На Одесской киностудии продолжаются съемки другого будущего телехита — «Место встречи изменить нельзя». Съемки проходят без исполнителя главной роли Владимира Высоцкого, который, отснявшись в сценах «в бильярдной», уехал из Одессы (ему предстояло играть на сцене «Таганки», а также провести ряд гастрольных туров по стране). Пока на съемочной площадке не было Высоцкого, работа не останавливалась и снимались эпизоды без Жеглова. В частности, пролог фильма, который в окончательную редакцию не вошел: Шарапов (Владимир Конкин) и Левченко (Виктор Павлов) выполняют разведывательное задание за линией фронта. Между тем буквально накануне этих съемок они едва не сорвались из-за того, что Конкин надумал… уйти из картины. О том, почему ему в голову пришла такая мысль, рассказывает сам актер:
«Работа над фильмом началась, но первые результаты никому не понравились. Тогда вдруг, совершенно неожиданно, Станислав Сергеевич Говорухин сказал фразу, которая меня просто сразила наповал: «Володя, ты меня предаешь! Я так тебя отстаивал, а у нас ничего не получается…»
Наверное, Говорухин не хотел меня обидеть. Должно быть, слово «предательство» для него значит гораздо меньше, чем для меня. Но я почувствовал себя уязвленным, униженным — как будто пощечину получил. И впервые отчетливо понял: никому я в этой картине не нужен.
Тогда я тихо собрал свой чемодан и уже решил было уезжать, как вдруг в дверь моего гостиничного номера постучался Виктор Павлов, с которым мы должны были сниматься в прологе фильма. Витя спрашивает: «Чего это ты чемодан собрал?» — «Да вот, Вить, уезжаю я. Не могу больше работать в такой обстановке, когда все тебя не любят, не понимают, а теперь еще и в предательстве упрекают. Да и Высоцкий давит, как танк, ничего не слушает, тянет одеяло на себя…» А именно так и было, чего скрывать? Не знаю, может, кому-то и приятно, когда на него орут. Мне приятно не было, у меня просто руки опускались… Другая порода, понимаете? Не толстокожий я, что ж поделаешь.
А Вите Павлову я буду по гроб жизни благодарен. Он взял сценарий и говорит: «Ладно, давай пойдем подышим. На поезд ты еще успеешь, я тебя даже провожу». Мы вышли на улицу. Смеркалось. А неподалеку от нашей гостиницы был то ли институт марксизма-ленинизма, то ли еще что-то в этом роде, и там стояли на пьедесталах Маркс и Ленин. Вот в этих декорациях Витюша начал читать сценарий. Как смешно было!.. Мне и в голову прийти не могло, что это, оказывается, просто комедия, водевиль, канкан на тему борьбы с бандитизмом! По крайней мере в интерпретации Витюши все выглядело именно так. Он вообще прекрасный рассказчик, знаток анекдотов и всяких смешных историй. Как он читал!!! И в обнимку с Карлом Марксом, и в обнимку с Лениным… Я просто умирал от смеха! В общем, ему удалось вырвать меня из атмосферы всеобщей агрессивности, поддержать и успокоить. Мы вернулись в гостиницу, распили бутылочку сухого вина, и я, умиротворенный, заснул. Наутро моих страданий и след простыл, и я уже был готов к дальнейшей работе…»
Владислав Дворжецкий находится на гастролях в Поволжье. 21 мая он позвонил жене и сообщил, что у него вырисовывается несколько свободных дней, которые он хочет провести дома. На следующий день он приехал в Москву. Вот как об этом вспоминает его жена Н. Литвиненко:
«Мы договорились, что я его встречу. Хотя он делал вид, что не любит проводов-встреч, но на самом деле всегда был очень рад и тому, и другому.
Утром пытаюсь поймать такси, а его все нет… Катастрофически опаздывая, я все-таки долетела до вокзала, прибежала на перрон — а там нет не только Владика, даже поезда уже нет. Расстроилась ужасно!.. Опять в такси — и домой. Подъезжаю к подъезду — и, о радость, вижу, как Владик выгружает вещи и коробки из такси. Увидев меня, шагнул и сказал: «А я уж было подумал, что ты у мамы в Подольске!». Потом мы поехали к Таисии Владимировне (мать Владислава. — Ф. Р.) и весь день были у нее.
К вечеру я засобиралась домой, так как там осталась одна моя собака — колли Карри. Ее надо было вывести погулять, накормить… Таисия Владимировна стала просить Владика переночевать. Тогда он попросил меня тоже остаться. А собака?.. И я уехала. Но на следующий день (23 мая), уже рано утром, Владик был дома. И пожаловался: «У меня всю ночь так болел живот…» Но это были уже спазмы, связанные с заболеванием сердца и сосудов, которые отдаются в животе и пищеводе. У моего отца тоже было больное сердце, он перенес ранний инфаркт, поэтому я с детства знаю, что это такое…
— Владик, я тебя прошу, давай поедем в больницу, давай покажемся врачам…
— Я не могу ничего изменить, ты же понимаешь… Вот приеду и обещаю — буду лечиться столько, сколько нужно.
