— Ты хотел мне все сегодня рассказать? — через несколько минут тихо спросила Эля, почти успокоившись.
Еще были слышны тяжелые дрожащие вздохи и громкие всхлипы, но слез почти уже не было.
Стас отметил, что несмотря на то, что она выплакалась, не отодвигается. И неожиданно от этого осознания в груди разлилось непонятное тепло.
— Да, — со вздохом признался он. — Только я не знал, что она беременна. Я нашел ее, поговорил, просил, чтобы она встретилась с тобой, но вначале она наотрез отказалась. Однако приехала следом за мной и сама во всем призналась, — он покачал головой, задевая короткой щетиной ее волосы. — Я сам поразился, увидев ее в кафе.
— Как так можно? Он ей столько гадости сделал, на аборт отправил, чтобы она избавилась от его же ребенка — а она все равно его любит? — пораженно вздохнула Эля.
— Есть такой тип женщин, их жизнь — сплошное страдание. И не потому, что так сложились их жизни, а потому, что они сами их так сложили! Они не могут без страданий, без душевной боли… Своеобразная форма зависимости и мазохизма.
Эля притихла на его груди, о чем-то молча размышляя. Стас тоже не спешил больше заговорить, перебирая ее волосы на макушке. Она не плакала, и это уже хорошо. Он просто не был готов к такому, Эля всегда была стойкой девушкой… А тут ее слезы вышибли из него всю уверенность. Стас не любил ситуации, когда не знал, как нужно действовать!
Потянувшись к изголовью, он взял и подложил себе под спину подушку и облокотился на нее, перекатившись с Элей в более удобное положение. Теперь голова девушки лежала на его груди, а сама она разместилась клубочком у него под боком.
— Спасибо, — тихо прошептала Эля через какое-то время.
— За что? — почти сонно спросил Стас, убаюканный мирной тишиной и ее дыханием.
— За все, — было слышно, что она улыбнулась. — Вечно вы с Деном решаете мои проблемы, прикрываете… Я, наверное, и правда ходячая катастрофа! — горько хмыкнула она.
— Прекрати, — вновь погладил ее по голове Стас. — Если мы тебя и называем так, то совсем не в том смысле, в котором сейчас это делаешь ты! Прекрати! — строго повторил он. — Мы же друзья. Хорошие, проверенные временем и разными событиями! Неужели ты, имея возможность помочь мне, не сделала бы этого?
— Конечно же, сделала! — возмутилась Эля.
— О чем я и говорю. Придет время, и ты, возможно, выручишь меня. Так сказать, оптом, за все детство! — хмыкнул он.
— Договорились, — сказала она и неожиданно зевнула. — Прости!
— Ничего, — улыбнулся Стас. — День был долгий и трудный.
— Ты посидишь со мной? — неожиданно попросила она.
И Стас, не задумываясь, ответил:
— Конечно, посижу!
Глава 26
— Так, я не понял⁈ А что здесь происходит⁈
Эля и Стас, щурясь от яркого солнца и часто моргая спросонья, недоуменно посмотрели на Дена, стоявшего возле кровати и грозно осматривающего сестру и друга.
— Мне радоваться, что вы еще в одежде? Стасян, или на дуэль пора тебя звать? — недовольно прищурился он.
Стас, аккуратно придержав Элю, сел на кровати. Они вчера так и уснули: Стас, полусидя на подушке, а Эля, уютно устроившись у него под боком.
— Захлопнись, — беззлобно попросила Эля, пытаясь скрыть внезапно откуда-то появившееся смущение.
— Тебя Марго обыскалась! — укоризненно посмотрел на друга Ден.
— Черт, — простонал тот в ответ. — Я же телефон в машине оставил! Думал, занесу быстро вещи и все…
— Ну да, а заодно, и себя вместе с вещами! — хмыкнул Ден. — Она мне позвонила, и я рассказал, что произошло.
— И что она? — настороженно поинтересовался Стас.
— Нормально отреагировала, спросила, чем помочь, — Ден весело ухмыльнулся. — Полинка бы мне волосы выщипала за такое. Везде!
— Погоди, не завидуй, она еще отыграется, — «успокоил» друга Стас, потягиваясь и разминая затекшее от долгого пребывания в неудобной позе тело.
— Кстати, — спохватился Ден, — Полинка передала тебе кое-что, — и протянул сестре большую кожаную торбу.
