Кстати, с чего это люди Бломберга начали передавать осназовцам пропагандистские материалы?
Рокосовский ухмыльнулся - С целью обмена опытом...
У них, там, есть такое наказание для "не понявших службу" - берут произвольно выбранный фильм; навьючивают на очередного штрафника амуницию "крутого попаданца"; заставляют его действовать в соответствии с авторским сюжетом и открывают на него, для остальных, сезон лесной охоты ... на пару дней...
Говорят, в морально-воспитательном плане, очень способствует.
Жалко конечно, что с авторами и издателями так поступить нельзя....
А, собственно, что переживать - не хотят понимать вежливого обращения - спец контингент нам всегда нужен.
Косыгин поморщился - Спец контингент из них довольно посредственный, с ними как с той кошкой, которую черт на варежки стричь взялся, а потом плюнул и говорит, что крику много, а шерсти, только намусорил...
Посмотрел на Сталина и добавил - Даже тот инфантильный детсад, который идет в порядке "случайного обмена" более пригоден для употребления, ну, по крайней мере, перед офицерами иммиграционной службы пальцами крутить не пытаются.
.... Стало больше молодежи!?
Нет, товарищ Сталин, это так, к слову пришлось.
Возраст попаданцев самый различный, хотя конечно молодежи все-таки больше.
Иногда просто диву даешься, насколько неожиданные люди и насколько поломанные судьбы.
По разному, но поломанные.
Иногда, внешне вполне благополучные специалисты или люди искусства, вот только, иногда, "чувствующие" иммиграционной службы посмотрят поглубже, а там, на самом деле, не душа, а сплошная рана.
Но хорошо хоть душа, а не так, как у этого, крутого отребья....
.... Удается их адаптировать?
Да - почти всегда, хотя многим срочно нужна психологическая помощь.
Но ничего, ребята Ланаари пока справляются.
Большая часть таких, "по случайному обмену", это люди без комплексов и слишком больших амбиций.
Точнее, амбиции у них как раз большие, но они не материального плана.
.... А меньшая?
Косыгин помрачнел.
Ну, насчет меньшей - там все что угодно представлено ...
От крайне левых, с фашистским уклоном до явно больных психически.
Сталин повернулся к Рокосовскому - А какова ситуация на страницах?
.... Сложная товарищ Сталин. Там у нас нет достаточных мощностей, чтобы перенаправлять все "переходы" только в заранее выбранные топологические точки и, прежде чем люди Судоплатова или Бломберга вылавливают "крутых" по наколкам пеленгаторов, те иногда успевают натворить дел.
Кроме того, и без идиотов с обложки, участились случаи межстраничных переходов, причем, иногда, со страницы на страницу переходят целыми племенами или домами.
Мы в таком случае обычно не лезем - у "Совета Домов" уже есть отработанные схемы и если наши приборы не видят технологичного снаряжения или местные сущности не чувствует угрозы стабильности, то просто передаем местным информацию.
Были ли случаи контакта с текнами?
.... Очень редкие. Так, ущипнут, напакостят и растворятся.
Причем выбирают для мелких пакостей в основном страницы, на которых нет Лесов.
У меня такое впечатление, что они просто затаились и выжидают, а пощипывание это, в основном, плановая проверка наших возможностей.
Сталин еще раз внимательно посмотрел на чуть мерцающую карту, на которой область Японии и, частично, Кореи светилась почти сплошным синим полем, и задумчиво пошел между рядами напряженно работающих людей.
Замок Хиросима
Генеральный штаб Вооруженных сил Японской империи
Полковник Андо Корэтика устало отодвинулся от компьютера и, через односторонне прозрачную стену кабинета бросил взгляд на рабочую залу штаба.
С момента его разговора в чайном домике "Музея Коммерции" прошло больше года.
"Музей коммерции" - в этой реальности он не стал "Атомным домом"....
Полковник вспомнил его посещение.
Чистенькие, светлые, в чем-то наивные залы, с аккуратно ухоженными стендами.
Чинная группа школьников, во главе со своим молодым учителем, затянутым в мундир министерства образования и разномастно одетая, молчаливая кучка переселенцев, медленно переходящая от одного экспоната к другому.
