Читаем без скачивания Навстречу Возмездию - Рон Хаббард

— Их, (…), много! — выдохнул я. — Вот почему я отправился в плавание.

— Тогда рад приветствовать вас, сэр. Большинство моряков именно так и поступают. А сейчас, если вы посидите смирно, я вас побрею, а потом мы вас перевяжем. Пять швов! Господи! Лежите спокойно и наслаждайтесь. Я добавил в воду соль Эпсома, она отлично сочетается с пеной.

Заткнуть этого маньяка было просто невозможно. Я уже боялся отвечать на его реплики. Я недоумевал, почему он решил, что у нас была любовная сцена и драка, но потом вспомнил, что сам сказал об этом капитану. Да, новости на этом корабле распространяются мгновенно. Не мешает это запомнить.

Наконец я оказался в гардеробной, завернутый в махровое полотенце.

— Я распаковал ваши вещи, — говорил стюард. — Похоже, вы очень торопились, потому что у вас нет одежды для яхты. Но на Бермудах мы сможем решить эту проблему, и я рад, что вы, по крайней мере, взяли обеденный смокинг. Но его мы наденем позже. А сейчас я присмотрел прогулочные шорты, пока и они сойдут.

Старый еврей, который продал мне огромное количество одежды, не мог, естественно, догадаться, что я отправлюсь в плавание. Пара кожаных штанов с вышитыми подтяжками в тирольском стиле не очень-то подходила к такому случаю.

Я вышел в коридор и столкнулся с главным стюардом.

— Боже мой! — воскликнул тот. — Нам придется подобрать вам нормальную одежду на Бермудах. Но ничего страшного, мистер Бей, мы сделаем все возможное, чтобы ваше плавание прошло успешно и раны на вашем сердце затянулись. Такая красивая наложница. Но я не виню вас, что вы все бросили и отправились в море. А сейчас посмотрим, чем нас порадует шеф-повар. У нас не так много свежих продуктов, но в морозильнике еще кое-что осталось. На ужин шеф-повар предлагает яйца по-русски, радужную форель а-ля Монтана, квашеную капусту по-венски, белую фасоль по-персидски, неаполитанские сладости с датскими пирожными, сыр Германдайз и баварский кофе мокка. Конечно, это не так много, но в настоящий момент у нас небогатый выбор. Такое меню вас устроит?

— Да, — ответил я, только сейчас осознав, что, с того момента как я покинул Турцию, мне ни разу не удалось как следует поесть.

— А что касается вина…

— Никакого вина! — заявил я. — Я убежденныйчае-пиетист!

— А, — проговорил главный стюард. — Ваша религия не позволяет.

— Есть и другие причины, — твердо произнес я.

— Относится ли это к вашей племяннице и ее жениху?

— Пусть они зальются вином, если хотят, — ответил я.

— Хорошо, сэр. А вот и тренер. Я удаляюсь, чтобы не мешать вам приятно проводить время.

— Я разработал для вас программу занятий, — заявил тренер, неотступно следуя за мной, пока я прогуливался по палубе.

— Порвите ее, — произнес я. — Я признаю спорт только как зрелище.

— Ну-ну, — сказал он. — Не впадайте в крайности. Глядя на ваши раны, я бы скорее решил, что вы горите желанием набрать форму и померяться силами с этим парнем из ЦРУ.

Я представил себе встречу с Хеллером лицом к лицу, и меня охватил ужас.

— Я мирный человек, — произнес я. — Живи сам и не мешай жить другим.

— Ну, если бы у меня из-под носа увели женщину, я бы так не думал. Он выиграл деньги, которые на самом деле принадлежат вам. На вашем месте я бы подумал о реванше.

— Оставьте меня в покое! — потребовал я. — Вы не представляете, насколько я мирный человек. Смиренный голубок. Всегда ношу с собой оливковые ветви. Кроме того, я христианин. Подставляю другую щеку.

— А я думал, вы мусульманин, — заметил он. — Вы только что сказали главному стюарду, что не пьете вино по религиозным убеждениям. Нет, мистер Бей, вы должны понять, что я отвечаю за физическое состояние хозяина яхты, когда он находится на борту. А когда я вижу наросший жирок…

— Где жирок?

— На талии.

— Где?

— Вот.

— Ой!

— Видите? Вы слишком изнеженны, — заговорил тренер. — Но вы еще слишком молоды для подобного образа жизни. Я предлагаю для начала десять кругов по палубе, прямо сейчас, а завтра с утра мы начнем занятия в спортивном зале. Часиков в девять подойдет?

Он, не отставая, трусил за мной, пока я носился по палубе. Через пять кругов я задохнулся, вцепился в мачту, чтобы не упасть, и сделал вид, что любуюсь морским пейзажем.

