href="ch2.xhtml#id18" class="a">[48], которому Петя платил десять рублей в месяц и кормил во время путешествий. Так оказалось проще всего и даже выгодней, десять рублей — расход небольшой, а из каждой поездки молодой маг старался привезти деньгами и подарками не меньше ста рублей.
Основных источников дохода было два. Во-первых, почти в каждом городке находились состоятельные клиенты, которых от чего-нибудь надо было вылечить. От подагры у стариков до юношеских прыщей у деток. Или у купчихи какой бородавку свести и пару лишних подбородков убрать. Это не те болезни, которые государев целитель бесплатно лечить обязан, но, почему бы не помочь хорошим людям за хороший подарок?
Во-вторых же, Петя не забывал указать местному начальнику, что он в поездке не просто по целительским делам, но и с инспекцией. И о своих впечатлениях обязательно будет высокому начальству отчет писать. И указать там может всякое разное. Ну а поскольку взятки и прочие подношения — неотъемлемая часть культуры российской, то местные чиновники обязательно скидывались на скромный подарок ушлому коллеге, приравненному к надворному советнику.
Причем Петя следил, чтобы подарок был действительно скромным (не превышал ста рублей), и если было больше, возвращал лишек, говоря, что ему, конечно приятна высокая оценка его заслуг, но — не положено. Почему «не положено», не объяснял, но подход вызывал невольное уважение и отбивал всякое желание послать ему вслед кляузу более высокому начальству. Впрочем, опытные чиновники и сами знали примерную таксу благорасположения начальников разного ранга Табели, и довольно скоро стали воспринимать Птахина, как «своего». Даже городничий Фоншольский стал на него смотреть… более осторожно, что ли.
Из своих поездок Петя, как и собирался, стал привозить понемногу разные травы, грибы и ягоды. Не столько сам искал, сколько на местные рынки заглядывал. Деревенских знахарей (встречались здесь и такие) тоже не чурался. Наоборот, не чинился и даже помогал некоторым правильно зелья приготовить. С магией-то они не в пример более сильными получаются. А за труды теми же редкими травами разживался, из которых потом в Мезени уже сам разные зелья и эликсиры готовил. Большую часть потом относил в аптеку при земской больнице. Так что еще и оттуда небольшой доход имел.
В меру сил изучил и отрезанный кусок ступни «Золотой бабы». Но здесь особо не преуспел. Надо бы трофей магу земли показать, да куча ненужных вопросов сразу возникнет, так что молчал. Даже сестре не показал. А так, выяснил, что появился у него еще один и очень емкий накопитель «темной энергии». Во много раз больше его серого алмаза. А вот из чего сделан — непонятно. Снаружи, похоже, листовое золото. Внутри какой-то неизвестный Пете камень. Серый и твердый. Особо ковырять не рискнул, попортить страшно. Проблему получения «темной энергии» он так и не решил, а тут такой запас.
Клавдия тоже неплохо обжилась. Знакомствами обросла, все больше среди солидных людей. Что ни день, либо сама к кому-нибудь в гости отправляется, то у нее кто-нибудь чай пьет. Все Петины дальневосточные запасы под это дело реквизировала. Тот не возражал. Сам ценителем чая так и не стал. То есть умел, как хороший приказчик чайного магазина, расписать и аромат, и особо сложное приготовление (большей частью сам выдумывал), но самому было почти все равно, что пить. Лишь бы «веником» не пах.
Единственное, что беспокоило в этой, в общем-то, размеренной жизни, это некоторая неопределенность с дальнейшими планами. На сколько он здесь? На три года или и дальше тут останется? Отсюда — стоит ли тут более основательно обживаться?
В принципе, Петю это пока не особо волновало. Всего-ничего тут живут, со временем разберется и решит. А вот сестре хотелось определенности. Оно и понятно. Если замуж выходить, лучше, чтобы брат-маг где-нибудь неподалеку жил. Кой толк от него будет в другом городе? От этого и к ней самой отношение возможной родни принципиально разным будет. Но ответа пока не было.
Вот так в трудах праведных лето и пролетело.
Тем временем, подошел к концу период навигации. То есть суда из Мезени в Архангельск и обратно продолжат ходить всю зиму, а вот Северный завоз подошел к концу. Предназначенные северным поселениям товары увезены и доставлены до места, тамошние дары природы и недр свезены на склады в Мезень.
У городничего наступила горячая пора, он сутками не вылезал из своего кабинета. Видимо, сводил концы с концами, ожидая приезд Его Высочества. Положение «доверенного лица» не только поднимает статус, но и заставляет крутиться, как белка в колесе.
На Пете это тоже сказалось самым негативным образом. Шольский проводил каждый день десятки встреч с самыми разными (но обязательно — небедными) людьми, связанных с работой Северного Товарищества. Банкиры, владельцы судов и складов, промышленники, оптовики, строительные подрядчики и люди поменьше — капитаны, бригадиры грузчиков, служащие (руководящие) Северной железной дорогой, управляющие торговых постов (вроде Оравы, который, кстати, тоже приезжал), просто чиновники, в общем, несть им числа. И всех этих господ городничий взял за правило после встречи с собой отправлять на прием к местному магу-целителю, то есть Птахину. И все они рассчитывали на его время и внимание. Так что целый месяц Пете пришлось начинать прием в восемь утра, а заканчивать уже ближе к полуночи.
Нет, знакомство с таким количеством не самых последних в губернии людей стратегически было делом полезным. Если правильно себя подать, конечно. Всякие мысли о том, что он лишь мелкий служащий Северного Товарищества на подхвате у городничего, приходилось безжалостно пресекать. Петя и сам с усам. Здесь он по распределению и ради получения обширной практики, что способствует росту силы мага. Это сейчас у него только пятый разряд (приравнен к седьмому рангу Табели), но какие его годы. Городничего он чинами точно обойдет. А что «доверенное лицо»? Так и Петя был представлен Государю и удостоился личной похвалы за участие в блокаде османского города Томы. С вручением ордена, которых у Птахина в двадцати годам уже три.
Жаль только, что работать приходилось бесплатно, и уставал к концу дня он очень сильно. Никаких дополнительных премий вредный городничий ему не выписал, хотя намекнул, что все может быть по итогам визита высочайшего лица. А пока же, наоборот, при вручении очередных двух десятков червонцев (за прошедший месяц) настойчиво попросил пять из них вернуть назад. Не в качестве штрафа, а сбора на торжественный обед, которые благодарные служащие Северного Товарищества устраивают в честь приезда его высочества Владимира Васильевича.
Спорить не стал, хотя сам факт обязательных взносов не одобрил. Могли бы и в
