Время течёт, галактика меняется. Теперь она свободна от ментального приказа Палпатина и жизнь предоставлена самой себе. Впрочем, надо не забывать, что она работает на гранд-адмирала. Не просто служит ему бездумной куклой или посыльным, а полноценным участником кампании. И эта открытость, конечно, подкупает…
Но не стоит забывать и о том, что Верховный Главнокомандующий никогда впредь не открывал свои карты. По крайней мере полностью. И делал это лишь тогда, когда это соответствовало его планам. Любопытной особенностью Трауна всегда являлось то, что он никогда прямо не лгал. Не договаривал, опускал ряд моментов, но не лгал в глаза. По крайней мере в том случае, когда знал истину.
В общем и целом, Мара не сомневалась в логике Трауна — Палпатин после своей смерти продолжает их использовать для достижения своих целей. Это как раз в его духе — манипулировать разумными из тени.
Что ж в таком случае придётся как следует попотеть для того, чтобы помочь гранд-адмиралу достичь его целей. Потому что Палпатин после своего возвращения, однозначно не успокоится в вопросе воздаяния тем, кто не исполнил его волю или оказался не верен Империи. А оказаться в его застенках ой как не хочется…
Поэтому, пора прекращать рефлексировать и необходимо продолжать ползти сквозь этот мусор. Медленно, не вызывая шума в вентиляции, чтобы достичь…
Ох ты, вот ты ж где, люк. Прямо перед ней. Как и гора пыли, которая собралась за время путешествия.
Сверившись со сканером, который упрямо твердил о том, что она рядом с целью, девушка быстрыми и бесшумными движениями разгребла пыль и мусор, чтобы освободить себе дорогу к прямоугольной вентиляционной панели. Эх… Придётся замаскировать волосы, чтобы не слишком сильно было видно, что она путешествовала через пыльное пространство.
Прислушавшись к Силе, которую она едва-едва начинала контролировать вновь, припоминая уроки, которым её обучали в прошлом, девушка направила неосязаемую энергию в помещение передо собой. Как она и предполагала, здесь находился один дежурный. Скучающий, практически засыпающий. Впрочем, чего ещё ожидать от разумного, в обязанности которого входит обслуживать сервера верфей, находящихся под мощнейшей защитой?
Мара подползла поближе к вентиляционной решетке. Выдернула из кармашка на поясе монитор с оптическим щупом. Просунула длинный конец, заканчивающийся миниатюрной голокамерой меж декоративных прутьев решетки. Изображение на камере продемонстрировало типичную для конторы системного администратора картину — заваленный частями компьютерных внутренностей и объедками пищи рабочий стол, увенчанный несколькими терминалами-моноблоками, на которых выводились данные с сотен сенсоров и компьютеров по всему комплексу грузового терминала верфей Яги Малой. И огромное количество мощных серверов, расставленных, подобно шкафам, перемигивающихся десятками огоньков, по периметру всего помещения. Которое, на мгновение, ни разу не меньше сотни квадратных метров площади.
То, что нужно — прямой доступ к служебной информации. А насколько знала Мара из своего прошлого, каждый сервер хранит немалое количество информации. Впрочем, это уже детали. Главное то, что если имперцы продолжают следовать протоколам информационной безопасности, созданным ещё в первые годы существования Галактической Империи, то есть большой шанс не только на то, чтобы покопаться в данных верфей, но и на большее. Намного большее.