На другой день в четыре часа с Белорусского вокзала у него отходил поезд (Дворжецкому предстояли недельные гастроли по Белоруссии. — Ф. Р.). Я прибежала с работы. Договорилась с машиной, чтобы не ловить такси. Купила ему новый плащ. Он очень ценил это, поскольку… я думаю, не очень много ему в жизни перепало заботы… Идем мы по перрону. Влад возвышается над толпой (рост-то метр восемьдесят!), красивый, в новом плаще, только бледнее обычного. И потихонечку от меня засовывает таблетку под язык. «Тебе плохо?» — «Прекрасно», — и улыбка во все лицо…
У нас с Владиком был уговор: простившись, развернулись в разные стороны и уже не оглядываемся друг на друга. «Не оглядывайся» было законом. Но когда я провожала его в последний раз, уже уходя по перрону, я вдруг оглянулась. Какая-то тяжесть навалилась на меня, и я не выдержала. Владик плохо себя чувствовал, но я не боялась, все-таки надеялась, что, когда он вернется, мы будем серьезно его лечить. Оглянувшись, наткнулась на его взгляд, и он тоже смотрел мне вслед. И вот это меня поразило больше, чем то, что я сама оглянулась… Мы помахали друг другу, и я сломя голову побежала проводить комиссию по делам несовершеннолетних. Хотя мне так хотелось постоять и подождать, когда уйдет поезд… Это было нашим последним прощанием…»
В тот же день, когда Дворжецкий покидал Москву (в среду 24 мая), в столице случилось ЧП: вооруженный террорист захватил офис финской авиакомпании «Финнэйр», что в проезде Художественного театра. Это произошло утром. Преступник, вооруженный обрезом и в черной маске, забежал в офис и, произведя выстрел по витрине, потребовал вызвать к нему руководителя компании. Когда тот появился, террорист заявил, что хочет улететь в Финляндию и компания должна ему в этом помочь. «Иначе всех перестреляю!» — орал преступник.
Спустя пять минут к месту происшествия уже подтягивались милицейские службы. Первым возле «Финнэйра» оказался наряд во главе с лейтенантом Дмитрием Титенковым из Фрунзенского РУВД. Милиционеры подогнали к дверям офиса «рафик», груженный книгами, пытаясь тем самым лишить террориста обзора. Под прикрытием автомобиля Титенков добрался до входной двери и заглянул внутрь. То, что он увидел, смахивало на кадры из западного боевика: сотрудники компании лежали на полу, а террорист в маске и с обрезом стоял над ними и кричал, чтобы ему предоставили возможность улететь за границу. Титенков сделал попытку разрешить конфликт по-хорошему. Он предложил преступнику выйти и сдаться, на что тот ответил выстрелом из обреза. Пуля угодила в «рафик». Лейтенанту не оставалось ничего иного, как идти на штурм (у милиционеров была собака, но пускать ее внутрь было нельзя — она могла не разобраться, кто преступник).
Выждав момент, когда террорист отвлекся, Титенков проскочил в предбанник офиса. Затем с помощью палки он приоткрыл первую дверцу, потом вторую. Прямо перед собой, в нескольких шагах, он увидел лежавшего на полу заложника — мужчину средних лет. Лейтенант попытался подать ему сигнал, но в это время его заметил преступник. «Ах ты падла!» — заорал террорист и выстрелил в милиционера. Однако пуля и на этот раз не достигла цели, ударившись в стену. Пока бандит перезаряжал обрез, Титенков крикнул заложнику, чтобы тот бежал на улицу, а сам сменил дислокацию — отбежал к другой перегородке. Едва он успел это сделать, как террорист выстрелил еще раз. Но пуля снова угодила в бетон. Титенков произвел ответный выстрел из «Макарова», но и он оказался неудачным.
Поединок милиционера и террориста продолжался в течение нескольких минут. За это время лейтенант семь раз подставлял себя под пули, пытаясь тем самым лишить преступника патронов. Сам лейтенант произвел из табельного пистолета всего три выстрела. Но решил исход этого поединка отнюдь не свинец. Когда нервы террориста не выдержали и он подбежал к тому месту, где спрятался лейтенант, чтобы расстрелять того в упор, Титенков бросился ему навстречу. Ударом ноги страж порядка выбил у бандита из рук обрез, после чего повис у него на плечах. В тот же миг в офис ворвались коллеги лейтенанта, и общими усилиями террориста удалось обезвредить. За проявленное мужество лейтенант Дмитрий Титенков был награжден орденом Красной Звезды.
