его резервах и планах. Хватило одного языкастого пленника, который, увидев, с кем именно их командир решил помериться калибром, сразу же всё рассказал. Вообще, к вертолёту долгое время никто не подходил. Были одинокие путники, что копошились и рисковали, пытаясь найти оружие или ещё хоть что-нибудь. Один забрал ставший ненужным шлем пилота. Второй унёс ящик с инструментами. Их третий друг утащил с собой штатную аптечку. Больше на вертолёте ничего полезного, из того, что они могли бы утащить и быстро притянуть в свою берлогу, не было. Очевидно, что эти одиночки, у которых из оружия были лом да пистолеты, не являлись нашей целью. А вот когда они вернулись спустя четыре часа с подмогой, чтобы разобрать вертолёт на винтики и стащить с него штатное вооружение, по ним ударили и едва ли не всех перебили те, кого мы так ждали. Терпение позволило нам заполучить награду, а разведчик вражеской группы, отправленный в дозор, стал нашей жертвой. Тихо, к сожалению, уйти не удалось, но бронированное авто, на котором они умчались в Лимон, даже не получило серьёзных повреждений.
Я с удовольствием прослушал данные об этой группе авантюристов. Они называли себя Орлами из Таламанки. Таламанка — одна из классических тропических деревень, разросшихся до размеров города за счёт туризма. Не во всех прибрежных городках вроде него возникали терминалы. Но в этом городе он был, в отличие от всех соседних. Это позволило людям, захватившим власть в Таламанке, почувствовать себя королями. Чуть южнее от них дороги заканчивались, и путь к панамским границам нужно было преодолевать пешком либо на лодке вдоль побережья. Трассы уходили к пограничным районам ближе к горам. Зомби в этом районе, как и жителей, было не очень много, и как-то так случилось, что в этот район они практически не приходили. Бывало, в соседние города спускались с гор, и люди охотно искали защитников. Люди из Таламанки, имеющие доступ к терминалу, прекрасно справлялись с этой задачей, ощущая себя с каждым днём всё более и более важными шишками. Орды до них не доходили, уничтожаясь чуть менее чем в ста километрах севернее, у Лимона. Местных зомби прикончили на раз-два. А панамские были ликвидированы армейскими подразделениями.
Вот этим недотёпам, которых всего-то было пятьсот вооружённых и опасных бойцов, пришла в голову гениальная идея создания собственного государства. Тем более что в какой-то момент число беженцев из Лимона, что шли к ним день за днём до моего прихода, лишь увеличивалось, вместе с бьющей в голову властью. Большое количество земли, труднопроходимые горные тропы, жаркие джунгли, в которых пока ещё хватало еды для людей, морская рыбалка, охота и собирательство… Их район выглядел действительно подходящим на роль тропического рая. Ни зомби, ни буйных соседей, ничего. Панамцы к ним не лезли, занимаясь своими землями и оборудуя блокпосты на дорогах, размещая наблюдателей по многочисленным горным тропам. Вдруг мимо Лимона всё-таки просочится и пойдёт дальше по петляющим горным дорогам орда? Лимонцы сами в этот район тоже практически не лезли — нечем там было поживиться, ведь там даже терминалов не было, а вот местных голодных ртов — предостаточно. Но красть еду я запретил, а добывать её, как и любую другую добычу, можно было лишь там, где есть зомби и много ничейных вещей. Другими словами — они в большинстве своём топали в сторону центральной части страны, к столице и её густонаселённым городам-спутникам.
Почему же они вдруг набрались смелости и решили атаковать вертолёт? Сложно сказать… Этого не знал даже пленный, но он говорил, что командир этих людей долго ругался на «снайпера», так удачно захватившего в прицел нашу технику и так неудачно для них нажавшего на спусковой крючок. Мы выжили и исчезли, к их большому разочарованию. Ну, ещё говорят, он был пьян и стрелял на спор. Если это действительно правда, то у меня много вопросов к госпоже удаче. Тут обученный боец с первого раза не факт, что всё сделает как нужно. А этот больной на голову… Как бы там ни было, это можно было считать объявлением войны. Два молота выспались после битвы с зомби, погрузились в немногочисленную, но добротную технику, предоставленную лимонцами, операторы дронов достали коробки с техникой и выдвинулись на юг, по дороге останавливаясь в каждом населённом пункте и объявляя выжившим местным жителям новую политику партии. Отныне они — часть Лимонского союза, который, в свою очередь, имеет договоры о сотрудничестве с фракцией круизеров и непосредственно альянсом государств Центральной и Латинской Америки, ставших под общие знамёна в борьбе за свободу, независимость и цивилизацию. Желающих оспорить наше решение у них не было. Да и большинство из них уже давно считали себя частью Лимонской группировки. Просто теперь они поняли, что Лимон не сам по себе, а немного круче и солиднее на мировой арене.
Когда же дело дошло до территорий Орлов из Таламанки, люди просто пожали плечами и указали, в каком доме сидят их представители. Вежливо постучав в дверь, выяснилось, что никого в доме нет, и представители ближайшего к Лимону «независимого государства» Таламанка сбежали, услышав о приближении большого количества военных. Вообще, когда мы сюда вошли, здесь уже были бойцы из Лимона — добровольцы, что знали местных и пришли им вправить мозги. Но, видимо, происшествие с похищением их разведчика и вид боевых костюмов остудили пыл и заставили их всех ретироваться.
Как и ожидалось, они забаррикадировали свой город и окружили его частоколом, который, впрочем, ни за что не остановил бы нас. Высоко над городом летали десятки дронов, демонстрируя наше превосходство в воздухе. Из Панамы приплыл для моральной поддержки один из боевых кораблей сопровождения флота, наставив пушки в сторону города, а я лицезрел строящийся штаб. Да, недалеко они ушли в своём развитии. Но о независимости успели раструбить направо и налево.
Когда пятёрка бойцов в силовой броне постучала в ворота частокола, попутно погнув и сломав крепления, на которых держались ворота, их сторона запросила переговоры. Я не стал уничтожать оплот независимости в этих землях и согласился на переговоры, итогом которых стало полное разоружение местных, сдача в плен их снайпера-ПВОшника и уверения в исключительной миролюбивости их лидера. Я послушал все эти полные лести слова и решил, что отныне Орлы из Таламанки расформированы. Половина их бойцов отправится в виде «военного налога» на другой край земли служить круизерам, другая половина станет частью гарнизона Лимона. Сам Лимон заберёт эти земли под контроль и обеспечит их безопасность и работу. Если они хотят
