– У-у-у-у! – Ренз схватился двумя руками за скулу, словно у него разом заболели все зубы.
– Вижу-вижу, – насмешливо произнес призрак. – По состоянию здоровья ты не сможешь организовать ей достойный прием.
– Точно, – ухватился за соломину негостеприимный хозяин. – Передай брюнетке, что я едва живой.
– Она захочет лично проверить. И не только твое здоровье, но и это заведение.
– Не пущу! – почти завыл темьградец.
– Поверь мне, Ренз, такую женщину не пустить очень сложно. Хотя… есть один способ.
– Какой?
– Ты Михаила хорошо помнишь?
– Гладиатора Зерга?
– Да, наверное. – Страж не знал, кто такой Зерг, но был уверен, что двух Михаилов в этом мире не существует.
– Марита просила ему кое-что передать. Я прекрасно помню, – затараторил Ренз. – Напрасно она думает, что я не выполню ее поручения. Я же поклялся.
– А вдруг ты пропустишь его появление в городе?
– Это совершенно невозможно.
– Почему?
– Нескольким сотням темьградцев не выплатили их выигрыш по ставке за победу Михаила, пообещав это сделать, когда Зерг вернется в город. Так что теперь ведется круглосуточное дежурство возле Врат Мрачности и около дома седого изгоя. Как только победитель турнира объявится, об этом разве что слепой и глухой не будут знать.
– Это очень хорошо. Так вот, как только он прибудет в Темьград, брюнетка сразу должна об этом узнать.
– Мне придется куда-то тащиться? – сморщил и без того безобразную физиономию Ренз.
– Нет. Все несколько проще, – успокоил его Страж.
– Я слушаю.
– Принеси сюда бутылку.
– Красного или белого?
– Да хоть с водой, мне все равно.
Ренз быстро сбегал вниз и вернулся с небольшой емкостью самого дешевого напитка.
– Вот, пожалуйста.
Киска не меньше минуты мурлыкала над бутылкой, потом оторвала клок шерсти со своего хвоста и приложила его к горлышку. Вокруг сосуда зажглось радужное сияние, разогнав полумрак комнаты.
– Ух ты! – невольно воскликнул темьградец.
Свечение, словно испугавшись его возгласа, устремилось внутрь бутылки и там погасло.
– Как только убедишься, что Михаил вернулся в город, разбей бутылку и произнеси над ее осколками «Марита». Не забудешь?
– И хотел бы, да не смогу.
– Вот и договорились. Тогда прощай.
– Минуточку. А сама Марита точно не появится в моем доме?
– Обещать ничего не могу. Их, женщин, разве поймешь? – Страж исчез, оставив владельца ресторанчика наедине с бутылкой заговоренного вина.
«И за что мне такое наказание? Неужели это плата за воплощение мечты?»
После разговора с посредником Руена сразу отправилась в королевский дворец, но встретиться с Ариантом ей удалось лишь на следующий день, когда главный кантилимский маг появился на своем месте. Выслушав охотницу, он при ней написал письмо Михаилу и активировал печать срочного вызова. С позволения мага подруга Скальнова присоединила к посланию свою записку.
– Обязательно дождитесь ответа, – предупредил посредника чародей.
Когда специалист по срочной доставке узнал имя адресата, он поклонился:
– Прошу прощения, сейчас к вам прибудет мой коллега.
Кройц появился в кабинете Арианта через три минуты после исчезновения первого посредника. Бородач выглядел весьма встревоженным, совсем не таким, как вчера.
Охотница даже не удержалась от вопроса:
– Что-то стряслось?
– У меня – нет, – постарался невозмутимо ответить он.
– Когда нам ждать ответа? – Ариант тоже обратил внимание на то, как безрадостно специалист по срочной доставке пересчитал деньги за услугу.
– Все будет зависеть от того, насколько быстро мой клиент его напишет.
– Надеюсь, это произойдет сегодня?
Бородач исчез, не ответив, поскольку спешил продолжить прерванные вызовом поиски Сомова. Он снова потерял след отмеченного тенью огня. Вместо него обнаружил лишь карету, разбитую упавшими деревьями. Судя по количеству обнаруженных здесь же трупов, в этом лесу состоялось знатное побоище. Но непонятно, куда подевался Михаил. Ни его, ни попутчиков, которых рядом с победителем кантилимских игр видел Кройц, среди убитых не оказалось. Это обнадеживало. Однако на дороге, являющейся самым коротким путем к границе с Кантилимом, посредник беглецов не нашел, хотя исследовал каждую милю. Сейчас Кройц был поставлен в весьма щекотливое положение. Он сам напросился на заказ от Арианта, взял деньги (а куда было деваться?), но выполнить поручение не мог.
«Где же их искать? И зачем нужно было сворачивать с дороги? Они страшно спешат, а к границе с Кантилимом это самый короткий путь».
Посредник хорошо помнил карту. Он закрыл глаза и восстановил в памяти схему до последнего штриха.
«Так, а если их задержали в пути? – начал рассуждать специалист по срочной доставке. – Время поджимает, не исключено преследование. Как бы поступил Михаил? Первое – увеличить скорость. Допустим, они продолжили путь верхом… Тогда хорошая дорога им не особенно нужна, лошади и полем проскачут. Допустим, они свернули. Вопрос – где? Где бы я свернул, если бы так торопился в тихую деревушку за Деурговым хребтом? Минутку…»
Кройц принялся остервенело расчесывать пальцами собственную бороду. Он снова начал вспоминать карту, но затем подскочил к ближайшему кусту, сломал тонкий прутик, и через несколько секунд на земле появилась схема. Посредник указал на ней кружок, где находилась разбитая карета, дорогу и точкой обозначил деревушку. Соединив кружок с этой точкой, стратег получил линию, пролегавшую чуть правее ближайшего пути к границе.
– Так, значит, попробуем новое направление поисков, – самому себе объявил посредник. – Если я не ошибаюсь, они должны выехать к Орцагу.
Юрсал не успел пересечь границу Огара. Когда он добрался до пропускного пункта, то узнал, что в стране объявлено чрезвычайное положение и за границу выпускают только с верительными грамотами, подписанными либо монархом, либо ограниченным кругом его родственников. Такой бумаги у королевского шута не было, но он не падал духом. Все могло оказаться гораздо хуже, если бы Юрсал не послушал своего внутреннего голоса. А он призывал быть настороже с того самого момента, когда группа, посланная уничтожить Архаза в Рноцкой тюрьме, сама попала за решетку.
Смехотворец уже тогда понял, что Празанх проиграл партию. И пока тот не начал тонуть, утаскивая за собой остальных, шут решил покинуть дворец. Однако отправился не на восток, где на самом деле жили его родители, а в противоположную сторону. Юрсал очень спешил, и все же на полдня он опоздал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
