кругу людей, которым могу доверить свою жизнь. Не знаю почему! Вот не знаю…
Отчаянно мотнув головой, Колег рухнул обратно на стул. Резко схватил бутыль и наполнил всем нам бокалы, расплескавшиеся после яростных ударов ладонями по столу.
— Мы использовали стальные стрелы. Сталь! У нас не было иных материалов. И да… — Колег взглянул на Дрюню,… ты прав, стрелы отскочили от их кровавых доспехов. Ворота быстро пали. Наша непреступная крепость вдруг превратилась в место кровавой бойни. Я тогда спустился с помоста, и медленно побрёл к сражающейся толпе. Мои ладони тряслись вместе с зажатым в них мечом. Я словно не дышал. Такой страх я испытал впервые. Нет, я не убежал, не считайте меня трусом. Но когда брызги горячей крови залили мне лицо, я оцепенел. Я замер. И так и остался стоять на месте, глядя на спины сражающихся. И лишь когда появилась прореха между спинами наших воинов, я тут же её занял. Двадцать «кровокожих» были взяты в кольцо. Казалось, у них нет ни единого шанса на победу, но так казалось тем, кто стоял поодаль, кто не видел всего ужаса, что творился в самом центре кровавой бани. Где «кровокожи» уже стояли на людских трупах и стремительно выгрызали кольцо изнутри.
Колег мучительно скривил лицо, опустошённо глянул в сторону, где не было ничего, кроме голой стены и вороха грязных вещей, разбросанных по полу. Затем ударил ладонью себя по груди и принялся растирать, водя пятерню по серой рубахе, на которой уже проступали влажные пятна пота.
— Боец, стоявший по левую руку от меня, — продолжил хозяин, но его голос лишился прошлой уверенности, стал каким-то нервным, — умер у меня на глаза. Кровавое лезвие отсекло ему руку и раскроило голову. Он замертво рухнул, залив меня и стоящих позади меня воинов своей кровью. «Кровокож», убивший его, после смертельного удара развернулся ко мне правым плечом. У меня было мгновение. Я уверовал в судьбу. Мне хотелось отомстить, и я ударил, не раздумывая. Лезвие моего меча точно ударило в шею «кровокожа». Но ни крови, не жуткого хрипа… ничего… я не услышал ничего того, что всегда происходит после такого удара! Опешив от увиденного, я быстро замахнулся, но ударить по этому ублюдку не успел. Откуда-то снизу с воем вылетело кровавое лезвие и вспороло на груди мой доспех и оставило на теле глубокий шрам. Плоть и мясо рассекло до самых костей. Чудо, что я выжил. Я рухнул на кучу трупов и чувствовал, как из меня медленно вытекает жизнь, и с каждой потерянной каплей крови мои веки становились тяжелей. Я почти закрыл глаза, но остатки сил подарили мне лучшие мгновения, которые мне посчастливилось увидеть в своей жизни. В тот ясный день узкая щёлочка между век даровала мне узреть великую победу!
Колег с гордость задрал голову. Истерзанные губы смочили кончик папиросы, после чего мужчина затянулся. Огромный кусок пепла обвалился прямо в стакан, но Колега это ничуть не смутило. Он осушил кружку до последний капли. Опалые щёки и тонкий нос выстроились в какое-то подобие наслаждения, что подчеркнул мелькнувший на секунду блеск глаз, когда опустевшая кружка вновь наполнилась до самых краёв.
Я испугался, что увлекательный рассказ может прерваться из-за переизбытка алкоголя, но стало ясно, что перед нами сидит не какой-то грязный пьяница. Тощий мужчина в потной рубахе прекрасно знает свою меру. Пусть пьёт, мы ему не мешали. Когда надо, тогда и остановится. Не каждый сможет рассказывать подобное, вечно проглатывая подступивший ком к горлу.
— Герцог Петрас никогда не был трусом, — продолжил Колег, — и в тот день он и не думал прятаться за спинами своих воинов! Он громко проорал на всё поле боя «Расступись!» и стена из воинов расступилась. Кольцо разомкнулось. Петрас вошёл внутрь, держа перед собой меч. Я видел это! Я был в том кольце, истекал кровью, но продолжал смотреть. Битва не прекратилась. И даже не прекратилась, когда Петрас оглушительно взревел «Что вам надо?»
Колег снова посмотрел на меня с каким-то неприкрытым подозрением. Словно пытался разглядеть во мне что-то ему больно знакомое, что-то, что он уже позабыл, но моё появление вдруг разбудило крохотную частицу давно позабытого.
— Там была женщина, — сказал он, кивая головой. — Точно. Я уже и позабыл. Такая же, как и ты… только лицо полностью скрыто за чумной маской, искажающей женские черты.
— Колег, случайно не под такой?
Я встал из-за стола и вышел чуть в сторону, ловя на своём животе прямоугольник света от палящих в печи углей.
Колег кивнул головой.
— Такая же, как в тот день! — на его губах выступили слюни. — Она точь-в-точь, как была на той женщине! Какое вы отношение имеете к ней?
— Успокойся, Колег, — промурлыкал Дрюня, — мы ищем её.
— Для чего⁈
— Нам необходимо понять, откуда они пришли, и кто они вообще, — Дрюня промочил брагой горло и уставился на хозяина с какой-то хитринкой во взгляде. — Тебе же самому должно быть интересно, согласись?
— Мне плевать на них! Но если вы хотите убить этих тварей, я вам помогу! Может, хотя бы сейчас я буду полезен. Ведь в тот день я лежал в полном беспомощности и был абсолютно бесполезен. Мог лишь смотреть, как из кучки «кровокожих» вышла женщина. Выдернув окровавленный меч из поверженного солдата, она уставилась на Петраса. А затем шагнула ему на встречу. Её забрызганный кровью доспех вдруг стал чистым. Багровые пластины в лучах солнца заиграли алыми красками и выглядели по-своему устрашающими. Ни единой капли чужой крови не осталось даже на её мече. Словно всё смыл дождь, но дождя в тот день не было. Она перешагнула через трупы и встала напротив Петраса. Она тогда сказала, что нет смысла с ним общаться. Мы не подчинились раз, не подчинимся и два. Нас всех убьют. И зальют леса нашей кровью.
Колег вдруг притих. Проглотив слюну, он поднёс папиросу к губам и крепко затянулся. За окном сверкнула молния и оглушительный удар грома сотряс крышу дома и пустые кружки на столе. Со стороны печи вдруг раздался визг. Я кинул туда напряжённый взгляд, мои пальцы машинально поползли к рукояти меча, которого при мне и не было. Надо меньше пить… Мои опасения оказались беспочвенными.
Кара крепко спала у печи, подёргивая лапками. Взвизгнув еще пару раз, её тело содрогнулось. Она замолкла. Лишь вздымающаяся грудь подсказывали нам, что с ней всё
