Читаем без скачивания Наемник - Эвелин Энтони

Он все продумал, но поздравлять себя было не с чем. Он допустил чудовищную оплошность. Ну, а в том, что ему придется ее исправлять, — мало радости. Но по крайней мере сейчас он может хотя бы несколько часов поспать.

Глава 5

Питера Мэтьюза разбудил телефон. Он никогда не отключал его. Было два часа ночи. На мгновение его охватил страх. Он протянул руку в темноту, нащупывая выключатель. С другой стороны постель была пуста. Он, конечно, вел себя как джентльмен и отвез свою даму домой. Они познакомились на частной выставке в модной галерее одного из его друзей, потом пообедали и поехали к нему. У нее были короткие рыжие волосы, все в завитках. Ему так захотелось запустить в них пальцы. С этого и началось...

— Это Лиари, — сказал голос в трубке. — Приезжай в офис. Кое-что произошло.

Мэтьюз даже не успел ничего сказать. Лиари уже повесил трубку. Какое счастье, что рыженькая не захотела остаться на ночь! Питер оделся и через десять минут уже ехал по городу. Часы на Таймс-сквер показывали половину третьего.

Лиари ждал у себя в кабинете, шторы на окнах задернуты, в комнате горит яркий свет. На столе стоит кофейник, из которого выбивается тонкая струйка пара.

— Вы что, и не ложились? — спросил Мэтьюз.

— Нет. В девять я получил сообщение из нашего отделения на Ближнем Востоке. Садись, выпей кофе, тебе это не помешает.

— Что случилось?

— На первый взгляд вроде ничего особенного. В Бейруте задушена и ограблена одна арабка по имени Соуха Мамолиан. Обычная для тех мест история, если не считать, что какой-то европеец, с кем она жила, положил на ее счет в Ливанский банк десять тысяч долларов. Огромная сумма для такой девчонки. К тому же если учесть, что парень этот бродяга. Ни постоянной работы, ни денег у него не было. А после того, как открыл счет в банке, он исчез. Поэтому руководство банка, заподозрив, что за этим стоит операция с наркотиками, сообщило в Интерпол. А там наши друзья сочли, что и нам не мешает об этом знать, потому что Бейрут был последним пунктом остановки Эдди Кинга перед встречей в Париже с Марселем Друэ. Это — первое дело. Второе — похуже. Пей кофе, Пит. Проверяя Кинга, мы обнаружили кое-что еще. Из Бейрута он направился в Париж, а днем позже улетела в Нью-Йорк Элизабет Камерон. Несколько человек в Бейрутском аэропорту — бармен, стюардесса Панамериканской авиакомпании, обслуживавшая рейс, — утверждают, что Элизабет летела с каким-то мужчиной. Мне об этом она ничего не говорила. Рассказывала о Кинге, о чем угодно, но ни слова о том, что она кого-то встретила или с кем-то летела вместе.

— Скверное дело, — заметил Мэтьюз. — Вы были правы, подозревая, что она что-то утаивает. Еще говорили, что здесь замешан мужчина. У нее наверняка кто-то был, когда я звонил. Мы установили за ней слежку. Сейчас она уехала на конец недели во Фримонт.

Мэтьюз допил кофе и закурил. И Лиари, и он сам были правы. Он еще пошутил, полюбопытствовав, кто же тот парень, что заставил так сиять ее глаза. Но узнать так и не удалось. Она ничего не ответила.

— А теперь, — сказал Лиари, — перейдем к делу, ради которого я тебя разбудил. Взгляни-ка вот на это.

Он пододвинул Питеру телетайпное сообщение, а сам откинулся на спинку кресла, пока Питер читал его. Это было донесение об интервью с преподавателем колледжа в Висконсине, где в тридцатые годы учился Эдди Кинг. Обычное шаблонное донесение, многословное, с неточностями в деталях. Тридцать лет — все-таки большой срок. Преподаватель в то время был очень молод и интересовался больше баскетболом, чем успеваемостью своих учеников. Но именно этот абзац и был подчеркнут карандашом Лиари.

Учитель запомнил Эдди Кинга, потому что тот очень любил баскетбол. Но в команде не играл. Занимался специальной тренировкой, чтобы увеличить рост. Но все напрасно. Сто семьдесят шесть для игрока в баскетбол — слишком маленький рост. Он так больше и не вырос. Это была последняя, подчеркнутая Лиари, фраза.

Мэтьюз поднял голову:

— Я что-то не понимаю. Что-нибудь не так?

Лиари сидел, закрыв глаза. Вид у него был утомленный, нервы, чувствовалось, натянуты.

— Кингу в то время был двадцать один год, — заговорил Лиари, не открывая глаз. — Он уже перестал расти.

Я слышал, что с годами рост уменьшается, но никак не увеличивается. У нашего Эдди Кинга рост около ста восьмидесяти пяти. Теперь понимаешь, что это означает, Пит? Разница в семь-восемь сантиметров?

— То есть это другой человек, — с расстановкой произнося слова, сказал Мэтьюз. — Не настоящий Эдди Кинг.

— Не полагаясь на это донесение, я сам съездил в Висконсин и проверил все лично. Кинг был щуплый паренек среднего роста.