— Спасибо, — поблагодарила Эля, принимая сумочку. — Я потом ей позвоню, как телефон заряжу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Зарядка в верхнем ящике, — напомнил Стас.
— Ребята, может, кофе? — крикнула из коридора Инга Сергеевна. — А то на работу опоздаете!
Все трое разом схватились за телефоны и часы — до работы оставалось меньше часа.
— Да, мам, спасибо! — в ответ крикнул Стас. — Ты первая в душ! — велел он Эле.
— А вот про полотенце я не подумал, — скривился Ден, кивая на так и не разобранную сумку.
— Не беда, сейчас, — встал Стас и подошел к высокому шкафу. Достав большое синее полотенце и другое — чуть поменьше, но такого же цвета, — и передал Эле.
Она мельком взглянула на содержимое косметички и поняла, что Полина собрала ей то, о чем парни даже и не подумали бы: зубную щетку, пасту, косметику, гель для душа, шампунь, кое-что из женских мелочей, расческу, шпильки, резинки, зеркальце, дезодорант и прочие необходимые каждой девушке нужности.
Быстро приняв душ, она вышла из кабинки и посмотрела на полотенца, только сейчас осознав, что не подумала про халат! Оглянувшись по сторонам, она ничего подобного не обнаружила. Пришлось выходить, туго обмотавшись полотенцем.
Мужчины были на кухне, ее телефон лежал на компьютерном столе в углу комнаты, поставленный чей-то заботливой рукой на зарядку.
Первым делом Эля осмотрела содержимое сумки, которую вчера привез Стас. Брат, конечно, молодец, собрал все нужное: брюки, юбки, блузки, пару платьев и даже белье, джинсы, свитер и пиджак, — но все было наспех утрамбовано в недра баула, поэтому сейчас представляло собой бесформенную мятую кучу. И только одно платье выглядело презентабельно и аккуратно — то самое, которое купил ей Владислав Борисович.
С сомнением посмотрев на наряд, Эля прикидывала, успеет ли она что-то привести в порядок, кроме него, но время уже поджимало, а вчерашний костюм, в котором она приехала с работы к маме Стаса и в котором она заснула, имел еще более худший вид, чем вещи из сумки. Вздохнув, девушка надела оставшееся платье и подошла к сумке, которую передала ей Полина. Девушка брата предусмотрела многое, даже положила небольшой дорожный фен. Мысленно Эля послала ей самые добрые пожелания и принялась приводить себя в порядок.
Так как она не любила яркий макияж, то того скромного набора косметики, что послала Полина было достаточно: подводка, дневной крем, тушь, тональник, румяна. А бежевая помада и расческа всегда были в сумочке у Эли.
Через десять минут девушка удовлетворенно осмотрела свой посвежевший вид в большое зеркало на внутренне стороне дверцы шкафа и невольно обратила внимание на содержимое последнего: на высоко расположенной штанге ровным рядком висели костюмы и рубашки Стаса. Эля недоуменно нахмурилась: а почему они тут, а не в квартире друга.
— Я часто бываю тут и иногда ночую, когда маме нехорошо, — от двери она услышала голос хозяина комнаты, увидевшего ее взгляд. — Прости, я не постучал, — смущенно улыбнулся он.
— Все в порядке. Это твоя комната, а я уже готова.
Стас прошел к шкафу, достал еще одно большое полотенце и молча покинул комнату.
Эля пошла на кухню, где ее ждала большая кружка кофе и порция пышного омлета.
Брат уже расправился со своим завтраком.
— Я поеду тогда первым, чтобы хоть кому-то из нас не опоздать, и прикрою вас, — сказал Ден, поднимаясь. — Ты поедешь со Стасом.
Эля с сожалением вспомнила, что ее машина осталась на рабочей парковке — Стас не пустил ее вчера за руль, опасаясь ее состояния.
Неожиданно Эля подумала, а как теперь быть с машиной? Это ведь и подарок Ромы тоже.
— Что расстроилась? — поинтересовался Ден, увидев ее кислое выражение лица.
— Думаю, как теперь поступить с машиной, — призналась она.
— В смысле — как? Это твоя машина! — возмутился брат. — Оформлена на тебя, куплена и родителями тоже!
— Но…
— Никаких «но», Эля, быть не может! Еще не хватало возвращать этому заср… — осекся он, метнув свой взгляд в сторону мамы Стаса. — В общем, машина твоя — и точка! В крайнем случае, вернем его часть суммы! Все, я поехал, — посмотрел брат на часы и спешно пошел в коридор.
