на балу гости высыпались в каменный дворик внутри поместья. Здесь очень красиво, каменную кладку обвивает плющ, над двором уже давно горит диск луны. Фонари по периметру добавляют света, но луна завораживает своим сиянием.
Снова перевожу взгляд на готовящегося к бою громилу.
— Я допускаю данный поединок! — за пределами круг стоит сам хозяин дворца. — Сторона принимающая вызов, какие ваши условия?
Смотрит на меня с насмешкой, может быть ждёт, что я выберу бой до потери сознания или мы будем стреляться, а может и вовсе махать мечами.
— Магия, до смерти.
Ветер разносит взметнувшиеся шепотки.
Троица родственников смотрят с пониманием, даже неким пренебрежением. Ребята маги, явно привыкли к силе, для них воин не противник, не воспринимают всерьёз.
Что может этот огневик в их понимании? Пара другая фаеров, одна или две стрелы, щит? Смешно, поэтому они расслаблены.
Буду рад, если всё именно так. Но слишком много странностей с этим разумным, думаю меня ждёт увлекательная схватка.
Слуги предлагают снять маску, но громила не соглашается, ещё одна странность. Секунданты забирают у Суори пистолет, ко мне никто так и не подходит. Не станет никто из Суори секундантом такому как я, а хозяин не спешит отправить ко мне слуг.
Девчонка из тройки спасаемых этим вечером птенцов не выдерживает и быстро шагает ко мне.
— Оружие? Если есть сдавай. — пытается смотреть в глаза, но роста не хватает.
— Нет, не ношу оружия.
— А стоило бы! — язвит она. — Маску снимать не будешь? Я так и поняла.
Она развернулась, чтобы кивнуть судье, роль которого исполнял хозяин. Но не подала знак, а снова посмотрела на меня.
— Мы конечно благодарны за помощь. Но зачем это тебе? — смотрит испытующе, глаз не отводит.
— Ненавижу еб*чих Суори. — даю волю эмоциям и чувствую, как хос застилает глаза превращая их в тёмные провалы, теперь это станет моей официальной фишкой.
Хотела посмотреть мне в глаза? Смотри…
Она содрогнулась, будто от сквозняка, кивает судье, три мага накидывают купол. Какая роскошь, если раньше это было чем-то обычным, сегодня картина удивляет. При местном то уровне магического развития.
Как только купол отрезает нас от зрителей, противник начинает действовать. Руки Суори воспламеняются, он стряхивает в мою сторону пару быстро ускоряющихся сгустков.
С гулом фаеры пролетают в десяти сантиметрах от тела, просто уворачиваюсь, но не атакую в ответ.
Ещё одна пара сгустков, но уже на порядок быстрее.
Что делать? Показывать хаос и ленты тьмы, достаточно рискованно. Всё таки пока я известен не всем, стоит сохранить инкогнито. Выпускаю силу чуть дальше от тела, укутываюсь ею, буквально на сантиметра, чтобы не загорелась одежда.
Фаеры разбиваются об руки, последний я просто ловлю в ладонь, где он быстро гаснет, эффектно раздавленный на потеху публики.
Суори на удивление спокоен, это настораживает ещё больше, лучше бы он метался от ярости. Руки всё так же горят пламенем. Краем глаза смотрю на лица троицы, челюсти молодых людей на груди, они уже сбились со счёта, сколько фаеров метнул вояка.
То ли ещё будет, дорогие мои потомки.
Суори делает шаг вперёд, вставая на колено и выбрасывает обе руки вперёд. Чувствую какую-то подлянку и она не заставляет себя ждать. Концентрированный поток огня длинною в десять метров выстреливает тугими жгутами.
Пламя скрывает меня из вида, приходится развернуть щит, чтобы хватило кислорода продержаться какое-то время. В крайнем случае уйду порталом, но не хочу его светить раньше времени.
Девчонка из трио видела как я перемещался, но для них это не новость.
Поток иссякает, спустя секунд десять. Колоссальная мощь, но откуда?
— А ты живучий низший! — как-то даже восхищённо рокочет он.
Именно рокочет, словно внутри него огромная мясорубка дробит камни. Стаёт интересно, кто это вообще такой? Да, ребятки, влипли вы в историю, может поясните дедушке, что нахрен происходит.
Вопросительно смотрю на трио, поднимая бровь. Мол, что происходит?
В ответ ловлю еле осмысленные взгляды, они сами в шоке. Лишь парень в чёрном просто пожимает плечами, руки скрещены, смотрит по сторонам. Неужели он решил меня вытащить? Ты ж мой хороший, не стакан воды, но тоже ничего.
Видимо родственнички решили, что я сейчас отойду к праотцам.
Парень в чёрном смотрит на вояку, его пальцы еле шевелятся. Качаю головой, запрещая влезать.
Вояка вытягивает руку, земля начинает пучится, из под слоя почвы вылазят булыжники разного размеры. Они скатываются к фигуре Суори, буквально прилипая к нему, он начинает гореть, будто факел. Камни липнут не хуже чем спичка на супер-клей, мне это не нравится.
— Узри силу низший! — хохочет он.
Теперь передо мною целый голем. полностью каменный Суори. Он разминает кулаки и собирается ко мне.
Буквально слышу, как по брусчатке двора начинают сыпаться челюсти всех присутствующих, а не только троицы моих фанатов.
Пожалуй я насмотрелся, надо начинать прощупывать почву.
Все процессы в теле ускоряются, метаболизм начинает выдавать энергию забирая из сахара в крови, не до конца растворённой пищи, части рассеянной энергии и небольшого процента жирка, на пять с небольшим минут хватит.
Голем уже закончен, он делает шаг в мою сторону, с его рук начинает лететь камни, скорость как у долбанного пулемёта, ну, может чуть меньше.
С трудом уворачиваюсь на безумно разогнанных рефлексах, изгибаясь будто кот. Один из ударов всё таки настигает, задевая бедро. От кинетической силы тело разворачивает и отбрасывает на купол, дыхание сбивается.
— Вот урод… кха… кха…
— Проси пощады! Моли о прощении мясо! — хохочет каменным обвалом воин.
Лежу на спине переводя дыхание, но моя рука поднимается, чтобы показать ему средний палец. После такого движения приходится быстро встать на ноги и менять дислокацию, иначе тушка станет похожа на отбивную.
Камни сыпятся градом, когда же они у него закончаться?
Концентрируюсь на энергии внутри, кружа вокруг неповоротливого голема. А что, если просто оторвать ему голову, руками окутанными хаосом?
Идея хорошая. Ускоряюсь и захожу за спину, прыгая на врага.
Хватаюсь за голову громилы, камень горячий будто сковорода, руки быстро покрываются волдырями. Но процесс пошёл, чувствую, как камень исчезает под ладонями, истончается.
— Блоха! Как ты смеешь! — орёт он.
Неожиданно голова начинает поворачиваться в мою сторону.
Секунда, другая, и вот руки выворачиваются наружу, голова заканчивает оборот, перед глазами мерзкая рожа.
— Да что ты мать твою такое! — ору словно ошпаренный, хотя, почему словно.
Удар левой руки пропускаю, снова приветствуя лицом знакомый купол. Маска раскололась, осталась её малая часть закрывающая левый глаз, часть лба и щеки.
С трудом встаю, смотря на то, как зарастают ожоги на ладонях.
Щупаю челюсть, губа
