей. Александр Сергеевич, у вас компас есть?
Тимофеев кивнул. Я хотел поставить его в стрелковую цепь, но он сам вызвался пойти загонщиком. Тогда я предложил ему вести левый край.
— Александр Сергеевич, зарядите ружьё на случай, если выйдет волк. Но стрелять только в угон, когда он минует линию загонщиков. Уйдёт — значит, уйдёт.
Я расставил цепь загонщиков, секунду помедлил и поднёс к губам дульный срез переломленного ружья, словно трубу. Над утренним лесом полетел протяжный трубный звук.
Охота началась!
Глава 11
Загонщики пошли дружно, бодро покрикивая, постукивая палками по стволам деревьев. Звонкий перестук вспугнул утреннюю тишину. Из ближнего березняка, шумно хлопая крыльями, взлетела стайка тетеревов. Крупные чёрные птицы заложили вираж над зимним лесом, и расселись на высоких берёзах за болотом.
Стрелков я не видел, но знал, что сейчас все они подобрались, ещё раз проверили патроны в стволах и теперь всматриваются в неподвижную чащу, ловя взглядом малейшее движение, которое может выдать зверя.
Под подошвами сапог хрустел замёрзший, покрытый ледяной корочкой мох. Я тоже покрикивал и стучал по стволам палкой. И тоже напряжённо всматривался вглубь леса, надеясь заметить уходящего зверя.
Это было ни к чему — загонщик не имеет права стрелять. Даже если зверь уходит в сторону от стрелков, или бросается сквозь линию загонщиков — его можно только проводить взглядом.
Но лось или кабан на загонщиков не пойдут. На такое способен только волк — умный и хитрый хищник, которого нелёгкая жизнь научила всякому. Именно на этот случай у меня в стволах лежали две пули. На случай, если волк выйдет на меня и захочет прорваться.
Я знал, что далеко, в глубине леса чуткие уши лосей уловили стук и крики загонщиков. Звери насторожились, и теперь отходят, часто прекращая пастись и поднимая кверху тяжёлую голову. Если не торопиться — так мы постепенно и выдавим лосей на стрелков.
Пройдя буквально двести метров, я наткнулся на свежий кабаний след. Вот это везение!
Кабаны были ближе к линии загонщиков, чем лоси. Значит, есть шанс, что к стрелкам они выйдут позже, когда лось уже будет добыт. И тоже попадут под выстрел.
Ещё через пару сотен метров, я стал прибавлять шагу. В моих планах было выгнуть цепь загонщиков дугой и перекрыть зверям отход через фланги.
Загонщик, который шёл слева от меня, тоже прибавил шагу. Я видел, как мелькает между стволами берёз его оранжевый жилет.
С противоположного фланга раздался раскатистый выстрел. Кажется, стрелял генерал, или Владимир Вениаминович — с такого расстояния точно понять было нельзя.
Сердце неистово заколотилось. Азарт подгонял, заставлял прибавлять шаг, но я обуздал его.
Через секунду грохнул второй выстрел. И почти сразу раздался невнятный крик:
— О-о-ось... ошё-о-о-ол!
Лось дошёл, понял я. Значит, дуплет был удачным. Первой пулей охотник остановил зверя, а второй — добил.
А облава только началась. Но теперь все предупреждённые стрелки высматривают в чаще кабанов, на которых у нас тоже есть аж целых три лицензии!
Как-то, ещё в прошлой жизни одна знакомая спросила меня:
— Неужели тебе не жалко убивать несчастных зверей?
Мы сидели в кафе, и в тарелке перед девушкой лежала куриная котлета.
Что я мог ей ответить?
Что охотники не только охотятся, но и заботятся о сохранении поголовья зверей? Что всё добытое непременно идёт в пищу? Что лицензия на отстрел зверя не просто покупается за деньги, а зарабатывается трудоднями в лесу? Что мужчине часто жизненно необходимо почувствовать себя охотником, добытчиком? Что тех, кто стреляет зверей для развлечения, презирают сами охотники?
Увы, к моменту нашего разговора многое изменилось.
Лицензию можно было просто купить. Охота в сопровождении егерей загонщиков и собак стоила