— Отчего судно так ровно идет? — выдохнул я.

— Стабилизаторы боковой и килевой качки. Палуба, как бильярдный стол. Поэтому, если мы сделаем оставшиеся пять кругов…

Я все еще не мог отдышаться.

Мы закончили, причем он все время подталкивал меня кулаками в спину. Я привалился к поручням, глядя на воду в двадцати футах внизу.

— По-моему, я этого не выдержу, — прохрипел я.

— Мы не можем допустить, чтобы владелец яхты скончался от сердечного приступа в результате неправильного образа жизни на берегу, — проговорил тренер.

— Сердечный приступ? — переспросил я.

— Конечно. В том состоянии, до которого вы себя довели, он неизбежен.

— Это точно, — согласился я, прислушиваясь к толчкам пульса где-то в голове и шуму в ушах.

— Но ничего страшного, — продолжал тренер. — Баня, хорошее питание, витамины и хорошая спортивная программа на каждый день, и нам не придется хоронить вас прямо в море. Начнем завтра утром, и все будет как надо. А сейчас я бы посоветовал вам присоединиться к вашей племяннице и ее жениху и немного поплавать перед обедом.

— А где они?

— Наверное, все еще внизу, на гоночном треке. Никогда не видел, чтобы кто-то катался на скейтборде так искусно, как ваша племянница. А ее жених, кажется, помешался на гоночных машинах.

— Да, это его обычное состояние, — заметил я.

— Увидев, как он гоняется за ней на гоночной машине, я велел одному матросу дежурить там на тот случай, если произойдет катастрофа.

— Ради Бога! — воскликнул я. — Делайте что хотите, только не допустите, чтобы она погибла! Это будет непоправимая трагедия.

— Я сообщу ей, что вы беспокоитесь о ней, — ответил тренер. — А теперь прошу вас в бассейн, немного размяться. А я спущусь на гоночный трек, чтобы поторопить их.

Я с трудом вскарабкался по лестнице на верхнюю палубу с бассейном. Но мои труды были вознаграждены. В окружении мозаичного бордюра плескалась бирюзовая вода. Вокруг, в тени, были расставлены шезлонги. Я плюхнулся в один из них. Мягкая музыка приятно действовала на нервы. Вокруг раскинулось море, залитое солнцем.

За много месяцев я впервые расслабился. Я наслаждался. Вот это жизнь! На расстоянии многих миль от сумасшедшего мира. Вдалеке от драматичных событий. Меня обволакивал мир и покой. Даже шум двигателей казался приятным.

Визг!

Вверх по лестнице взлетела Крошка и понеслась вокруг бассейна, как юркая крыса.

На ней были трусики от бикини и ничего больше, даже волосы распущены.

Дикий хохот!

За ней несся Мэдисон в шортах.

— Кто последний, тот тухлятина! — крикнула Крошка, бросилась к доске для прыжков в воду и… Плюх! Меня накрыла выплеснувшаяся волна. Плюх! Еще одна волна, когда в воду упал Мэдисон.

Крошка не вынырнула, а схватила Мэдисона за ноги и потащила его под воду.

Наконец они оба появились на поверхности, подняв при этом огромные волны, которые докатились до меня.

— Боже мой! — завопил я. — Вы меня намочили! Они переглянулись и неожиданно замолчали. Потом подплыли к краю бассейна и вылезли.

(…)! Они схватили меня и… бросили в воду!

Я был лишен возможности протестовать. Рот мгновенно наполнился водой. И едва я начинал говорить, Крошка снова окунала меня в воду.

Наверное, единственное, что меня спасло, — это удары гонга, который принес стюард.

— Ужин через полчаса, — объявил он. — Это предупреждение, чтобы вы успели одеться.

— Одеться? — переспросила Крошка.

— Одеться! — зло прошипел я. — Не можешь же ты носиться по кораблю совершенно (…) голой!

— Это обычное дело, — заявил Мэдисон — На море все по-другому.

— А что мне надеть? — спросила Крошка, плескаясь в воде.

— Вечернее платье! — рявкнул я.

Она поглядела на небо, которое уже затягивалось дымкой перед закатом.

— И правда, уже вечер, — произнесла она. — Значит, пора раздеваться, а не одеваться!

— Я тебе помогу, — отозвался Мэдисон.

Я возликовал! Мне опять повезло. Специалист по связям с общественностью и отличница гонконгской секс-школы прекрасно подошли друг другу, и теперь Мэдисон избавит меня от присутствия Крошки в моей постели.

Несмотря на навязчивое стремление экипажа испортить мне жизнь, все оборачивалось не так плохо.

Я считал себя в безопасности и наивно полагал, что мои враги далеко.

Совершенно не подозревая, что мне уготовано в будущем, я спустился вниз, чтобы переодеться к ужину.