— Как же это им удалось? — воскликнул Питер Мэтьюз. Он просто оцепенел от ужаса, словно в приоткрытую дверь увидел лицо мертвеца.

— Во время войны Кинг был интернирован во Францию. Это зафиксировано в его досье. Освобожден в сорок пятом, в Америку вернулся в пятьдесят восьмом. Вот так это и произошло, Пит. Настоящий Эдди Кинг не выжил в том лагере смерти. И русские использовали его личность для своего агента.

— Боже мой! — воскликнул Мэтьюз. — В таком случае мы имеем дело с птицей высокого полета.

— Думаю, что наивысшего. Взгляни на его биографию. Прошло пятнадцать лет, как он обосновался в Америке. А кто, по-твоему, финансирует его журнал? Ведь это великолепное прикрытие для передачи информации. Офис в Германии, полдюжины сотрудников, разъезжающих по Европе. А чего им стоило внедрить его в окружение Хантли Камерона? Наверняка он один из самых выдающихся агентов в их разведке.

— Но какова при этом роль Камерона... и Элизабет? Уж не хотите ли вы сказать, что они связаны с КГБ?

— Не знаю, — ответил Лиари. — Но Кинг летал в Ливан с определенной целью. И встречался в Париже с Друэ, чтобы отчитаться в этой поездке, предоставив твоей подружке мисс Камерон возвратиться в Штаты с другим спутником, о котором она мне ничего не сказала, хотя у нее была такая возможность.

— Но если это случайное знакомство, и парень, которым она увлеклась, поехал к ней жить, разве она призналась бы в этом? И почему он непременно должен быть связан с Кингом?

— Пока твой человек следовал за ней во Фримонт, мой беседовал с портье дома, где она живет. У нее действительно кто-то жил, но он ушел оттуда в то утро, когда она была у нас. На другой день после возвращения Кинга из Европы.

— Так что мы будем делать? — спросил Мэтьюз. Он чувствовал себя неловко и начинал злиться. Элизабет для него была не более чем очередная любовница — интеллигентная, красивая, немного замкнутая по сравнению с другими, но ему и в голову не могло прийти, что она способна играть какую-то роль в его холодном и опасном мире. Тем не менее это было так. Лиари прав, как был прав с самого начала, когда сказал, что она что-то скрывает.

— Я ее доставлю сюда, — неожиданно заявил Питер.

— Для этого я и разбудил тебя, — сказал Лиари. — Сейчас половина четвертого, съезди домой, освежись и отправляйся к завтраку во Фримонт.

— Там у ворот стража. Туда проникнуть так же трудно, как в форт Нокс, где хранится золотой запас США.

— Она впустит тебя, она же знает, что должна поддерживать связь со мной через тебя. Если она на их стороне, Пит, ей необходимо будет узнать, зачем ты приехал. Если нет — она все равно встретится с тобой. Увези ее из Фримонта и доставь сюда.

Мэтьюз взглянул на своего начальника.

— Мне бы хотелось сперва часок-другой потолковать с ней наедине, — сказал он. — Можно у меня дома. Если до завтра мне не удастся заставить ее расколоться, тогда ею займетесь вы. Но мне хотелось бы попробовать.

— Зачем тебе это? Эмоции?

— Вы прекрасно понимаете, что дело не в этом. Я чувствую, что она в какой-то степени предала меня, и мне это не нравится. Разрешите мне чуток заняться ею.

— Ладно, так и быть, — сказал Лиари. — Только позвони и держи меня в курсе, как идут дела. Сейчас мы пытаемся найти ключ к разгадке — кто же это жил у Элизабет.

— Ключей много, — заметил Мэтьюз, — только ни один не подходит.

— Ну, я бы не сказал. — Лиари потянулся и зевнул. Потряс кофейник, но он был пуст. — Кое-что проясняется. Кинг отправляется в Бейрут и для прикрытия берет с собой мисс Камерон. Оттуда едет на встречу со своим высоким начальством — отчитаться, так сказать. Правильно? Так, теперь вернемся в Ливан. Мисс Камерон знакомится с каким-то мужчиной и привозит его к себе домой. Поступок для нее необычный, судя по тому, что мы знаем о ней. Совершенно необычный. Пока Кинг пребывает за границей, этот парень живет у нее. Но мисс Камерон нам ничего не сказала о нем, даже когда узнала правду об авиакатастрофе. А ведь она была потрясена и готова преподнести мне на блюде голову Эдди Кинга. Но о госте своем ни словом не обмолвилась. Вернемся снова в Ливан. Две недели спустя, как Элизабет, Кинг и мистер X покинули Бейрут, там убивают девушку. Вроде ничего особенного — в таких местах совершается масса убийств. Если бы не крупный счет в банке и не ее дружок-европеец. Есть и еще одно совпадение. Некий ливанец, сотрудничавший с авиакомпаниями, получил новый «форд», и в первый же раз, как он с семьей сел в автомобиль, они вместе с машиной взлетели на воздух. Он тоже, оказывается, положил на счет круглую сумму. Мне думается, что между ним и той арабской девчонкой существует какая-то связь. Их убили, чтобы спрятать концы в воду. Крупные операции так и совершаются. Они вербуют, а потом уничтожают всех мелких посредников, которые принимали участие в деле. Самый надежный способ обезопасить себя.