Читаем без скачивания Люди и чудовища. И прибудет погибель ко всем нам - Кристина Ива

Хаокин размышлял о словах сестры. Правда ли он сам причинял себе зло? И можно ли было поступить иначе? Наверное, можно. Но стало ли бы тогда лучше? Не уверен. Трудно думать, когда боль переполняет, а ты даже не понимаешь, откуда она. Дождь капнул Хаокину на плечо.

— Я сделаю то, о чем ты меня просила.

Они спустились на второй этаж и сели на полу на колени. Хаокин взял бокал с водой, зажег лучинку. Она горела еле-еле, из нее исходил легкий дым. Хаокин провел им над водой, шепча заклятие. Затем передал бокал Элеон. Она судорожно взяла его из рук брата. Что если он прав и то, что она увидит, ей не понравится? Девочка отпила воды и закрыла глаза. Хаокин с ужасом наблюдал за сестрой.

Она наконец взглянула на него.

— Спасибо тебе. Я вспомнила, — прошептала Элеон и улыбнулась. — Мы жили с троллями, и у меня был друг. Мы играли, а еще он как-то свалился, и мама на него кричала. Нас с тобой воспитывали родители-тролли. Помню, как скрывала от тебя слезы, когда они умерли, ведь я знала, что тебе и так плохо. А еще ты ведь подарил мне на день рождения платье, которое я так хотела. И помню, как ты мне бабочек показывал, и я думала, что это какое-то волшебство. И мы на лодке катались. Я, кажется, пела в хоре. И…

Хаокин вдруг выхватил из рук сестры бокал и отпил воды. Элеон замерла. Брат тоже. Хаокин глядел в пол широко открытыми глазами, но словно находился уже не здесь. Свет лучинки дрожал на его лице, и Элеон это пугало. Затем Хаокин пришел в себя. Он заморгал и медленно перевел взгляд на сестру. Потом молча встал и побрел прочь. Элеон спохватилась и побежала за ним. Она увидела брата у лестницы. Он стоял, облокотившись на перила, и закрывал лицо рукой, будто плачет. Но когда Элеон подошла, она поняла, что слез нет.

— Ксандр! — закричала она, как в детстве, и обняла его.

История обезличенного мальчика История прошлого XV

Шел сезон дождей. Дорога была неблизкая, а повозка без крыши. Дети сидели под тканью и молча ждали, когда всё это кончится.

Ксандр не мог оставаться в той деревне. Подросток разыскал Туве и попросил найти ему с сестрой новую семью. Мол, нужны простые люди, у которых нет детей, но которые их хотят. То есть как попросил — запугал. Туве однако выполнил просьбу мальчика.

Новая деревня. Новый дом. Ксандр всё больше убеждался, что люди вообще-то везде одинаковые. Только сама жизнь разная, отношение к ней отличается. Правила везде свои, и оценивают тебя везде по-своему. В новой деревне не принято ходить в церковь, но на субботник обязан идти каждый. Здесь можно учиться, но нельзя работать на себя. Здесь все друг друга знают и ходят по гостям, но за колдовство закидают камнями младенца.

Женщину, у которой дети поселились, звали Алёной. И она являлась главой семьи. Муж ее, Степан, был слишком задавлен супругой, чтобы иметь свое мнение. Алёна сразу полюбила Элеон, скромную и милую девочку, которая делала всё, что ей велят. И с первого взгляда возненавидела Ксандра за отличные от сестры качества.

Алёна казалась Ксандру невыносимой. Женщину раздражало всё, что делал подросток. Он честно старался не бесить, потому что уже устал бесконечно бороться с ней, но Алёна постоянно орала на него. То мальчишка смотрит недостаточно уважительно, то уходит без предупреждения, то грубо отвечает, то «мешает воспитанию». Ксандр не выдерживал и сам кричал на Алёну. Элеон со Степаном не вмешивались в их ссоры.

Ксандру не нравились порядки деревни. Он не любил таскаться раз в три дня по очередным родственника и друзьям Алёны. Ему было мучительно скучно сидеть за столом и просто разговаривать. Но мальчик это скрывал, хотя, может, не очень умело.

Вообще Ксандр прилагал много усилий, чтобы обжиться на новом месте, но у него не получалось быть как все. Что-то всегда проскальзывало: резкие слова, слишком смелые и в то же время сумасбродные поступки. Однажды подросток сидел в гостях и всех позвали к столу. Всех, кроме грязненького мальчонки, жмущегося около печки. И этот мальчонка так жадно смотрел на еду, что Ксандр не выдержал. «В чем дело? Почему он не садиться за стол?» — спросил подросток. Хозяева удивились: «О ком ты?» — «О мальчике за печкой». — «Ты домового имеешь в виду?» Ксандр побледнел.

Это перерастало в проблему. Ксандр уже не понимал, что реально, а что нет.

Как-то начался пожар и Ксандру показалось, что в горящем доме Элеон. Мальчик не пытался помочь потушить огонь, а просто зашел внутрь здания и замер. А потом вдруг оказался в зале перед тарелкой с едой и не знал, куда делись последние часов восемь.

Впрочем, были в новой жизни и положительные моменты. Например, Ксандр играл с сестрой, ходил с ней на пикники. В тот день он пришел рано или это Элеон опаздывала. Ксандр уже расстелил покрывало на поляне, разложил еду и ожидал сестру. Хонг же развлекал его беседами.

— Я всё пытаюсь понять, что происходит у тебя в голове. Вот кем ты меня считаешь? Я твое альтер-эго, демон, призрак Хонга, сумасшествие? Кто я?

— Последнее, — спокойно ответил Ксандр, наблюдая за тем, как птички прыгают по дороге. Небо чистое, голубое. Солнце греет макушку головы. С холма видна базарная площадь. Кто-то выбирает одежду, вывеска качается от сильного ветра.

— Жаль. Никогда не хотел быть чей-то болезнью. Но ты все-таки не прав. Я вот себя осознаю вполне реальным.

— Нет. Это я осознаю тебя реальным. Мне так проще. Вроде как не я такая тварь, а ты меня мучаешь.

— Хм. Ну да, никто не хочет быть тварью, — согласился Хонг. — Но, по-моему, ты драматизируешь. Думаешь, если видишь то, чего не видят другие, значит, свихнулся? А может это не так? Может, просто ты особенный?

— Я и говорю: я — псих.

— А ты правда полагаешь, что все видят мир таким, какой он