— Да, чуть не забыл, Петр Семенович, когда поедем в Крым, нужно взять палатку для нижних чинов и котловую утварь, а также получить продукты на котловое довольствие и сухой паек на дорогу. Офицеров я могу поселить и кормить у себя на даче.
— Хорошо, князь, держите меня в курсе событий, если возникнут какие трудности — телефонируйте сразу!
6 сентября 1893 г. Петербург, Обуховский казенный механический завод.
Приехал на Обуховский и не узнал машину, похоже работяги и впрямь трудились круглосуточно. Барбет[7] был уже установлен и приклепан, заклепок не пожалели, надеюсь не оторвется, кроме того изнутри он крепился на уголки, также тщательно проклепанные, сделали дверцу и поручни, а также боковые стойки для крыши. Что-то стало уже вырисовываться. Подошел Олег и сказал, что с того кресла, что было установлено, он не видит ничего — глаза ниже кромки барбета, так что надо поднимать командирское кресло, а раз поднимать командирское кресло, то как он сможет давать команды механику водителю, у того вообще голова только возвышается над полом. Подошел инженер и стали думать вместе, Если с сидением командира все решается просто, конечно, потребуется и командирская башенка (как же без нее в проекте достойного попаданца), то как передавать приказы мехводу?
Вспомнил, как в танках Великой Отечественной, в той же тридцатьчетверке, командир просто наступал сапогом на плечо мехвода — налево, направо, вперед, стоп — всего четыре команды и есть. Спросил фельдфебеля, не обидится ли он на такой способ передачи команд, оказывается они его и практиковали, только Олегу неудобно было касаться сапогами погон, поэтому он просто трогал плечи фельдфебеля своей тросточкой. Договорились, что так и сделаем, а то, если увеличить длину рычагов и тоже посадить мехвода повыше, то, скорее всего, переучиваться придется, а времени уже нет. Олег сказал, что вчера приходили замерять их рост и ширину плеч, сказали, что пошьют черные кожаные куртки, так что на плечи куртки можно и сапоги ставить. Я дополнил, что им полное кожаное обмундирование должны сделать и шлемы специальные, чтобы голову от ударов защищать, чем вызвал уважительный взгляд фельдфебеля, да и Олегу идея понравилась.
На следующий день к стойкам приклепали отдельно сделанную в цеху грибообразную покатую крышу, Хорошо, что я был на месте, а то командирскую башенку приклепали бы впереди, а не там, где сидит командир. Олег примерялся к башенке: если встать, то обзор через бойницы башенки хороший, кроме того открывается люк и можно сидеть на срезе крыши во время марша, так вообще отличный обзор, вот только до мехвода не дотянешься в таком случае, но что-нибудь придумаем, С командирского места через боковые и передние люки в барбете все прекрасно видно, вот в бою придется оставить только передние, а то и вовсе закрыть и смотреть через узкие щели командирской башни, а в кресло посадить заряжающего, он, скорее всего, дотянется до мехвода и до боеукладки со снарядами, но это попробуем завтра, когда придут артиллеристы и приедет вооружение. К концу дня принесли из цеха готовые заслонки на люки барбета, дверцу на петлях и все приклепали по месту.
На следующий день появились артиллеристы в количестве четырех человек под командой унтер-офицера Семечко (кстати, фельдфебель тоже малоросс с фамилией Горобец (то есть воробей) и сразу пошли шуточки, что мол "горобец схарчит семечко", на что артиллерист обиделся и сказал, что мы это еще посмотрим, кто лучше свое дело будет делать. Но пикировка пикировкой, а стали решать как приклепывать тумбу для орудия и шкворень для пулемета. Определил сектор обстрела орудия в 60 градусов — от одной стойки до другой, так можно выдвинуть ствол, который у пушки Барановского и так небольшой, сразу, за счет того, что тумба сдвинулась чуть не к краю барбета, освободилось больше места для расчета орудия. Расчертили примерные размеры мелом и попробовали как бы пострелять из орудия.