Главный принцип Имперской разведки — информация подаётся по нескольким каналам связи одновременно. Это мера предосторожности для того, чтобы сообщение, посланное оперативником своему координатору, не оказалось перехвачено и изменено с целью дезинформации. Для недопущения подобного, одно и то же сообщение пересылается по множеству каналов связи, что гарантирует в том или ином случае доставление до адресата оригинального сообщения. Правда добавляет работы аналитикам Имперской разведки с целью установления истинности сообщения — когда у тебя условных пять-шесть вариантов одного и того же сообщения, необходимо установить какое из них является истинным. Кажется, что вроде бы это доставляет огромную кипу работы аналитикам, но на самом деле всё намного проще.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Каждый агент Имперской разведки имеет свой собственный «почерк» составления документов. Особое построение фраз, способ многократной кодировки информации, намеренные ошибки, которые легко списать на общую безграмотность, но на самом деле являются лишь «намеренными» знаками идентификации информации. Таких способов много — тысячи, если не миллионы. Безусловно, многие из них известны аналитикам Имперской разведки. Но некоторые всё же до сих пор не скомпрометированы разведчиками Новой Республики. А следовательно… при должном подходе она получит гораздо больше, чем простые данные о грузовых манифестах. Но только в том случае, если имперцы продолжают подключать к тайным каналам связи банки данных, которые не должны быть к ним подключены — официально. Но Имперская разведка, а в частности — Убикторат — любят запускать свои лапы туда, где им не место.
Пронаблюдав за системным администратором несколько минут, девушка вернула устройство наблюдения на место, после чего вынула специальный инструмент. Небольшая трубочка, в которой находится баллончик со сжатым воздухом. Под очень высоким давлением. И всё для того, чтобы выстрелить иглообразные снаряды с содержимым самого разнообразного содержания. За тем исключением, что время реагирования химического содержимого в иглах-дротиках одно — мгновенное. Ну или почти. Зависит от индивидуальных особенностей организма. Впрочем, этот паренек достаточно худощав для того, чтобы снотворное сработало мгновенно. Конечно, можно было бы использовать и нервно-паралитическое вещество, но какой смысл? Этот парень не враг. Не республиканец, не предатель… он имперец, простой работяга, который получает кредитов десять в час за свою работу. Впрочем, она и не особо пыльная.
И тот факт, что в помещении нет не единой камеры наблюдения, лишь подтверждал тот факт, что местная администрация не очень то и верит в нарушение безопасности этого помещения. А потому «работничек» ведёт себя так… наплевательски.
Девушка, нацелив дротикомёт на свою жертву дождалась, когда системный администратор начнёт позевывать и потягиваться, после чего произвела выстрел. Тонкая игла прошла сквозь засаленную рубаху, впилась в подмышечную впадину человека.
— Ах ты зараза, — только и успел выговорить системный администратор, подумав, что его укусила какая-то ползуче-летуче-кусачая тварь из породы москитов. Но разобраться в чём дело парнишка не успел — его веки и тело расслабились. Парень уснул. И проспит часа полтора. Зато проснётся свежим и отдохнувшим. Многим бы так хотелось. Но вряд ли получится.
Девушка, прислушавшись к храпу молодого мужчины, поддела декоративную пластину, осторожно поместила её на другую часть вентиляционной шахты. После этого, ухватившись пальцами за края прямоугольного проёма, вытолкнула тело наружу, негромко чертыхнувшись от того факта, что вслед за ней всё же вылетел клуб пыли и грязи. Который грохнулся на стол, смешавшись с компьютерным «добром» и «объедками».
Просто блеск.
Мара, покачав головой, прошла ко входной двери. Внимательно осмотрела декоративную накладку панели управления, после чего аккуратно её вскрыла без повреждений. Взглянув на механизм, девушка вынула из жёсткой манжеты рукава костюма тонкую иглу, после чего воткнула её в переплетение проводов, устроив короткое замыкание системы блокировки двери. Ну всё, теперь без взлома эту панель не открыть. А она явно из бронированного материала. Придётся постараться — ведь другого входа тут нет. В том числе и аварийного.
Впрочем, нарушения пожарной безопасности со стороны руководства терминала её не интересовали.
Девушка приблизилась к главному моноблоку. С брезгливостью убрала с клавиатуры куски пищи. Н-да, какая неряха.
С головы девушки упал клок пыли, прямиком в кружку с давно остывшим кафом. Проследив её полет, Мара хмыкнула, посмотрев на системного администратора. Ну да, кто бы критиковал.
