— Вот это здорово! — воскликнул Ваби, став ногой на твердую землю. — Вот что значит: побывать в раю и вернуться оттуда, не солоно хлебавши! Мы еще легко отделались!
В то время, как Родерик, с которого все еще текла вода, старался прийти в себя и разобраться в том, что случилось, Ваби не терял времени и пытался по мере сил помочь Мукоки устроить в безопасном месте лодку.
Вскоре вслед затем все трое вытащили из своих запасов сухое платье, а мокрую одежду развесили и частью разложили на камнях для того, чтобы она высохла на солнце, которое уже сильно клонилось к западу.
Ясно было, что им придется провести остаток дня и всю ночь на этом узком пляжике, близ которого продолжали грохотать пенистые воды. Надо было отдохнуть, прийти в себя, привести в порядок мысли и разработать дальнейший план действий, клонившихся, главным образом, к тому, чтобы как можно скорее переплыть на другую сторону водопада.
Родерик не мог совладать с соблазном и произнес полушутливо, полусерьезно:
— Если бы наш сумасшедший знал, где мы находимся, то он мог бы в два счета перестрелять нас, как куропаток. Сверху недурно целиться!
— Правильно! — ответил Ваби. — Но, с другой стороны, выгоды нашего положения заключаются в том, что дикие звери не пожалуют к нам в гости. Так что, в общем, мы не смеем жаловаться, так как находимся в сравнительно хороших условиях.
Из-за отсутствия дров пришлось ограничиться холодным ужином, завернуться в меховые одеяла и кое-как поспать до следующего утра.
Особенными удобствами они не могли похвастать. Во-первых, площадка была до того мала, что они с большим трудом вытянули ноги. С другой стороны, с наступлением мрака рев водопада еще усилился, и минутами создавалось весьма тягостное впечатление, что вода вот-вот поглотит их.
Боясь выразить свои тревожные мысли вслух, Родерик все время мучился вопросом: каким образом они в конце концов выберутся отсюда? И при этом он с большим сомнением смотрел на скалистые стены, которые совершенно отвесно подымались к небу. Выходило так, что они сами себя засадили в каменный мешок, из которого не так-то легко было выбраться.
Мукоки с первыми же утренними лучами стал тщательно озираться вокруг, желая выяснить создавшееся положение и найти выход.
Осторожно ступая вдоль самого берега, он на некоторое время скрылся за ближайшей скалой. Вернувшись, он застал обоих молодых людей еще спящими. При первом же взгляде на него, они поняли, что он пришел с добрыми вестями.
Он указал им рукой на другой скалистый островок, который находился поближе к водопаду и к которому он добрался вплавь.
— Прежде всего, — начал он, — нам необходимо добраться туда и потащить с собой пирогу.
Через несколько минут юноши последовали примеру старика, разделись донага, положили свое платье на пирогу и, как рыбы, поплыли к островку, указанному Мукоки, причем каждый раз приставали к берегу, как только видели волну выше обычной. К носу пироги был прикреплен большой кусок оленьей кожи, и тем были ослаблены удары ее о плечи людей.
Они доплыли до островка без особых затруднений. Весь занесенный пеной, он находился почти у самого подножия большой скалы, чуть ли не рядом с водопадом, который время от времени гладил его своими водяными космами. Под самым водопадом имелась небольшая группка камней, которых почти не касалась вода, настолько она уходила в сторону.
— Вот сюда нам и надо пристать! — проговорил Мукоки. — Место верное и хорошее.
Это было легче сказать, чем сделать, и у Родерика закружилась голова при виде этих нагроможденных друг на дружку камней, скользких и мокрых, которые почти касались первой водяной ленты, выбрасываемой водопадом.
— Да не бойся, милый мой! — закричал Ваби, заметив, как побледнел его приятель. — Мы идем все вместе, и, если кто-нибудь из нас сделает неудачный трюк в воздухе, остальные подхватят его. Иди смело, чего там! Не надо терять драгоценное время, ты сам понимаешь, как дорога каждая минутка!
На всякий случай решили связаться одной веревкой, прикрепленной к поясу каждого человека в отдельности. Мукоки пошел впереди. Родерик и Ваби толкнули вслед за ним пирогу и направились к воде.
Точно такая же операция повторилась пять раз подряд. Родерик впервые переживал подобные приключения, и неудивительно, что он не всегда соображал, что надо делать. Его оглушал грохот водопада, и для того, чтобы хоть немного заглушить его, он на самые уши надвинул свою шапку.
Несчастный юноша был страшно бледен, когда они очутились уже вне опасности. Все прошло вполне благополучно. Добравшись до более или менее спокойного места, Мукоки спустил пирогу в воду. Усевшись в ней, золотоискатели первым делом насухо вытерлись и оделись.
— Уф, тяжело! — проронил Ваби, нервы которого тоже находились в сильнейшем напряжении.
— Да, нелегкая штука… нелегкая штука! — совершенно бесстрастно произнес Мукоки.
— То нам попался сумасшедший, то мы чуть-чуть не утонули, а тут вдруг миниатюрная Ниагара на нашем пути! — сказал Родерик. — Надо отдать справедливость нашему золоту: оно не так-то легко дается в руки! Придется повозиться, пока достанешь его!
В продолжение всего дня пирога с большей или меньшей скоростью неслась по течению, и молодые люди со все возрастающим наслаждением следили за чудесным пейзажем, который позволял видеть довольно многочисленные бреши в двойном ряду скал. К полудню река круто переменила свое направление. Теперь она текла на север, и берега ее как будто приняли более приветливый вид. На протяжении целого акра тянулся прекрасный песчаный пляж, на противоположной стороне которого виднелось много поваленного и сухого леса.
— Какое странное местечко! — сказал Ваби в то время, как Мукоки и Родерик помогали ему вытащить пирогу на берег. — Глядя на все вокруг, можно подумать, что тут некогда было…
— …озеро! — подсказал ему индеец. — Да, это верно. Когда-то здесь, наверно, было озеро.
— Я думаю, — заметил Родерик, — что этот песок был мало-помалу нанесен речными волнами, а крутой изгиб ущелья задержал его. Вы посмотрите, песок залегает очень глубоко. Я думаю, что и сухой лес, который там виднеется, тоже выброшен рекой.
Через несколько минут Ваби, который незаметно отделился от товарищей, издал неожиданный крик и жестами дал знать Мукоки, и Родерику, чтобы они как можно скорее подошли к нему.
Те бросились к нему со всех ног, и Ваби, ни слова не говори, указал им пальцем на песок.
Пристально вглядевшись, оба увидели явный отпечаток человеческой ноги. Можно было определенно судить, что на этой ноге не было ни сапога, ни мокасины и что она была так же гола, как и рука Ваби, показывавшая на ее след.