Выяснилось, что гильзу будет выбрасывать прямо в шею командиру, так что нужно сделать отражатель выброса влево-вниз, а то справа будет пулеметчик и ему тоже будет не в радость попадание латунным стаканом. С пулеметом вроде проблем меньше, сектор обстрела тоже не очень большой, градусов 45, но попробуем потом что-то усовершенствовать. С расположением боезапаса тоже определились, унитарные снаряды расположатся вертикально вдоль борта. Для коробок с пулеметными лентами тоже сделали держатели, в общем, все получилось нормально, даже сделали впереди два ящичка — в одном будет аптечка, а в другой я бы положил огнетушитель, но нет их еще — положили две кошмы для тушения огня. Снаружи барбета сделали крепления для шанцевого инструмента — двух лопат и лома, а топор и кувалду пометили внутрь, к мехводу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
8 сентября 1893 г. Петербург, Обуховский казенный механический завод.
За ночь установили орудие на тумбу и пулемет на шкворневое крепление. Теперь артиллеристы тренировались в воображаемой стрельбе внутри башни. Пришел Олег, всех выгнал и они с Горобцом выехали на пробную пробежку. Все смотрели как гусеничная машина доехала до конца площадки, развернулась, назад прошла змейкой и остановилась. Открылась дверца и капитан, опираясь на поручень, спустился на землю.
— Олег, как обзор и управление? Мне показалось, что машина уже не так резво бегает…
— Да, ты прав, бегает она похуже, вес-то увеличился, но обзор неплохой, мы с Осипычем (это Горобец) уже приноровились. Теперь артиллеристов покатаем.
С артиллеристами так же проехали без проблем, хотя Олег сказал, что иногда они своими спинами обзор ему закрывали. Послезавтра испытаем на полигоне "Ржевка", на что годятся наши артиллеристы.
Осталось покрасить и оставить подсохнуть. Снаружи будет песочный цвет, внутри — зеленый. Хотел было камуфляж, но не поймут, время его еще не пришло. На кресла поставят брезентовые привязные ремни и я попросил сделать еще одно кресло слева (его потом можно убрать), на случай, если государь захочет проехать, поэтому сделать его побольше и помягче.
Доложил Министру Ванновскому о 90 % готовности машины, теперь надо провести стрельбы на полигоне, для чего доставить туда боеприпасы и пригнать железнодорожную платформу для машины, сверху предусмотреть брезент от любопытных глаз, впереди платформы присоединить классный вагон для личного состава, а сзади — мой вагон, все довольствие получить и загрузить в вагон, так как с полигона "Ржевка" мы прямиком отправимся в Крым. Министр сказал, что даст указания порученцу и все доставят, Петр Семенович также поинтересовался, готово ли специальное обмундирование — заказали десять комплектов, на весь экипаж и с запасом на следующих водителей.
11 сентября 1893 г. Артиллерийский полигон "Ржевка".
Прибыли на полигон и получили боеприпасы, а также переоделись в кожу. Вид залихватский, куда там первым авиаторам! Теперь точно никто не пожалеет что пошел в танкисты, то есть бронегусеничники, так решили именоваться, сразу отстранившись от колесных бронемашин. В обслуге полигона я не увидел знакомых офицеров — видать, пошли на повышение. Министр Ванновский обещал приехать ближе к полудню, так что нужно еще потренироваться. Сначала постреляли по мишеням при езде с небольшой скоростью: из орудия не попали, а пулемет неплохо поражал цели с ходу на 150 саженях (около 300 метров) и ближе. При короткой остановке артиллеристы, естественно, разнесли щит вдребезги. Потом попробовали еще раз с ходу попасть из пушки — опять неудача, бронегусеничник развернулся и опять попробовал зайти на цель, выстрел…, и почти попал, но только почти… Машина подъехала на исходный и теперь попробовала сблизится на 100 сажен на полной скорости, перепрыгивая и перекатываясь через воронки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Подойдя на 100 сажен, бронегусеничник остановился и выстрелом разнес цель а потом проутюжил предполагаемую линию окопов, ведя огонь из пулемета по курсу. Нашли окопчик и развернулись прямо на нем, засыпав его грунтом, потом средним ходом поехали на исходную. Открылась дверца и первым спустился командир, опираясь на трость и держась за поручень. Олег остался доволен, экипаж действовал слаженно, а вот унтер Семечко принялся распекать своих подчиненных, пришлось вмешаться и сказать, что для первого раза — просто отлично. Олег построил экипаж и я поздравил всех с первым испытанием новой машины в обстановке, приближенной к боевой. Расходовать пулеметные ленты больше не стали, а постарались отработать орудийную стрельбу.
