— А что с ними делают?
— Сажают в тюрьму на всю жизнь…
Варан поежился:
— Еще сторожить их…
— А их не надо сторожить. Там тюрьма большая, целый город под землей… А вход один. И в этот вход уже сто лет как врос большой крючник.
— Кто?
— Такая тварь… Вроде как червяк. Спереди дырка, сзади дырка, по бокам костяные крючки — добычу хватать, ползать, опять же… Он быстро ползает по земле, по камню все едино… И вот, пока он свободно гуляет, ничего особенного — ну, хищник… Ну, овец крадет… А если почему-то застревает в земле… Это редко, но бывает… Тогда с голодухи пускает корни из крючков. Укореняется, и уже не сдвинуть…
Варан нервно сглотнул:
— Ты сам… видел?!
— Вот этими глазами, — серьезно отозвался маг. — Так вот. На входе в тюрьму у них врос крючник. Питается водой, земляными соками… То есть уже как бы не хищник, а растение. Но рот остался, и полость внутри, и дырка сзади. Так вот преступника, которого осудили, дают ему сглотнуть. Это противно, но не больно. Он проходит тварь насквозь и выходит сзади… невредимый. А обратно — никак. Пища у крючника только в одном направлении движется…
— Шуу, — еле слышно прошептал Варан.
— А ты думал… Мир богат чудесами, и не все из них миленькие.
Горящие глазки мерцали теперь у них над головами. По-видимому, лют, или кто это был, легко перемещался по отвесным камням.
— Он на нас сверху не кинется?
— Нет… Никогда.
— А ты мог бы его прогнать?
Подорожник щелкнул пальцами. Глазки исчезли.
— Ты, наверное, очень могущественный, — сказал Варан, помолчав.
Подорожник ничего не ответил.
— Я слышал, — осторожно начал Варан, — что магами рождаются… То есть я хотел сказать, что от рождения… ну…
— Когда-то давно, — устало сказал Подорожник, — я рассказывал тебе историю… пытался рассказать. Про Печника — мастера очагов. Бродягу, который никогда не ночует дважды под одной крышей.
— Да, — неуверенно сказал Варан. И подумал: если на материке дороги такие длинные, как прожилки на древесных стволах… можно позволить себе такую роскошь — быть бродягой.
— У него нет имени. Ни родины. Никого. Он ходит от дома к дому, от селения к селению… В жилище, где он разложит огонь в очаге, всегда — пока стоят стены — будет мир и достаток. Хоть двести лет… Я видел такие дома. Развалюхи, едва держатся… а их подкрашивают, латают, мастерят подпорки, хотя давно могли бы поставить новый дом.
— И у них действительно мир и покой? — недоверчиво спросил Варан.
— Представь себе…
— А что ему стоит — разложить огонь во всех домах по очереди?
Маг тихонько хмыкнул:
— Он никогда не слушает ничьих советов. Никто не знает, как он ищет место для ночлега… Если бы он выбирал дома, где живут порядочные, работящие, и так далее, и так далее… Или, наоборот, несчастные, нуждающиеся в утешении… Но нет. Он может постучать в любую дверь, совершенно в любую…
— А если его прогонят? — жадно спросил Варан. — Он накажет, наверное, молнию нашлет или еще что…
— Какую молнию, опомнись, — маг засмеялся. — Тем, кто его прогонит, ничего не будет. Ни хорошего, ни плохого. Ничего… Кстати, его и гонят довольно часто. Потому что одно время, когда слухи о нем были особенно громкими… развелось Шуу знает сколько бродяг, просившихся на ночлег и с таинственным видом разводивших огонь. Самозванцы. Это всем надоело, ну и…
Подорожник замолчал.
— Почему же у него нет знака, — сказал Варан. — Какой-то метки, по которой его можно было бы отличить…
— Ага-ага, — хмыкнул Подорожник. — Звезды во лбу, да?
— Может, и звезды, — пробормотал уязвленный Варан. И спохватился: — Так это легенда или все-таки правда? Если ты видел те счастливые дома…
— Я много чего видел, — Подорожник вздохнул. — Может, те люди… получили свое счастье как-то по-другому. А может, и не было счастья. Может, они хотели удивить соседей… И придумали себе сказку… Что еще у нас есть кислое?
— Кисляк из кричайкиного молока.
— Не пил… Какой вы, однако, гадостью питаетесь там у себя в поддонье… Ладно. Опять уксус. Уксус, да?
Прошла долгая минута, прежде чем вниз полетел тусклый, еле заметный огонек.
— Все, — выдохнул Подорожник. — Думаю, надо поспать.
— Ага, — буркнул Варан. — И проснуться на полдороге в поддонье.
Маг засмеялся:
— Ну, давай приклеимся к скале… Есть способ…
— Я не хочу спать, — признался Варан. — Я хочу пить.
— Я тоже, — серьезно ответил маг.
— Ты не мог бы наколдовать воды?
— Сейчас? Нет.
Помолчали.
— Самого главного я тебе не сказал, конечно, — тихо проговорил Подорожник. — В доме, где он своими руками сложит очаг… там родится маг.
— Ты хочешь сказать, — подумав, пробормотал Варан, — что в других местах маги не рождаются? Ни во дворцах, ни…
— Только если он сложит очаг. Во дворце ли… в шалаше…
— А ты…
— И я. Все. Поэтому их так мало. Нас.
— Значит, среди поддонков бывают маги?!
Подорожник засмеялся:
— Там, где он ходит, не бывает поддонков и горни. Там земля простая и плоская, как стол… и нет моря.
— Да, ты говорил. Озера, реки…
— Дороги…
— И деревья до неба.
— Да. Если повезет попасть в настоящий лес…
— Я хочу туда! — вырвалось у Варана.
— Тебе поздно, — серьезно заметил Подорожник. — Ты ведь уже родился…
Посмеялись вместе. Варан оборвал смех: ему показалось, что из-за ближайшего камня кто-то глядит.
— Этот… который сидел на замке…
— СТОРОЖОК?
— «Ты мертв», — Варан содрогнулся, вспомнив ползущие буквы на замке.
— Скверно, — маг вздохнул. — Тот, кто оставил тайник, был серьезный человек… Или есть. Вряд ли он сгинул… не таков мастер, чтобы сгинуть ни с того ни с сего… Хотя бывают неожиданности… вот камнем ухнуло по крышке. Честно говоря, Варан, если бы сундук был целый и сторожок действовал в полную силу…
— И что бы оно со мной сделало? — спросил Варан с болезненным любопытством.
— Ничего особенного. Смертельный испуг… Трупы кладоискателей, умерших от разрыва сердца, производят неизгладимое впечатление на тех, кто идет следом. У них, знаешь, такие лица… гм. Сторожок может сто лет как протухнуть, а клады лежат себе, полеживают…
— Я же сам вызвался, — сказал Варан после длинной паузы. В голосе мага ему померещились муки раскаяния.
— Совестливые вы там, в поддонье, — хмыкнул маг. — Ради порядка должен заметить, что отправить сначала тебя — грамотное решение. Ведь ясно, что тайник поврежден… а значит, и сторожок подранен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