......
Две Японии.
Два мира восходящего солнца на одной земле.
Корэтика тяжело вздохнул - адаптация людей с обложки шла очень тяжело.
Слишком многие пришли сюда в уверенности, что опережающая историческая реальность обложки и ее техническая и социальная информация даст им в этой Японии решающее преимущество и лидирующие позиции.
Новая Япония - Новый Мир!!
Именно новый мир, в котором у них, не имеющих опоры на привычную техногенную среду, не оказалось почти никаких социальных преимуществ, а информационные еще и нужно было суметь реализовать.
Как результат - основная масса специалистов была вынуждена или получать рабочие специальности или организовываться в сельскохозяйственные кооперативы на новых землях империи.
Императив для них - просто выжить.
Еще хорошо, что отбор людей шел предельно строго - только молодежь и только имеющие идеологическую мотивацию.
Но все равно ,адаптация шла очень тяжело и приходилось решать слишком много неожиданных проблем.
Причем проблем, ни только внутренних, но и внешних.
Народная Республика Корея - полковник стиснул зубы - переход этих переселенцев шел под контролем и спонсорством СССР.
Дисциплинированные и хорошо организованные отряды молодых мужчин и женщин, в одинаковых рабочих комбинезонах, постепенно заполняющие весь корейский полуостров.
Люди Сталина в очередной раз показали себя хорошими игроками, умеющими играть на опережение.
Причем, в отличие от японских переселенцев, переход шел двумя прыжками - с обложки на "Ближайшую" и со страницы, после просеивания контингента на внедренных агентов и социально опасных, непосредственно в корейский портал подложки.
На просьбу японской стороны помочь организовать подобный переход ответили отказом, мотивировав недостаточностью ресурсов.
Возможно, что действительно не имели достаточно технических ресурсов, но, скорее всего, не имели достаточно ментатов для просеивания такого потока людей и сознательно этот поток ограничивали.
Просеивание было тщательное и многоступенчатое.
Собственно говоря, такое просеивание было одним из важнейших условий, при которых разрешили исход.
Определенный процент правительственных агентов, в основном иммиграционная служба и полицейские допускался, но только по предварительно поданному списку и с обязательным собеседованием.
Остальные!?
Спецслужбы допрашивались с применением ментальных практик и, то, что оставалось после допроса отправлялось назад.
А, вот если выявлялась связь с черным ковеном...
Решение принимала тройка - старший следователь НКВД; ментат, представитель совета "чувствующих" и официал, представляющий страницу, на которой проходил суд.
Чаще всего, такой суд означал допрос без попытки сохранить личность и уничтожение на месте.
Полковник зло усмехнулся.
Что господа черные, не ожидали, что к вам будут относиться на основании вашей же собственной этики к недочеловекам!?
Вот только для страниц и подложки вы именно и есть недочеловеки-нелюди....
....
Но это все лирика, а вот как реагировать на северно-корейских иммигрантов и специфику действий советского руководства в отношение будущего Японской Империи и, особенно, в отношении экономических и научно технических вопросов!?
Более того, как реагировать на совершенно специфическое понимание этих проблем Микадо и его ближайшим окружением!?
Полковник Андо Корэтика подошел к прозрачной стене офиса и заложил руки за спину, внимательно наблюдая за напряженной работой почти пятидесяти офицеров иммиграционной службы.
Выходцами из его реальности было только несколько человек, занимающих должности заместителей начальников отделов, ну и технический персонал, обеспечивающий работу компьютеров и серверов вычислительного центра.
Андо поморщился ... недоверие имперской администрации чувствовалось во всем и, по мере нарастания конфликтов между вновь прибывшими и аборигенами, это недоверие становилось все более и более значительным.
Сказывалась не только серьезная разница в менталитете "предков" и "потомков" - это как раз было вполне понятным и преодолимым.
Появление несколько миллионов амбициозных молодых людей, которые изначально были настроены "нести миссию", а попали в общество, с уже разделенными между самодостаточными группировками властными функциями, вызвало серьезную напряженность и, как результат, все более и более усиливающуюся конфронтацию и отторжение.
